Фрайди. Бездна - Роберт Хайнлайн

Рис. 3

Когда мистер Лопес дал мне распечатку этой таблицы, он предупредил, что точность цифр в ней – как в учебнике для начальных классов. Если навести телескоп по этим координатам, вы, конечно, найдете нужную звезду, но для науки, а также для космонавтики, нужно больше знаков после запятой, а еще нужно делать поправку на «эпоху» (это такой причудливый способ сказать, что надо обновлять цифры, потому что звезды движутся). Солнце Аутпоста движется медленнее всех, и его направление совпадает с направлением движения светил в нашем участке Галактики. А вот звезда, вокруг которой вращается Фиддлерс-Грин (Ню² Волка), имеет другой вектор и скорость в 138 000 км/сек, и это значит, что за пять месяцев – с прошлого визита «Форварда» и до нынешнего – сам Фиддлерс-Грин переместится на полтора миллиарда километров. Это крайне неудобно и, судя по словам мистера Лопеса, может стоить капитану должности, потому что прибыльность путешествия напрямую зависит от того, насколько близко от планеты назначения он выдернет корабль из гиперпространства, ни во что при этом не врезавшись (скажем, в звезду!). Все равно что управлять гравилетом с завязанными глазами!

Данные о восьми колонизованных планетах и их звездах

Однако вряд ли мне когда-нибудь придется пилотировать гиперзвездолет, а у капитана ван Коутена такой солидный и надежный вид… И все же в этот вечер за ужином я спросила его, как у них обстоит дело с точностью попадания в «цель».

– Та-та, мы найтем ее, – важно кивнул он. – Только отин рас пришлось послать пару репят внис на посаточном поте, штопы они купили пирошных и поискали укасатель или фыфеска.

Не знаю, чего он от меня ожидал, – что я посмеюсь или что я притворюсь, что поверила ему? Поэтому я спросила, какие пирожные купили «репята». Но он повернулся к даме, сидящей по левую руку, и притворился, что не услышал вопроса. (Корабельная кондитерская делает лучшие пирожные, какие мне только приходилось пробовать в жизни, поэтому… Ее нужно запереть до конца полета.)

Капитан ван Коутен – мужчина с очень мягкими, отеческими манерами. Тем не менее мне ничего не стоит представить себе его с пистолетом в одной руке и кинжалом в другой – сдерживающим целую толпу взбунтовавшихся головорезов.

За звездолет с капитаном ван Коутеном не страшно ничуточки.

Шизуко – не единственная, кто приставлен следить за мной. Думаю, я вычислила еще четверых, но не уверена, что это все. Почти наверняка – нет, потому что иногда я осматриваюсь по сторонам и не замечаю поблизости никого из этой четверки, а, кажется, по «сценарию» меня не положено упускать из виду ни на минуту.

Думаете, я параноик? Выглядит похоже, но это не так. Я – профессионал, который остается в живых, потому что умеет вовремя заметить что-то необычное. На этом корабле шестьсот тридцать два пассажира первого класса, шестьдесят с лишним офицеров в форме, экипаж, тоже в униформе, и еще обслуга круиза, метрдотели, консьержи, партнеры по танцам, артисты и т. п. Последние одеваются точь-в-точь как пассажиры, но их можно безошибочно отличить по их молодости, дежурным улыбкам и заботе о том, чтобы пассажирам было весело. Пассажиры первого класса моложе семидесяти (например – я!) – здесь редкость. Еще первым классом летят три подростка, две девочки и мальчик, две молодые женщины и богатая пара, проводящая здесь медовый месяц. Все остальные – кандидаты в дом престарелых: очень старые, очень богатые и чрезвычайно эгоцентричные. Тех, что дожили до почтенного возраста и не превратились в зануд, можно пересчитать по пальцам.

Конечно, никто из этих старперов за мной не следит, как, впрочем, и никто из молодых. Обслугу я тоже отбросила в первые же сорок восемь часов – всех, включая музыкантов, танцоров и прочих. Можно было бы заподозрить, что кое-кто из младших офицеров приставлен следить за мной, если бы каждому из них не надо было дежурить по крайней мере по восемь часов из двадцати четырех: у них просто не могло хватить времени на такое совместительство. Да, многие из них постоянно висят у меня на хвосте, но здесь была совсем другая причина; мое чутье меня никогда не обманывало. Я знаю, почему они за мной таскаются. На Земле я не привлекаю столько внимания, но на этом корабле ощущается острая нехватка молодых женщин, которых можно затащить в постель. На тридцать молоденьких офицеров приходится всего четыре молодые одинокие женщины в первом классе, не считая Фрайди. При таком раскладе у женщины должно уж очень неприятно пахнуть изо рта, чтобы за ней не тянулся шлейф кавалеров, как хвост за кометой.

Но, перебрав все эти категории, я обнаружила несколько неучтенных мужчин. Из первого класса? Да, они ели в Комнате амброзии. Бизнесмены в деловой поездке? Однако, судя по рассказам старшего помощника, все бизнесмены путешествуют вторым классом: не так шикарно, но почти так же комфортабельно и вдвое дешевле.

Итак: когда Джерри Мэдсен со своими друзьями повел меня в «Черную дыру», в самом углу за столиком сидел одинокий парень и потягивал вино. На следующее утро Джимми Лопес пригласил меня в бассейн, и – когда мы пришли, этот парень уже был там. После ланча мы с Томом решили сыграть в карты на пару – моя «тень» раскладывает пасьянс в дальнем углу.

Один-два раза могли быть случайными совпадениями, но… по прошествии трех дней я уже точно знала, что стоит мне оказаться вне моей каюты «ББ» – кто-то из четверых мужчин немедленно появляется где-то поблизости. Обычно он старается держаться подальше, насколько это позволяют размеры помещения, но ни на секунду не выпускает меня из поля зрения.

Мистер Скимаа очень доходчиво объяснил, что груз, который я везу на себе, – «самый ценный пакет, какой когда-либо перевозил курьер». Но я не ожидала, что он сочтет нужным посадить охрану на этот звездолет. Неужели он опасается, что кто-то попытается выкрасть его из моего пупка? А может, меня «пасет» вовсе не мистер Скимаа? Может, до моего отлета с Земли была утечка информации? Мистер Скимаа, конечно, профессионал, но… Как насчет мистера Мосби и его ревнивой секретарши? Трудно сказать. Я слишком мало знаю о политической ситуации на Реальме, чтобы строить какие-то предположения.

Позже: обе молодые женщины из первого класса тоже наблюдают за мной, но лишь в тех случаях, когда у мужчин просто нет такой возможности, – в салоне красоты, в ателье, женском отделении сауны и т. п. Они мне не мешают, но мне все это уже надоело, и я с нетерпением жду момента, когда наконец избавлюсь от своего «груза» и смогу со спокойной душой вкушать все прелести нашего чудесного путешествия. К счастью, лучшая его часть предстоит после Реальма.

Аутпост – это такой морозильник (в буквальном смысле!), что никаких экскурсионных поездок к нему не планируется.

Ботани-Бей считается приятным местечком, поэтому нужно обязательно там побывать, – вполне возможно, позже я переселюсь именно туда.