Такая удивительная Лиговка - Аркадий Векслер

В.С. Сварог (Корочкин, 1883–1946) родился в Старой Руссе в семье бедного крестьянина. С детских лет увлекается рисованием. В 1896 г. поступил в училище технического рисования барона Штиглица, где В.Е. Савинский, наблюдательный и вдумчивый художник-педагог, по достоинству оценил талант В.С. Сварога. После окончания училища с 1900 г. Сварог сотрудничал в петербургских иллюстрированных журналах «Живописное обозрение», «Пулемет», «Волшебный фонарь», «Солнце России» и др. Революция 1905 г. глубоко захватила художника. Его острые сатирические рисунки и карикатуры на самодержавие постоянно печатались на страницах крупнейших иллюстрированных еженедельников. В 1920—1930-х гг. Сварог публиковал многочисленные рисунки в «Ленинградской правде», «Красной газете», «Правде», «Известиях», «Комсомольской правде» и других изданиях, создал десятки политических плакатов. На посмертной выставке в Москве в 1946 г. было представлено около 300 полотен художника. Свыше 180 рисунков, акварелей, полотен передано в дар Старой Руссе родственниками Сварога. В Старой Руссе именем художника названа улица.

И.С. Горюшкин-Сорокопудов, Автопортрет

И.С. Горюшкин-Сорокопудов (1873–1954) родился в крестьянской семье в Тамбовской губернии. Рано осиротел, и, став взрослым, добавил к своей фамилии фамилию воспитавшей его семьи Сорокопудовых. Первые навыки в искусстве будущий художник получил в Астрахани от П.А. Власова, который подготовил его к поступлению в Академию художеств в Петербурге. По окончании натурного класса он работал в мастерской И.Е. Репина. Ко времени окончания Академии в 1902 г. определились основные творческие интересы художника – исторический и портретный жанры, а также пейзаж, жизнь Древней Руси, патриархальные традиции, народный быт. Рисунки и репродукции с его произведений, иллюстрации к романам А. Толстого «Князь Серебряный», П. Мельникова-Печерского «В лесах», к рассказам Г. Успенского «Неизлечимый», «На постоялом дворе» и другим, которые регулярно публиковались в самых популярных журналах тех лет («Нива», «Солнце России», «Столица и усадьба»), приумножали славу их автора. В 1908 г. Горюшкин-Сорокопудов переехал из Петербурга в Пензу, где преподавал в Пензенском художественном училище. Под впечатлением войны 1914 г. художник создал картины «Подвиг сестры милосердия» (1914–1916), «Пленных привезли!» (1916). После революции 1917 г. Пензенское училище было преобразовано в художественно-производственные мастерские, а Горюшкин-Сорокопудов отстранен от преподавания. Он вернулся к педагогической деятельности лишь в 1930-х гг. Художник активно участвовал в организации деятельности «Ассоциации художников революции» и в создании «Объединения молодежи ассоциации художников революции» в Пензе, экспонировал свои произведения на выставках этих объединений. В середине 1920-х и в 1930-х гг. Горюшкин-Сорокопудов создал цикл произведений, посвященных Ленину. К числу удачных работ 1930-х гг. относятся несколько пейзажей, жанровых композиций и портретов, где, как и в лучших ранних произведениях художника, удачно передано непосредственное восприятие натуры.

После Великой Отечественной войны Горюшкин-Сорокопудов много консультировал молодых художников, участвовал в обсуждении выставок, по мере сил помогал педагогам Пензенского училища, где он преподавал долгие годы. Жизненный путь художника был исполнен беззаветной преданности искусству, любви к своей профессии. Персональные выставки произведений Горюшкина-Сорокопудова состоялись уже после его кончины – в Пензе в 1956 г., в Москве в 1964 г. и к 100-летию со дня рождения художника в 1973 г. в Пензе.

Моисей Соломонович Наппельбаум приехал в Петербург из Минска в 1910 г. и предложил редакции журнала несколько своих фоторабот. Работы понравились, и фотографу предложили создать серию фотопортретов музыкантов-профессоров Петербургской консерватории в связи с приближавшимся ее пятидесятилетним юбилеем. Юбилейный номер «Солнца России», составленный из снимков Наппельбаума, привлек всеобщее внимание, и их автор стал постоянным сотрудником журнала. С 1913 г. постоянным сотрудником журнала стал и Мирон Шерлинг, а после переезда Наппельбаума в качестве официального портретиста нового советского государства в 1918 г. в Москву стал первым портретистом Петрограда. В 1917 г. постоянным сотрудником журнала стал и Яков Штейнберг.

М.С. Наппельбаум. Автопортрет

О Наппельбауме М.С. (1869–1958): он родился в Минске и в свои 14 лет поступил учеником копировщика в портретное ателье «Боретти». Освоив мастерство фотопечати, он вскоре стал ретушером, а спустя недолгое время – учеником фотографа. Получив элементарные знания у своего первого учителя Боретти, начинающий фотограф постигал тонкости фотографического ремесла самостоятельно, известным методом проб и ошибок. Только в 1895 г., набравшись знаний и умений в области портретной фотографии в путешествиях по России и Америке, он открыл в Минске свое ателье, в котором трудился пятнадцать лет. Став сотрудником «Солнца России». Наппельбаум открыл ателье в доме № 72 по Невскому проспекту. Здесь создавались лучшие его работы и начался период творческой зрелости фотографа. В большой квартире, снятой фотографом на шестом этаже, было девять комнат, из которых три занимала студия, включавшая большой, размером в 80 квадратных метров, павильон со стеклянной стеной, выходящей на север, и с частично застекленным потолком. Кроме того, в рабочие помещения входила также приемная и гостиная: Наппельбаум всегда стремился к тому, чтобы его клиенты чувствовали себя свободно, будто они пришли в гости к своему старому доброму знакомому.

Эта квартира осталась за фотохудожником и после 1918 г.^[81] Дочери фотохудожника Ида и Фредерика, увлекавшиеся поэзией, устраивали в 1920-х гг. известные в Петрограде литературные «понедельники», которые посещали Ахматова, Зощенко, Тынянов, Шварц, Мандельштам, Ходасевич, Гумилев и др. На «понедельниках» гостей угощали чаем с пирожными и бутербродами (по тем временам это считалось роскошью). Наппельбаум сделал в своем ателье известные снимки Гумилева (1921), Есенина (1924) и др.

«Это был крупный, красивый мужчина с волнистыми кудрями и большой черной бородой. Всем своим обликом старался он показать, что он – художник. Он носил просторные бархатные куртки, какие-то пелерины, похожие на старинные плащи, галстуки, завязывавшиеся пышным бантом, береты. Свои фото он ретушировал так, что в них появлялось что-то рембрандтовское. Он действительно был замечательным мастером портрета… Это был добрый, благожелательный человек, очень трудолюбивый, любящий свое дело, свою семью, искусство и деятелей искусства. Эта любовь к людям искусства и литературы была в нем удивительной чертой, потому что, в сущности, был он человек совсем малограмотный, книг почти не читавший и не только ничего не понимавший в произведениях тех, кого так любил, но и не пытавшийся понять. Свое бескорыстное благоговение перед «художественным» он передал по наследству всем своим детям. Они не мыслили себе никакой другой карьеры, кроме карьеры поэта, писателя, художника…» – такой облик Наппельбаума запечатлел в своем очерке «Салон Наппельбаумов» Николай Чуковский.