Имя ему СПИД. Четвертый всадник Апокалипсиса - Вячеслав Тарантул

Умонастроения людей при эпидемиях смертельных заболеваний в художественной форме передал Альбер Камю в своей хронике-притче «Чума». Рассказывая о пораженных чумой жителях некоего города Орана, он пишет: «Чума довольно-таки причудливым образом изменила их обычные взгляды на религию, как, впрочем, и на множество иных проблем, и это новое умонастроение было равно далеко и от безразличия, и от страстей и лучше всего определялось словом „объективность“… Китайцы в аналогичных случаях бьют в барабаны, надеясь умилостивить духа чумы… [но] абсолютно невозможно доказать, действительно ли барабан эффективнее профилактических мер».

Уже упоминавшийся Р. Вайсс пишет, что было бы удивительно, если бы пандемия СПИДа не привела к серьезным изменениям наших взглядов на мораль. Эпидемия ВИЧ/СПИДа затронула все стороны человеческой жизни. Духовность оказалась одним из важнейших аспектов данной проблемы. Посмотрите сами, что происходит сейчас. B изданиях церкви нередко пишут, что СПИД становится испытанием как для пастырей, так и для всей паствы в целом. Некоторые религиозные круги рассматривают СПИД как «справедливое воздаяние» за грехи наши. С другой стороны, «экофашисты» благодарят ВИЧ за снижение темпов роста численности человечества и за уничтожение им «плохих» людей. Многие атеисты, заразившиеся смертельной болезнью, возвращаются к Богу. Другие же, отчаявшись, бросились во все тяжкие, отказавшись от всего, чему верили раньше. Вот так маленький невидимый ВИЧ сегодня на рубеже двух тысячелетий смущает умы человеческие, воздействует на мораль и религию.

Французский писатель Изи Беллер пишет: «Появление СПИДа рискует стать одной из причин политического поражения западных демократий в тот момент, когда СМИ гремят об их победе над тоталитаризмом. Впервые в истории наука, всегда приходившая на помощь, когда шла речь о защите идеалов равенства и справедливости, сама предлагает доводы в пользу ограничения индивидуальной свободы в таких важнейших областях, как секс и любовь».

Людская фантазия безгранична. Например, оригинальную концепцию СПИДа описал в своей книге «Прозрачность зла» (1990) Жан Бодрийар. По его мнению, в мире, утратившем интерес к политическим дебатам, сексуальному освобождению, органическим болезням и традиционной войне, сложился специфический класс феноменов — «сверхпроводники»: терроризм, травести, СПИД, электронные вирусы и многое другое, что захватило все человечество. Он считает, что все эти явления одного порядка, обладающие способностью завораживать людей, отвлекать от повседневной жизни. Человек испытывает при соприкосновении со «сверхпроводниками» странное и удивительно совпадающее с внутренним ожиданием наслаждение, поскольку ощущает через них фатальные силы, таящиеся в самом сердце системы в отличие от расположенных где-то там далеко от нас всевозможных катастроф и катаклизмов. Все «сверхпроводники» — результат эволюции общества и человеческого тела в сторону сверхзащищенности от уже известных, традиционных напастей. «Именно потому, что тело стало не-телом, виртуальной машиной, им овладевает вирус». По Бодрийару, «в сверхзащищенном пространстве тело теряет все защитные способности». Новые болезненные проявления защищают человека от чего-то еще более худшего, подобно тому как неврозы не дают развиться безумию. Они, по сути дела, служат доказательством живучести того огромного «микроба», который зовется человеком. Компьютерные вирусы не дают человечеству дойти до крайнего предела коммуникации и информации, т. е. до смерти; наркотики помогают человеку выйти на время за пределы сверхрационального мира; террористические акты выплескивают накопившуюся на периферии общества потребления энергию потенциальных гражданских войн, а СПИД не дает дойти до тотальной потери личности в тотальном промискуитете. Вот какие невероятные мысли рождает эпидемия СПИДа!

Традиции, образ жизни и мораль, существующие в обществе, в свою очередь оказывают существенное влияние на распространение СПИДа. Так существование патриархальной семьи, в которой власть родителей невероятно сильна, и строгая сексуальная мораль в Корее (хотя и много мягче, чем, скажем, в мусульманских государствах) позволяют на протяжении почти 20 лет удерживать ситуацию со СПИДом под контролем. Или другой пример — Россия. После развала Советского Союза разрушилась вообще всякая мораль, что вылилось в широкомасштабный разгул заболеваний, передающихся половым путем, и, в частности, СПИДа.