Первый штурм Севастополя. Ноябрь 41-го - Александр Неменко

2. III./124 полка атакует восточнее 440,8 по направлению к «высоте с памятником».

3. II./ 124-го полка атакует между ними, вдоль дороги.

Общая задача: выйти на линию Камары – Denkmalshöhe (гора Гасфорта) с последующей задачей соединиться с 50-й ПД^[437].

Немецким наблюдением за воздушным пространством отмечается около 21.00 ч. шум мотора и множество мелких бомбовых ударов по позициям немецких войск. Авиация противника действовала на кавказском направлении, и под Севастополем не появлялась.

До 19 ноября артиллерия Приморской армии крайне ограниченно поддерживала войска. Активно действовали только две батареи 265-го корпусного и 51-го армейского артполков. В этот день в главную базу прибыл транспорт «Курск» (капитан В.Я. Труш) в охранении тральщика № 16. Это был первый транспорт, доставивший боеприпасы для Приморской армии. В основном это был 122-мм боезапас для орудий 134-го ГАП и 76-мм снаряды для новых орудий дивизионных артполков. В главную базу также прибыли эсминцы «Способный» (командир капитан 3 ранга Е.А. Козлов) и «Сообразительный» (командир капитан 3 ранга С.С. Ворков), которые доставили два батальона 9-й бригады морской пехоты (1147 человек) и личный состав бывшего 120-го артдивизиона (около 250 человек).

В 54-м полку дезертировали мл. л-т Хренов и 4 бойца, унеся с собой 4 винтовки и чешский автомат. В этот же день произошло ЧП: дрезина бронепоезда «Железняков» налетела на автомобиль, погиб офицер 54-го СП и один боец 287-го СП.

По данным оперсводки 4-го сектора, в 18-м батальоне морской пехоты числится 44 офицера, 60 человек младшего начсостава, 538 рядовых. Батальон имел 8 станковых пулеметов 3 ручных и один 82-мм миномет^[438].

20 ноября

Расположение частей 1-го сектора было следующим:

– от башни до старых укреплений на выс. 212, 1 остатки 1-го батальона 383-го полка;

– 2-й батальон 1330-го полка – юго-западные скаты высоты 212,1;

– 1-й батальон 1330-го полка – Благодать;

– батальон 1331-го полка в резерве в районе выс. 114, 1;

– 161-й полк от Кадыковки до холма Канробера;

– 2-й батальон полка НКВД в 3.30 вышел для смены 1 б-а 383-го полка на его позициях;

– 3-й б-н 383-го полка на рубеже в дотах и дзотах Главного и Тылового рубежей^[439].

Из журнала боевых действий 1-го сектора:

«В связи с тем, что пр-к ввел в бой новые части и пытался развить наступление в направлении – Кадыковка с целью охвата левого фланга армии, 1-го сектора обороны, Штабом Приморской Армии боевым приказом № 005 от 20.11.41 г. была доставлена задача: Части 1 сектора с выходом ударной группы 2-го сектора в р-н выс. 386, 6 – 21 ноября перейти в наступление в направлении выс. 212, 1 и 386,6, овладеть выс. 212, 1 и бывш. ст. укрепления. В последующем совместными действиями с частями 1 сектора уничтожить части пр-ка. действующие на Балаклавском направлении»^[440].

В результате боя на выс. 212, 1 части 1-го сектора задачу не выполнили. Противник прикрылся артиллерийским, минометным и пулеметным огнем. Потери в 1-м батальоне 383-м полка и химроте 2-го батальона: 22 убитых и 121 раненый. Остатки 383-го полка отошли к Генуэзкой башне, остатки химроты были приданы 1330-му полку, который занял позиции на скатах 212,1. Потери 1330-го полка – 131 раненый и 74 убитых.

Журналы боевых действий 172, 25, 95-й СД (2, 3 и 4-й сектора обороны) отмечают затишье.

В 8-ю БРМП прибыло пополнение: 625 человек из бывшей 9-й БРМП. После оформления личного состава в ней числилось: 263 офицера, 404 младшего начсостава, 2858 рядовых. За период с 1 по 20 ноября потери бригады составили 1526 человек (или 32 % штатного состава). Причем 2/3 от этого количества приходятся на первые 10 дней. Но потери потерям рознь.

Раскроем эту цифру: убито 109 человек (19 офицеров, 20 младших командиров, 70 рядовой состав), ранено 560 (соответственно 30 офицеров, 61 человек младший состав, 469 человек рядовой состав), пропало без вести 762 человека (1/10/751). Кроме того, по «другим причинам» выбыло 94 человека. «Другие причины» – это осужденные трибуналом (12 человек), откомандированные в другие части (37 человек) и перебежчики^[441]. Бригада не передислоцировалась, не отступала, вела бои на одном участке. Причины столь высокого процента пропавших без вести (50 % потерь) объяснить иначе как плохим командованием сложно. Интересная деталь: были построены землянки для красного уголка, политотдела, командования, но 2, 3-й и 4-й батальоны не имели землянок даже для раненых.

Из немецких документов: «20.11.41 г. 16 пленных на участке 47-го полка. Перебежчики из 3-го батальона из нового пополнения, прибывшего на транспорте «Ташкент». Ранее состояли в 100, 101 и 125-м запасных стрелковых полках»^[442].

Был существенно пополнен 18-й батальон морской пехоты, в нем числится около 900 человек. Пополнение прибыло из тыловых частей ЧФ.

Четырнадцать Ил-2, три Пе-2 и одиннадцать И-16 главной базы днем бомбили и штурмовали вражеские войска на подступах к Севастополю. Потерь самолетов не имели.

В главную базу флота в 12 ч. 30 мин. прибыл лидер эсминцев «Ташкент» (командир – капитан 3 ранга В.Н. Ерошенко, военком – батальонный комиссар А.В. Сергеев), который доставил боезапас для Приморской армии. В 20 ч. 10 мин. лидер вышел из главной базы и, маневрируя за внутренней кромкой минного заграждения, с 21 ч. 05 мин. до 21 ч. 48 мин. обстрелял пункты скопления войск противника – Кача, Голумбей и Тас-Тепе. Затем «Ташкент» взял курс к берегам Кавказа. Покинул главную базу и взял курс на Туапсе ледокол № 7, имея на буксире тральщик «Пионер» и корпус тральщика.

Переформированный 3-й полк морской пехоты начал смену остатков 7-й бригады морской пехоты на ее позициях. Бригада отводилась в резерв, однако ее 3-й батальон оставался в распоряжении коменданта 3-го сектора.

Противник, понимая, что с недостаточными силами Севастополь не взять, подтягивал резервы. В распоряжение 11-й армии начала прибывать 24-я ПД^[443].