Допустимые потери - Ирвин Шоу

– Мертв, – сказал лейтенант, поднимаясь с колен. – Для разнообразия эти проклятые газеты напечатали что-то полезное. Я знал, что он появится.

Он сиял от удовольствия и больше всего походил на охотника, только что уложившего гигантского самца-оленя, рога которого явятся прекрасным украшением стены над камином.

– Вы его знаете? – спросил Шултер.

Деймон посмотрел на человека, куртка которого была залита кровью. Лицо покойника выглядело умиротворенным. Раньше он этого лица не видел.

– Это может быть кто угодно, – сказал Деймон. – Он так и не успел сообщить мне, чего хочет.

Обнимающей его Шейле показалось, что эти слова были произнесены с изрядной долей сожаления.

Деймон сидел в саду в Олд-Лайме и смотрел на пролив. Сумерки сгущались. Вдоль побережья начали поблескивать огоньки, а вода приобрела цвет стали. Он слышал, как Шейла, напевая что-то, занимается ужином. Деймон ждал его с нетерпением. Помимо завтрака, ленча и ужина. Шейла в одиннадцать утра, в пять вечера и перед отходом ко сну в скрипящем, как старый корабль на ветру, доме взбивала для супруга гоголь-моголь. За две недели он набрал десять фунтов и уже расхаживал по саду без трости.

Их навестил Шултер.

– Ну и гнусное же это дело, – сказал он. – На парне не нашлось ничего, что можно было бы использовать для идентификации. Ни кредитной карты, ни водительского удостоверения. Ни-че-го. Тело никто не востребовал. Пистолет оказался старым немецким «парабеллумом» тридцать восьмого калибра. Скорее всего его с войны притащил какой-то солдат. С тех пор он сменил по меньшей мере двадцать рук. Это все, что нам известно. – Шултер, словно не веря самому себе, покачал головой. – Он явился из ниоткуда. С улицы. Из сточной канавы.

– Из ниоткуда, – произнес Деймон, глядя на темнеющий в сумерках пролив.

Он вспомнил, как, находясь в больнице, хотел, чтобы его оставили в покое и позволили умереть, как не испугался, увидев выступившего из-за машины человека с пистолетом в руках.

Из кухни появилась Шейла с двумя стаканами виски с содовой – для него и для себя. Деймон взял стакан из рук жены, а она села в кресло рядом с ним. Некоторое время они молча смотрели на темный пролив. Затем Деймон взял жену за руку и произнес:

– Целительница. Дарящая жизнь.

– Не становись к старости сентиментальным, – сказала она. – Я всего-навсего леди, которая наливает тебе виски перед ужином.

– До чего же здесь хорошо, – прошептал Деймон, и они одновременно поднесли к губам свои стаканы.