Елизавета II. Королева мира. Монарх и государственный деятель - Роберт Хардман

– Я никогда не видел такого дождя, никогда. Наше ранчо находится на вершине холма, а на дороге было очень ветрено, и мы были уверены, что Королева не приедет, – сказала Нэнси Рейган Уильяму Шоукроссу. – Когда они добрались, мы принялись извиняться, а она все говорила: «Да нет же, это настоящее приключение! Это приключение!»

Рейганы подготовили ланч в узком кругу, там подавали блюда техасско-мексиканской кухни – тако, обжаренные бобы (по словам Салли Беделл Смит, Королева позже сказала, что ей очень понравились «пережаренные бобы»). Сэр Брайан Фолл говорит, что, хотя Королева надеялась на увлекательную беседу о политике, президент оказался поглощен делами на ранчо.

– Здесь у нее был тет-а-тет с лидером западного мира. А он отказался рассуждать о политике. Рассказывал, как надо рубить дрова на ферме. Полагаю, ей бы понравился серьезный разговор о политике.

По возвращении в Лонг-Бич королевская чета дала обед в честь первой леди на борту Britannia, после чего гостья переночевала на яхте. Это был еще один в высшей степени необычный и личный штрих, напоминание о том, как часто турне по США могут отклоняться от обычного сценария.

Следующим портом захода должен был стать Сан-Франциско, хотя план был изменен.

– Первоначально Britannia должна была пройти под мостом Золотые Ворота, но погода была такая скверная, что яхта не смогла бы добраться туда, – говорит сэр Брайан.

– Я лечу в Сан-Франциско, – сказала Королева своим чиновникам. – Сейчас я никуда не поплыву.

Рейганы предоставили в распоряжение Королевы президентский самолет ВВС США. Штат Королевы вспоминает, как она с волнением не отрывалась от иллюминатора, наслаждаясь видом на мост Золотые Ворота с высоты птичьего полета. Затем возникла новая проблема. Где поселиться? Яхта еще не дошла до Сан-Франциско, и нужно было срочно разместить монарха, принца-консорта, а также свиты Королевы и президента. В мгновение ока благодаря усилиям объединившихся представителей Белого дома и Дворца и личным контактам бывшего губернатора штата вскоре все было улажено. Королева и герцог разместились в президентских апартаментах в отеле St Francis. Нэнси Рейган даже распорядилась собрать и развесить по стенам произведения искусства из местных музеев.

– Затем встал следующий вопрос: куда отправиться поужинать? – рассказывает сэр Брайан.

На помощь ему пришел заместитель главы администрации президента с хорошими связями.

– Майку Диверу удалось снять весь ресторан Trader Vic’s, и мы поехали туда.

Для Королевы, которая пятнадцать лет не бывала в обычном ресторане, все было в новинку, вплоть до подаренного под конец вечера печенья с предсказанием (она прочитала его и убрала в сумочку).

Britannia, наконец, догнала хозяйку, и два дня спустя Королева и герцог дали на борту яхты ответный ужин в честь президента. Так случилось, что в этот день Рейганы отмечали тридцать первую годовщину своей свадьбы.

– Они были такие милые, так нас порадовали, а команда подготовила большущую поздравительную открытку и торт, – вспоминала бывшая первая леди. – Они подняли за нас тост, и после всего этого Ронни встал и сказал: «Я знаю, что, когда мы поженились, я обещал Нэнси все на свете, но я думаю, что превзойти это у меня не получится». А потом, после ужина, я спела Our love is here to stay^[201].

Ни разу со времен войны «особенные отношения» не бывали столь трогательными и нежными, хотя семь месяцев спустя они подверглись испытанию в связи с вторжением США в одно из владений Королевы, Гренаду, без какого-либо предупреждения о том главы государства.

Теплая привязанность Королевы к Америке и ее многочисленным друзьям там была так сильна, что в 1984, 1986 и 1989 годах она вновь приезжала туда и в ходе частных визитов осматривала ранчо и лошадей. Именно во время приезда в 1984 году – когда Королева навещала свою кобылу Раунд-Тауэр, находившуюся в конюшне ранчо Уилла и Сары Фариш в Кентукки, – ей было доставлено сообщение о покушении на Маргарет Тэтчер во время конференции Консервативной партии в Брайтоне.

Однако после войны в Персидском заливе в 1990 году и оказанной Британией поддержки освобождения Кувейта силами США наступило время для очередного очень публичного путешествия через Атлантику. В Белом доме теперь находился Джордж Буш-старший, который вместе с его супругой Барбарой также стал настоящим другом Королевы. Из всех президентов США именно Буш был ближе всех к Королеве по возрасту. Как и она (и принц Филипп), принимал участие во Второй мировой войне. В то время он был самым молодым пилотом ВМФ США, в 1944 году он был сбит над Тихим океаном, но после этого продолжил летать и участвовал в пятидесяти восьми воздушных боях. Проработав два года на посту президента, он пригласил Королеву прибыть с государственным визитом и устроил ей очень торжественный прием. Она стала первым британским монархом в истории, выступившим на совместном заседании обеих палат Конгресса. На тот момент большая часть американских СМИ сильнее интересовали нестыковки и размолвки в королевской семье, информация о которых начинала просачиваться из британской прессы, хотя до ‘annus horribilis’, по выражению Королевы, оставалось еще два года. Washington Post разместила в связи с визитом Королевы лишенную всякого почтения статью, что было бы немыслимо во время ее предыдущего государственного визита. Статья начиналась так: «Королева – старуха, Чак – болван, Ферджи – толстуха, а ее отец – грубиян. Супруг Энни – дрянь, жена братца – франтиха, а шикарный брак Ди – провальная шумиха».

И все же едва Королева приземлилась в Америке, как Америка вновь начала проявлять живой интерес к королевской сказке. Началось все довольно неблагоприятно после официального приветствия президента Буша на лужайке Белого дома. Президент отошел от трибуны и предложил Королеве выступить с ответной речью. Она начала выступление с шутливого замечания:

– Прошло пятнадцать лет с нашего последнего визита в Вашингтон, когда мы отважно пренебрегли историей и от всего сердца участвовали в праздновании 200-летия основания этой великой нации.

Хотя шутка позабавила слушателей, проблема состояла в том, что никто не обратил на нее внимания. Британский посол в то время, сэр Энтони Экленд, говорит, что это была простая оплошность:

– После своей приветственной речи президент Буш, который в то время чувствовал себя не слишком хорошо, должен был нажать на педаль, чтобы поднять платформу, на которой должна была выступать Королева. Он забыл и не сделал этого. А Королеву, которая и так чуть не в половину ниже него, многие просто не увидели.