Сталкер от бога. Торжество Зоны - Дмитрий Луценко

– Жива, здорова?

– Вполне, если не считать сильного испуга. Она и рассказала, что оказалась в мире светлых и темно-серых контуров, пронизанном золотистыми и серебряными нитями.

– А выбралась как?

– Когда ее потащило вдоль ближайшей, женщина бросила артефакт и в тот же миг вывалилась обратно в нашу реальность. Интересный момент: ей показалось, прошло всего несколько секунд, в то время как Леший убежден – пара минут.

– Эээ… и о чем это говорит? Ничего не понятно!

– Вот не скажи! Подобная разница многое проясняет! Помнишь ученого по прозвищу Архимед?

– О, да! Классная заварушка в баре произошла по его милости!

– Вот он рассказывал мне, что если человек становится частью электромагнитного поля огромной мощности, то существует в нем вне времени. Видимо, «круговерть» в своем роде тоже поле, образно говоря, свернутое в клубок и обретающее форму в состоянии покоя, а человек со своей энергетикой является для него спусковым крючком!

– Забавно! Так значит, Леший попробовал путешествовать на дальние расстояния?

– Разумеется. Говорит, со временем сам начинаешь чувствовать, когда нужно выйти, учишься останавливаться в нужной точке золотой нити, узнавать в ее изгибах и контурах рельеф местности. Для страховки нам, конечно, стоит взять навигатор ГЛОНАСС, чтобы в случае чего понимать, где мы очутились. Ведь не факт, что мы обладаем чувствительностью черного сталкера.

– Получается, что у нас в руках будет переносной портал, для которого не нужно оборудование! Правда, он не всюду может провести, и с точностью тоже проблемы.

– Да, и еще он индивидуальный. Попав в засаду, нельзя вытащить в безопасное место даже двух бойцов.

– Эх, плохо! Хотя, постой! Откуда известно, что нельзя переместить двоих?

– Леший стоял в считаных сантиметрах от жены, когда она исчезла.

– Но ведь одежда и оружие переносятся вместе с человеком?

– Хм, верно, – почесал затылок Меткий. – К чему ты клонишь?

– Я не знаю, по какому принципу артефакт определяет, что является единым целым, но можно попробовать его обмануть. Например, ты возьмешь «круговерть» в одну руку, а когда я подойду и крепко обниму тебя, положишь вторую на сферу за моей спиной.

– Может сработать… только мы ни единой живой душе об этом не расскажем!

– Боже упаси! – перекрестился Жердев. – Иначе на всю жизнь станем объектами солдатских анекдотов!

– Еще бы! Чапаев, бедолага, ничего подобного отродясь не делал, а в гробу до сих пор ворочается из-за всяких шутников!

Сталкеры рассмеялись, представив, как неоднозначно будет выглядеть со стороны их эксперимент с перемещением.

– Слушай, а если что-то пойдет не так?

– Например?

– Артефакт не воспримет нас как единое целое, и тебя так дернет, что кого-нибудь одного, а может, и обоих пополам разорвет?

– Такой вариант я и не рассматривал… Однако, Сергеич, умеешь напугать! Хотя, с другой стороны – не будем же мы «отмычки» искать для проверки?

– Нет, конечно. Надо на заднем дворе штаба «Чести» стартовать, и если все сложится по плохому сценарию, то хотя бы в кармане одного из трупов найдут записку с пояснениями, как можно и как нельзя использовать артефакт.

– Договорились. Только, чур: ты притащил артефакт – тебе и писать наше завещание. Не люблю я бумагомарательство!

– Ладно, но сначала надо хотя бы в одиночку попробовать переместиться. Вставай, пойдем наружу.

Зайдя в тупичок за командирским бункером «мужиков», Меткий достал из контейнера «круговерть» и исчез, как только прикоснулся к нему второй рукой.

– Вот тебе, товарищ Ньютон, и законы физики! – передернул плечами почувствовавший себя неуютно капитан.

Ждать возвращения товарища Жердеву пришлось около часа. Меткий вернулся как раз в тот момент, когда Николай уже собирался бить тревогу.

– Увлекся?

– Нет, назад не получалось вернуться – мимо проскакивал. Если б не наручные часы, я бы подумал, что целый день прошел! Только когда уже в рельефе стал разбираться и понял, где Амур в этом сером мире протекает, начал точнее выскакивать.

– Далеко прогулялся?

– Согласно ГЛОНАСС – на две тысячи километров.

– Уф! Где бы нам еще один такой чудо-портал найти, чтобы жизнями не рисковать?

– В том-то и дело, что нигде. Леший говорит, сам его сделал из нескольких артефактов.

– Блин, я к нему, конечно, со всем уважением, но думаю – заливает парень! Как до такого додуматься можно? Это ведь не ежа с ужом скрестить, а гораздо хлеще! Технологию надо наработать, чего да сколько, и в каком количестве.

– Верно, только Леший и не собирался ничего изобретать, случайно вышло.

– Рассказывал, как?

– Разумеется! У черных сталкеров вообще, если доверяют они человеку, душа нараспашку! Леший полез в полуразрушенную церковь за «сердцем», выпавшим из аномалии. Укладывает он найденный артефакт в вещмешок, разглядывает скелет несчастного в углу, пытаясь понять – кем тот был. И тут вдруг вверху, на хорах, шорох. Голову поднимает – на него цербер смотрит.

– Нарвался, так нарвался!

– Хорошо, между ними провал – после крайнего выброса часть пола обрушилась в подвал, а на дне подземелья аномалия «желе» разлилась глубиной по колено.

– А, это жгучая субстанция, типа кислоты, бледно-зеленым светится?

– Ага. Леший, чтобы до артефакта добраться, толстую доску через провал перекинул, и вот цербер одним прыжком оказывается на середине этого моста, еще прыжок – и уже точно в горло вцепится! Самосёл наш, надо сказать, не промах! Не знаю, сообразил бы я сам так быстро? Короче, Леший швыряет мешок мутанту прямо в морду, чтоб остановить хоть на секунду – зверь ведь на доске, вправо-влево отскочить не может. Хватает дробовик и парой выстрелов буквально перерубает самодельный мост у опоры. Естественно, цербер вместе с артефактами проваливается в объятья «желе» и ревет там белугой.

– Ай, молодец!

– Леший не стал ждать, вылезет он или нет, удрал.

– А как же он выбрался? Ведь у него один путь был – по доске.

– Не совсем. Это он внутрь того закутка по-другому попасть не мог, а назад уже проще: там метрах в трех от пола остатки то ли окон, то ли витража находились. Леший говорит, не помню, как залез, но пулей! Правда, наружу прыгать пришлось с вдвое большей высоты – из-за фундамента, но жить захочешь – и не оттуда сиганешь! Уже вечером, часов через двенадцать, он осмелился вернуться – артефакты все же жалко терять.

– А что у него там было?

– Штук по пять «гелей» и «самородков», пара «жемчужин», «искра», «родник» и «ротор». Да, и еще «сердце», за которым он и полез!