Иметь и не иметь - Эрнест Хемингуэй

– Иди сюда, – сказал я Эдди и дал ему выпить какследует.

– Курок надо раньше взводить? – шепотом спросилон. Он теперь сидел у штурвала, и я протянул руку и расстегнул оба чехла и наполовинувытащил приклады.

– Правильно.

– Ух, ты! – сказал он.

Просто удивительно, как на него действовала выпивка и дочего быстро.

Мы стояли на одном месте, и сквозь заросли кустарника явидел свет в доме уполномоченного. Оба огня на мысу скрылись из виду, потомодин появился с другой стороны мыса. Вероятно, они задули второй.

Потом, немного погодя, я увидел в бухте направлявшуюся к намлодку и человека, который греб кормовым веслом. Я понял это, видя, как онраскачивается из стороны в сторону. Я понял, что весло у него большое. Я оченьобрадовался. Раз гребут кормовым, значит, там только один гребец.

Они поравнялись с нами.

– Добрый вечер, капитан, – сказал мистер Синг.

– Заходите с кормы и становитесь борт к борту, –сказал я ему.

Он что-то сказал парнишке с веслом, но тот не мог кормовымвеслом дать задний ход, поэтому я ухватился за планшир и провел их лодку засвоей кормой.

В лодке было восемь человек. Шесть китайцев, мистер Синг ипарнишка с веслом. Когда я нагнулся, чтобы подтянуть их лодку, я ждал, что менячто-нибудь ударит по голове, но ничего не ударило. Я выпрямился и дал мистеруСингу ухватиться за корму.

– Ну-ка, покажите, как это выглядит, – сказал я.Он передал мне пачку, и я понес ее туда, где у штурвала стоял Эдди, и зажегнактоузный огонь. Я тщательно проверил пачку. Все как будто было в порядке, и япогасил огонь. Эдди весь дрожал.

– Возьми налей себе, – сказал я. Я видел, как ондостал бутылку и опрокинул ее. Я вернулся на корму.

– Ладно, – сказал я. – Пусть шестеропереходят сюда.

Мистеру Сингу и кубинцу с веслом приходилось следить за тем,чтобы их лодку не ударило о наш корпус, потому что даже при таком небольшомволнении это легко могло случиться. Я услышал, как мистер Синг сказал что-топо-китайски, и все китайцы, которые были в лодке, полезли к нам на корму.

– По одному, – сказал я.

Он опять что-то сказал, и шесть китайцев один за другимвзошли на корму. Они были всех ростов и размеров.

– Проводи их в каюту, – сказал я Эдди.

– Вот сюда, джентльмены, – сказал Эдди. Чертпобери, я сразу увидел, что глоток на этот раз был основательный.

– Запри каюту, – сказал я, когда они все вошли.

– Есть, сэр, – сказал Эдди.

– Я сейчас привезу остальных, – сказал мистерСинг.

Я оттолкнул их, и мальчик в лодке заработал своим веслом.

– Слушай, – сказал я Эдди. – Оставь в покоебутылку. Ты уже достаточно храбрый.

– Есть, капитан, – сказал Эдди.

– Что с тобой такое?

– Нравится мне это занятие, – сказал Эдди. –Так ты говоришь, нужно вот так оттянуть курок?

– Пьянчуга ты несчастный, – сказал я. –Дай-ка, я тоже выпью.

– Больше нет, – сказал Эдди. – Виноват,капитан.

– Слушай. Теперь твое дело следить, и как только он мнепередаст деньги – сейчас же запускай мотор.

– Есть, капитан, – сказал Эдди.

Я наклонился, взял другую бутылку, достал штопор и вытащилпробку. Я отпил порядочный глоток и вернулся на корму, крепко заткнув бутылкупробкой и спрятав ее позади двух больших оплетенных бутылей, доверху налитыхводой.

– Мистер Синг едет, – сказал я Эдди.

– Так точно, сэр, – сказал Эдди. Лодка смальчишкой-гребцом снова подошла к нам. Они зашли с кормы, и я ждал, пока ониухватятся. Мистер Синг ухватился за укрепленный на корме скат, по которому мывтаскивали в лодку крупную рыбу.

– Пусть поднимаются, – сказал я. – По одному.Еще шесть китайцев, на этот раз подобранных поровнее, взошли на корму.

– Проведи их туда же, к остальным, – сказал яЭдди.

– Есть, сэр.

– Запри каюту.

– Есть, сэр.

Я увидел, что он уже снова стоит у штурвала.

– Ну что ж, мистер Синг, – сказал я. –Давайте, поглядим на остальное.

Он сунул руку в карман и протянул мне деньги. Я схватил егоруку вместе с деньгами, и когда он ступил на корму, я другой рукой схватил егоза горло. Я почувствовал, как лодка дрогнула и пошла, вспенивая воду, и хоть ябыл здорово занят мистером Сингом, но я видел кубинца с веслом в руках,стоявшего на корме своей лодки, когда мы отходили от нее под корчи и судорогимистера Синга. Он корчился и судорожно бился, точно дельфин, вздетый на острогу,и один раз даже изловчился и укусил меня в плечо. Но я поставил его на колени иизо всех сил сдавил ему горло обеими руками.

Я подержал его так, пока он не затих, и потом уложил накорму. Он лежал на спине, неподвижный, в хорошем костюме, свесив ноги в кокпит;так я его и оставил.

Я подобрал деньги с кормы, пошел в рубку, зажег нактоузныйогонь и пересчитал их. Потом я стал у штурвала и сказал Эдди, чтоб он поискалпод кормой куски железа, которые служили нам вместо якоря, когда мы ловили рыбуна отмелях или в таких местах, где каменистое дно и якорь может сломаться.

– Я не найду, – сказал он. Он боялся очутиться такблизко к мистеру Сингу.

– Становись к штурвалу, – сказал я. – Держи вморе.

Внизу, под палубой, слышалась какая-то возня, но тех я не боялся.

Я нашел то, что искал, куски железа со старой угольнойпристани в Тортугас, и взял обрывок каната и, выбрав два больших куска, крепкопривязал их к щиколоткам мистера Синга. Затем, когда мы отошли мили на две отберега, я спустил его за борт. Он плавно съехал за борт по скату. Я даже неощупал его карманы. Не хотелось мне с ним путаться.

Корма была немного закапана кровью, вытекшей у него изо ртаи из носа, и я зачерпнул ведром воды, едва не вылетев при этом за борт, такбыстро мы шли, и начисто отмыл все шваброй, которую достал из-под кормы.

– Убавь ходу, – сказал я Эдди.

– А что, если он всплывет? – сказал Эдди.

– Там, где я его сбросил, глубина четыре тысячифутов, – сказал я.