Энциклопедия Амосова. Алгоритм здоровья - Николай Амосов

Представляет собой процесс адаптации и самоорганизации. Его количественные пределы пока можно лишь предположить. Это является постоянным предметом разногласий среди психологов и социологов разных направлений и школ. Я ограничусь лишь перечислением механизмов изменения личности.

Первое место принадлежит формированию активности подкорковых центров потребностей в результате ранних воспитательных воздействий типа импринтинга. В ходе роста мозга закладываются структурные связи с корковыми моделями и устанавливается круг тормозных или активирующих моделей-образов, постоянно воздействующих на центры.

В более позднем возрасте (с 8-10 лет) используется главным образом создание убеждений, которые взаимодействуют с центрами потребностей. Кроме того, развитие интеллекта расширяет возможности предвидения и оценки и таким образом создает систему ограничений поведения, основанную не на потребностях, а на расчете. Человек не делает плохо не потому, что не хочет, а потому, что это невыгодно с учетом дальних последствий. Потребности остаются, но «входы» на них представляются в более обобщенном по времени виде. Глупый человек действует импульсивно, а умный рассчитывает и поэтому кажется более осторожным и даже трусливым. (Компромиссы!)

Наиболее трудно предвидеть самоорганизацию. По существу, это те же убеждения, но создающиеся не в результате прямого восприятия формул извне, а через их анализ и творческую проработку путем сопоставления с различными сведениями и чувствами, хранящимися в памяти и получаемыми в результате целенаправленного поиска. Это критическое восприятие преподносимых идей, в результате чего их координаты смещаются, хотя и редко меняются на противоположные.

Определение усредненной доли разных потребностей в балансе «Приятного — Неприятного» у разных людей показало: в зоне «Приятного» больше всего дает информация, потом следует общение. Семья и работа лежат около нулевой линии. Материальные потребности не удовлетворены. Повторяю, что разброс данных весьма велик.

Исследование потребностей на моделях разных социальных систем позволяет сделать несколько предположений. Вот как они выглядят.

Значимость «семейных» потребностей — это секс и дети — достаточно велика и, видимо, не зависит от социального строя. Пожалуй, они наиболее «биологичны». Материальные потребности: вещи, пища, одежда, жилище — в высокоразвитых странах удовлетворяются в большей степени, чем это необходимо для нормальной жизни. Значимость их высока, но может быть значительно уменьшена при удовлетворении минимума, при равенстве и отсутствии примеров для расширения притязаний. Современный капитализм превратился в общество потребителей, деньги и вещи стали в нем главной потребностью.

Безопасность практически выражается уровнями социального обеспечения и безработицы. Социализм в свое время начисто снял эти проблемы, но теперь они вернулись и еще с добавкой преступности.

Этого нельзя сказать о лидерстве как потребности и престиже как мотиве. В любом коллективе проявляется желание его членов самоутверждаться и завоевывать превосходство над другими. Поскольку современная техника и разделение труда связаны с «технологическим» неравенством, то всегда будут условия для повышенных притязаний на место в иерархии, и лидерство останется важным стимулом деятельности. Есть даже предположения, что в недалеком будущем главным мерилом положения в обществе будут не деньги, а статус. Нечто похожее мы уже пережили при социализме. Одним из проявлений лидерства является чувство собственного достоинства. Его уровень характеризует зрелость общества.

Потребность общения универсальна. Она удовлетворяется главным образом в сфере труда и семьи. Прогресс экономики и культуры уменьшает возможности общения и увеличивает отчужденность, особенно у пожилых людей.

Наиболее трудное положение с потребностью в информации. Простое выражение этого — требование к разнообразию труда. Технология массового производства породила конвейер, который лишил работу всякого интереса. В то же время потребность в информации возрастает прямо пропорционально образованию: чем больше человек знает, тем он больше хочет знать. Так возникает одно из самых важных противоречий индустриального века: рост образования и большой процент самого скучного труда на конвейерах или станках при поточном производстве. Сгладить это противоречие можно только через технологическую революцию: автоматы и робототехника должны заменить людей на однообразной работе.