Чудесный замок - Элизабет Мид-Смит

Попрощавшись с друзьями, Дав быстро зашагал к дому мисс Эгертон, по дороге обдумывая план действий. В эти часы мисс Эгертон обычно занималась с учениками, а Бриджет возилась на кухне. Стало быть, он мог свободно орудовать в той части дома, которую сестры называли Чудесным замком. Он знал, как незаметно влезть на крышу, а с крыши – легко проникнуть в комнаты девочек. В то время как сестры ехали по направлению к Сити, Дав забрался к ним в дом и, убедившись, что входная дверь заперта, преспокойно огляделся вокруг.

Первое, что он увидел, было письмо, лежавшее на столе в гостиной и адресованное Примроз. Дав взял его и тщательно осмотрел. На одной из почтовых марок он прочитал слово «Розбери». Этого для него было достаточно. Письмо тут же перекочевало в карман Дава, а он принялся оглядывать комнату в поисках новой добычи.

Нашел он очень мало. Для него Чудесный замок не представлял никакой ценности. По мнению Дава, это были бедные комнаты. Чистые, конечно, но в его глазах чистота означала бедность. Ему больше нравились комнаты, обильно устланные коврами, и чем больше, тем лучше. Он любил также, чтобы комнаты были тесно заставлены темной, тяжелой мебелью из добротного, старого красного дерева, а окна задрапированы плотной шерстяной тканью.

Такие комнаты, по мнению Дава, выглядели солидно, хозяева подобных комнат обязательно обладали тяжелыми кошельками и, возможно, кое-чем еще, припрятанным в одном из ящиков бюро. Такую комнату интересно обследовать. А эта гостиная, с простенькой малиновой обивкой, белыми полами, несколькими гравюрами на стенах да низеньким книжным шкафом, набитым пусть даже ценными книгами, – что в ней проку? Не найдя больше ничего стоящего и слегка пнув ногой Пинк, он незамеченным покинул комнату, как и вошел, – через крышу. Письмо Примроз лежало у него в кармане, и он был счастлив, что так легко заполучил ее ежеквартальное пособие. Вернувшись к себе на Эден-стрит и закрывшись в задней комнате, он вскрыл письмо. Оно оказалось коротким и было написано, против обыкновения, не мистером Дэйнсфилдом. Дав, однако, внимательно изучил его содержание.

«Банк

Хай-стрит, Розбери

Апрель, 21

Мэм, в отсутствие мистера Дэйнсфилда посылаю Вам чек на семнадцать фунтов десять пенсов согласно его указанию. Соблаговолите поставить свою подпись на оборотной стороне чека, после чего Вы можете получить деньги в банке Метрополитэн, Стрэнд.

Примерно через шесть недель я ожидаю возвращения мистера Дэйнсфилда, который проводит зиму за границей.

Искренне Ваш Джон Дэвис»

Почти час Дав разбирал текст письма, потом ощупал чек с обеих сторон, потом побледнел от злости: без подписи чек был бесполезен. Дав был человеком сильных страстей, поэтому не постеснялся в выражениях своего неудовольствия. Его жена, услышав ругань, сочла за благо не попадаться на глаза своему повелителю. Она не могла взять в толк, что это он так долго делал в задней комнате и почему после этого отказался от вкусного ужина. Через некоторое время она услышала, что он вышел, и вздохнула с облегчением.

Дав быстро и ловко запечатал конверт, так что ни одна душа не заметила бы, что он его открывал. Потом снова поспешил к дому мисс Эгертон и тем же путем, через крышу, проник в комнаты девочек. Он хотел засунуть конверт между книгами, которые стопкой лежали на письменном столике Джесмин, якобы кто-то переложил его, например, вытирая пыль в комнате, однако передумал и бросил его на стол. Понадеявшись, что никто не проведает о вторжении и рыкнув на бедную Пинк, которая бросилась от него наутек, Дав благополучно выбрался из дома.