33 рассказа о китайском полицейском поручике Сорокине - Евгений Анташкевич

Дорогая Элеонора, я не могу приложить к этому письму карту, тогда Вам было бы много яснее, но могу дополнительно пояснить, что все действия происходили вдоль железной дороги и вокруг неё.

В это время был снят с должности генерал Сахаров и на его место назначили генерала Каппеля. Командовать Третьей армией назначили генерала Петрова, но его, по слухам, чуть не захватили красные, но он отбился. Боевые действия, которые велись нами, были предназначены только для того, чтобы пробивать препятствия со стороны красных. Получалось так, что мы наступали не на запад, а на восток.

4 января полковник Адельберг на станции Минино послал меня для связи в штаб 2-й армии. А потом мы с ним поменялись местами, потому что мы сопровождали важный и ценный груз. К ночи в 6–7 верстах от деревни Бугач стала на ночлег 2-я Уфимская кавалерийская дивизия. 5 января был о принято решение захватить город Красноярск: с запада должны были наступать 4-я Уфимская стрелковая дивизия и 2-я Уфимская кавалерийская, а с севера колонна генерала Вержбицкого. По непроверенным данным, красные партизанские отряды Щетинкина уже близко подошли к городу Красноярску или заняли его. 5 января на рассвете пошли вперед наши конные части. Другие войска в это время сосредоточивались в 3–4 верстах от Красноярска. Стоял сильный мороз и туман, и трудно было ориентироваться на местности. Сосредоточение выполнялось, но около самого разъезда Бугач было много саней, как тогда, когда мы с Вами встретились. Пока их раскидали, было потрачено много времени впустую. Было получено донесение, что передовые конные части вступили в переговоры с красными передовыми отрядами и те запрашивают в Красноярске указания. Была надежда, что нас пропустят, однако вместо этого они развернули пулемёты. Вдоль дороги разворачивались наши части: уфимские стрелки и ижевцы; левее разворачивалась уфимская кавалерийская дивизия. Завязалась перестрелка. Наши части стали продвигаться по снегу вперёд. Пошла их артиллерия, она стала доставать до нашей кавалерии. Мы продвигались, не очень быстро, но продвигались. Наши люди все намерзлись и устали, поэтому уверенности в успехе не было. Мне это всё потом объяснил полковник Адельберг, который несколько раз курсировал в штаб генерала Петрова. Город Красноярск захватить не удалось, и стало очевидно, что не все эшелоны смогут пробиться через Красноярск, но нашему удалось. Когда все наши войска стали с севера и юга обтекать город, мы чудом проскочили. Это то, что мне известно. Вам об этом подробнее рассказал бы полковник Адельберг Александр Петрович, он сейчас живет в Харбине. Когда Вы приедете, я Вас с ним познакомлю. Под Иркутском, когда Вы заболели и я Вас не смог найти, мы стояли и ждали наступления, но вышел приказ двигаться вперёд, и мы пошли на Байкал. Через озеро Байкал мы просто перешли. Было очень холодно, дул сильный боковой ветер с северо-запада, и было много унесённых саней и лошадей. Это всё, что я могу написать. На Байкале боёв не было, они были дальше и позже, уже под Читой, где я Вас снова искал, но безуспешно.

Не знаю, насколько я смог выполнить Вашу просьбу. Если не совсем, то мне очень жаль. В Китае начинается гражданская война, но мне пока непонятно, кто против кого, я только понимаю, что есть север и есть юг, и какой-то Чанкайши из Кантона.

Если бы Вы, приехав в Китай, побывали бы в Харбине, мне было бы очень приятно с Вами увидеться.

С прискорбием сообщаю, что Вашего секретаря Екатерину Григорьеву убил бандит Огурцов. Во время ареста он был сам убит.

С уважением и наилучшими пожеланиями,

Всегда к Вашим услугам,

Ваш Михаил Сорокин».