Миры Артёма Каменистого. S-T-I-K-S. Чёрный рейдер - Нелли Видина

– На начальном этапе мутации заражённые слабы и медлительны. Сказать, что они не опасны, нельзя, но справиться с такими не так уж и трудно. Изменения прогрессируют, заражённый отращивает клыки, когти, панцирь. Столкнулся с таким – знай, что это твоя смерть. Легковую машину, как консервную банку, вскрывают.

– И? – нахмурился Вейцер.

Выглянув за дверь, я осмотрела улицу, убедилась, что пока тихо.

– У заражённых со временем отрастает затылочный мешок, в котором формируются виноградины.

Вейцер непонимающе моргнул, а когда до него дошло, что он только что выпил, издал характерный звук.

– Дыши глубже, – посоветовала я. – Если вырвет, придётся пить снова, а у нас живуна мало. Хочешь загнуться?

Вейцер разразился тирадой непечатных слов. Я не мешала его словоизлияниям, почти не вслушивалась в то, что он говорит, и внимательно следила за округой. Сейчас Вейцер кого-нибудь привлечёт. Не прошло и пары минут, как из-за соседнего дома со стороны шоссе, по которому прошла автоколонна, выскочил заражённый. В прошлом – лысый коротышка, ныне – мутант, потерявший штаны, но ещё сохранивший заляпанную по низу футболку, он на миг остановился, воодушевлённо заурчал и припустил в нашу сторону.

Пока всё по плану.

– Лезь на дерево! – скомандовала я.

Вейцер – молодец: сразу заткнулся, увидел заражённого и рванул в указанном направлении; я же юркнула обратно в дом. Потеряв меня из виду, изменённый, как и следовало ожидать, бросился за парнем. Не переставая урчать, он подскочил к дереву, попытался достать Вейцера, но мой подопечный забрался высоко – дважды молодец! Я наблюдала за происходящим, стоя в дверном проёме. Мутант попробовал подпрыгнуть. Роста не хватило, но его это не остановило. Ещё одна попытка.

– Никта! – рявкнул Вейцер. – Сделай что-нибудь!

Я не отреагировала, продолжая следить за улицей. Подставлять тварям спину я не собираюсь. К тому же волноваться рано. Прыгает себе заражённый и прыгает. Жалко, что ли?

– Никта!

Коротышке надоело прыгать, и он сменил тактику: полез на дерево. Вот теперь – мой выход. Ещё раз убедившись, что вокруг никого, я, контролируя каждый свой шаг, бесшумно приблизилась, встала, расставив ноги, перехватила топор поудобней. Заражённый, увлечённый добычей, меня не замечал, примеривался к пятке Вейцера, да и собственное урчание мешало ему услышать меня. Я ударила.

Лезвие топора вошло в самый низ затылочного мешка твари. Хрустнули позвонки. Хороший удар получился! Заражённый конвульсивно дёрнулся и мёртвым кулём свалился на землю.

– Удачно поохотились! – усмехнулась я, упёрлась в тело ногой и выдернула топор.

– Никта, сзади!

И почти одновременно с выкриком Вейцера я услышала урчание. Выпрямилась, обернулась. На меня неслись двое, такие же беспортковые, как и убитый. Нацелились именно на меня. Скрыться не успеваю. Проклятие!

– Сможешь ударить одного? – нервно спросила я Вейцера.

– А если он меня укусит?!

Тьфу!

– Заживёт. Укус не заразен.

Вейцер коротко ругнулся и попросил оброненную лопату, но я не успевала. Отскочила за дерево и побежала прочь. У бегунов – а это были именно они – мозги ещё не работают, реакции исключительно примитивные, и на этом их можно подловить. Я метнулась за угол ближайшего здания и замерла, приготовившись ударить.

Урчание слышалось всё ближе. Скорость у бегунов сопоставима со скоростью простого человека. Судя по звукам, навскидку заражённый в десятке метров от меня. Я подняла топор. Он появился из-за стены, и я опустила топор ему на голову. Одним мутантом меньше! Я помчалась дальше, но урчания больше не слышала. Странно… Остановившись, прислушалась – тихо. Поколебавшись какое-то время, вернулась и осторожно выглянула из-за угла. Зря я напрягалась: со второй тварью справился Вейцер.

– Что теперь? – Парень смотрел на меня с такой злостью, будто это я виновата, что он угодил в Стикс.

Пожав плечами, я ответила:

– Будем потрошить. Где там твой швейцарский нож? Доставай.

В общей сложности, из трёх убитых мы извлекли всего две виноградины. До обидного мало, но я не расстроилась: затылочные мешки могли оказаться пустыми у всех троих, а не только у одного. На живун нам на ближайшее время хватит, а дальше охоту придётся продолжить, потому что виноградины – это не только жизненно важный витамин, но и местная валюта, без которой в стабе делать нечего. Вейцер, выслушав мои объяснения, приуныл. Дураку понятно, что без денег соваться в цивилизацию смысла нет. В итоге я решила, что мы задержимся на кластере. Раз высшие твари до сих пор не появились, то вряд ли появятся. До вечера зачистим территорию, переночуем и двинем дальше.

Выслушав мои планы на остаток дня, Вейцер слегка побледнел.

По-моему, до него только сейчас начало доходить, насколько он попал. Я пренебрежительно фыркнула: как по мне, так жизнь прекрасна! Лучше было только в особняке, где я грохнула ротвейлера, потому что там был кипяток, а сейчас придётся довольствоваться холодными консервами. Зато здесь дичи больше.

К вечеру наши запасы пополнились ещё шестью виноградинами. С одной стороны, улов неплохой, мы разбогатели в несколько раз. С другой стороны, как были нищими, так и остались.

Вечером мы устроились всё в том же доме.

– И скольких бегунов нужно извести? – спросил Вейцер, укладываясь на диван в гостиной. Мы договорились, что сначала дежурю я, а потом – он.

– Если экономить, в относительно дешёвом стабе на нос за день, думаю, не меньше пяти виноградин потребуется.

Вейцер сначала присвистнул, потом с подозрением уточнил:

– Думаешь? То есть ты не знаешь?

– Цены везде разные. Я назвала приблизительный минимум.

Вейцер замолчал – видимо, занялся нехитрыми подсчётами. Чтобы накопить хотя бы на неделю спокойной жизни, нужно разделать не меньше сотни бегунов.

– Это одуреть, сколько топором махать! – выдохнул он, приподнявшись на локте.

– Угу, – хмыкнула я. – Зато бегунов можно щёлкать, как орешки, пока они толпой не навалятся. Закономерность простая: чем сильнее тварь, тем больше урожай и тем больше шанс из охотника стать дичью. Спи, давай!

Вейцер что-то проворчал, но послушно улёгся, а я, не прекращая внимательно прислушиваться к ночной тишине, задумалась. Соваться к лотерейщикам и всем подобным тварям не хотелось. Так ли нужен мне стаб, чтобы гнаться за виноградом? Про себя узнать хочется, но это бесплатно, да и займёт разговор не больше получаса. Задерживаться в стабе на неделю незачем, мне вполне хватит отдохнуть на условно безопасной территории пару дней. Куплю кое-какие мелочи, которые по-другому раздобыть сложно, прикину варианты – и дальше в путь. Что касается Вейцера, чай, не маленький, сам свою судьбу выберет. В Улье перед каждым открыты тысячи дорог. Кто-то, как я сейчас, бродяжничает, переходя от кластера к кластеру, кто-то барыжит, кто-то становится благопристойным гражданином цивилизованного полиса, устраивается на непыльную работёнку.