Обойдемся без магии! - Евгений Гаркушев

Мой карманный компас в это время вращался, словно обезумев. Таким образом, магнитную составляющую, действующую на стальной кинжал, можно было исключить. Дело было в другой силе. Силе магии, так или иначе пронизывающей любой мир. Линии силы шли к Вратам. Именно вдоль этих силовых линий и повернулся кинжал.

В роще после сражения с пауками я подумал, что магическая энергия в принципе не отличается от какой бы то ни было другой. Точнее, любая энергия – суть производная магической энергии, проявляющаяся в разных взаимодействиях. Если вы имеете подходящую магическую вещь, так называемый «магический компас», то с его помощью можете найти место, где совершается крупное колдовство. Если маг работает долго и позволяет себя засечь.

В нашем мире, который должен представлять собой, по нынешним теориям, «мир без магии», сооруженный мною наспех магический компас работал. И указывал на Врата. Я предполагал, что так оно и будет. Потому что именно Врата были средоточием и источником магии. А не просто странным объектом, ведущим напрямую в другой мир.

Но нужно было не только выяснить роль Врат, но и проверить некоторые другие теории. У меня была и еще одна задумка.

Я сорвал травинку, взял ее в руку и, обратившись к ней, прошептал:

– Фихнит.

Короткое заклинание, превращающее живую материю в уголь, здесь не сработало. Травинка осталась такой же зеленой, как прежде. Но кинжал дрогнул, слегка отклонившись в мою сторону. Я попытался изменить баланс магических сил, и магический компас тотчас же на это отреагировал! Я обратился к ближайшему кусту и приказал:

– Эшма хали!

Кинжал вновь дрогнул, уже сильнее. По воде пошла рябь. Компас крутнулся несколько раз, словно тоже возбудившись.

Я рассмеялся. Теперь я точно знал, что представляют собой Врата. И надеялся, что, обретя это знание, смогу изменить мир. Смеялся я рано.

Позади меня, в роще, раздался звонкий треск ломаемых кустов. Кто-то очень спешил выбраться из рощи и встретиться со мной.

Я давно никого не боялся. Только слегка опасался дурных вестей. Поэтому спокойно обернулся, ожидая увидеть в худшем случае гонца от митрополита, а в лучшем – согнанного с лежки медведя.

То, что я увидел, потрясло меня. Думаю, несколько секунд я просто не отдавал отчета в своих действиях и не контролировал ситуацию. Из леса вышел паук. До сих пор я полагал, что уже повидал огромных пауков. Действительно, они были раз в двадцать больше встречающихся на Земле сородичей. Этот превосходил все, что я видел до сих пор. Он был в полтора раза выше любого человека и смотрел на меня сверху вниз. Огромные мощные лапы глубоко проваливались в землю, волосатое брюхо колыхалось. Паук в нетерпении перебирал жвалами. Он очень спешил. Это было видно по тому, как неаккуратно он переставляет конечности. Естественно, чудище спешило ко мне.

В долю секунды я понял, кто такой Схильт. Вспомнил слова Вискульта о том, что Схильт силен, но медлителен. И его мерзкий смешок, когда мы разговаривали в Баксанском ущелье. Он знал о пауке, а я не знал. Черный маг был уверен, что рано или поздно Схильт отыщет меня.

Терентий да и прочие жертвы не были выманены из зданий гипнозом. Они не шли к ореху сами. Туда их тащила эта тварь. Тащила на корм своим отпрыскам. Ко всему прочему, Схильт оказалась самкой. И наплодила здесь паучат. Те, кого мы с Касымом рубили с таким остервенением, были ее мерзкие детеныши. Скорее всего, нескольких дней от роду. Только поэтому они так легко дали себя убить.

Впрочем, даже с таким ужасным противником все было не безнадежно. Да, я был смертельно напуган. К горлу подступала тошнота. Мозг отказывался принимать факт существования такого непотребства на земле. Но я мог убежать. Даже потеряв контроль над собой, даже не будучи в состоянии перейти на второй или третий уровень сознания. Паук двигался быстро, но не быстрее, чем человек. Теплокровные шустрее насекомых, членистоногих и прочих ящеров. И лучше соображают. Именно поэтому они победили в борьбе за существование.

Только бы добраться до паромета! Искрошить эту тварь, вогнать в ненавидящие глаза несколько килограммов свинца. Подпалить ее из огнемета. Забросать бутылками с зажигательной смесью.

Следя за движениями монстра, я понял, что паук не просто возбужден – он в ярости. Люди разорили его гнездо, убили детенышей. Не знаю, есть ли пауки, которые заботятся о своем потомстве и охраняют его. Наверное, есть. Этот был из их числа.

Я перепрыгнул через бочку и собрался было броситься в реку, но вовремя понял, что в воде паук с его тонкими лапами будет быстрее, чем я. Бежать нужно было в сторону.

До чудовищного членистоногого оставалось еще метра три. Оскальзываясь, я побежал вдоль берега. Не буду скрывать – меня гнал ужас. Я даже не сообразил достать из бочки кинжал. Другого оружия у меня не было.

Раздался резкий щелчок, и я влетел во что-то липкое. Паук выстрелил в меня своей паутиной. Перебирая жвалами, помогая себе членистыми лапами, он попытался подтащить меня к себе.

Чудовищным усилием я освободился от липкой ленты, рванувшись обратно к бочке. Расстояние между мной и Схильтом неуклонно сокращалось.

Я выхватил из бочки кинжал, на ходу обрывая с него поплавок. Но что можно сделать кинжалом против такого монстра? Даже мой длинный меч вряд ли смог бы мне помочь…

Раздался еще один щелчок, и я вновь влетел в липкую ленту. На этот раз увяз крепко. Паук был уже в метре от меня. Я видел зеленый яд возле жвал, чувствовал жуткое зловоние. Одна из лап вытянулась и впилась мне в куртку. Паук тащил меня к себе!

Я перешел на второй уровень сознания, на третий, на четвертый. Без остановки, без подготовки. Время словно бы остановилось. Но как это могло мне помочь? Я был в плену и только оттягивал расплату. Сейчас он меня укусит, и я буду в его власти. Точнее, мертв, как полено. А может быть, он просто сломает меня своими лапами. Похоже, эту лапу не перерубишь даже мечом!

Мне случалось попадать в переделки, но никогда еще я не ощущал смерть так близко. На четвертом уровне сознания соображаешь быстро. И это очень мучительно – знать, что выхода нет. Конечно, я надеялся на то, что моя следующая жизнь будет лучше, чем эта. Но все равно было очень обидно. И жаль тех, кто останется без моей поддержки и помощи. Жаль погибшие по моей вине миры. Авенор, который теперь не удастся спасти.

Кролик, которого тащили в пасть удава, возможно, уже сдался бы. Но я был человеком, существом общественным. Что мне нужно было сделать, так это нанести пауку наибольший ущерб. Для того чтобы сохранялся мой вид и мой род.

Лапу я ему не отрублю. Тем более этим кинжалом. Но одного из восьми глаз лишу. Если бы каждая жертва выбила ему глаз, эта тварь была бы уже слепой. И ее было бы легче прикончить.

Я размахнулся. Паук вновь выстрелил липкой лентой, надеясь перехватить мою руку. Для членистоногого он был очень сообразителен и проворен. Но, хотя лента летела очень быстро, я все равно успевал. Кинжал устремился в ближайший глаз Схильта.