Последняя мировая. Минуты до сирийского Армагеддона - Сергей Путилов

«Так говорит Господь Бог: за то, что Филистимляне поступали мстительно и мстили с презрением в душе, на погибель, по вечной неприязни, за то, так говорит Господь Бог: вот я простру руку мою на Филистимлян… И совершу над ними великое мщение наказаниями яростными; и узнают, что Я — Господь, когда совершу над ними Мое мщение» (Иез.,25:16–17).

Чтобы подкрепить свои права на Землю Обетованную палестинцы утверждают, что они ведут свое происхождение от филистимлян — народа обитавшего в Ханаане (территория современного Израиля и Ливан) до прихода туда евреев. «Палестина» никогда не было названием страны или народа. Это географический термин, использовавшийся римлянами для обозначения этого района. Тем не менее, связь между словами «филистимляне» и «палестинцы» несомненно существует. «Фаластин», как в античное время называли Палестину, происходит от еврейского «флешет», то есть «захватчик, пришелец». Так называли народ, 4 тысячи лет назад пришедший с севера на территорию Израиля и поселившийся там. Очевидно, что в будущем никаких других «филистимян» кроме нынешних палестинцев здесь не будет. Так что библейские пророчества могут быть отнесены только к ним.

«Арабо-израильский конфликт», «интифада», «Западный берег реки Иордан», «статус Иерусалима», — слова эти у всех на слуху. Пятьдесят лет длится конфликт между арабами и евреями, а конца-края этой бойне так и не видно. Ни усилия политиков, ни авторитет ООН, ни даже давление сверхдержав не в состоянии водворить мир в многострадальной Земле Обетованной. В чем причина? Для читающих Священное Писание, все происходящие отнюдь не является сюрпризом. Это лишь подготовка к большой, финальной битве, которая завершит историю человечества. По крайней мере, в том виде, как мы ее себе можем представить. Примирения не будет, пока иудеи и мусульмане не примут Христа, фигура которого так или иначе присутствует в их учениях. Тогда по слову Спасителя все истинно станут «народом Божьим». А сейчас такой народ здесь только один, и ему приходится завоевывать право на существование в жестокой борьбе с «сынами Измаила».

Для большинства иудеев территория, на которой они собрались 2000 лет спустя, это не просто наследие праотцев, а — дар Божий: «в этот день заключил Господь завет с Авраамом, сказав: потомству твоему даю Я землю сию, от реки Египетской до великой реки, реки Евфрата» (Быт., 15:18). Земля Обетованная, то есть обещанная. Поступиться хоть дунамом такой земли, значит совершить смертный грех. Именно поэтому изгоняемый Ариэлем Шароном религиозный поселенец, лучше ляжет под бульдозер, который сносит его щитовой домик в Газе, нежели переедет в новое благоустроенное жилище всего в нескольких километрах к северу. Логика этих людей проста: Библия ясно говорит о том, что палестинская земля принадлежит Богу и о том, что Бог отдал ее в дар Аврааму, Исааку и Иакову (Быт. 12:1–3, 13:14–15; 2 Пар. 6:25, 31, 38). Значит, ею должны владеть евреи, а арабы, проживавшие здесь столетиями, пусть убираются восвояси. Не хотите по-хорошему, будет по-плохому.

В итоге Израиль превратился в подобие ГУЛАГа. Когда едешь на машине по шоссе не перестаешь удивляться обилию заборов. Бетонные столбы — клюшки, между которыми натянута «колючка». Ограждения тянутся вдоль шоссе, карабкаются на слоеные известняковые холмы, пересекают фруктовые поля. Производство колючей проволоки здесь поставлено на широкую ногу — десятки, сотни километров острого как бритва серпантина. Повсеместно жестяные щиты с яркими надписями: «Закрытая территория, вход воспрещен». Это земля, конфискованная у палестинцев. На Западном берегу реки Иордан и в секторе Газа, занимающих одну десятую часть от площади на которой до 1948 года проживали арабы, сгрудилось все население несуществующего палестинского государства.

Удивительно наблюдать, как библейский ландшафт — мирно пасущиеся на склоне зеленого холма козы, террасы оливковых деревьев вдруг сменяют обложенные мешками с песком бетонные башни блок — постов. Из амбразур торчат черные дула автоматов. Шурша шинами, въезжаем по превосходному асфальтовому шоссе в Палестинскую автономию.

Рамаалла — столица несуществующего государства палестинцев. Автобус тормозит на КПП. В салон входит солдат с «Узи» на плече. В это время его товарищ шарит под днищем «железного коня» зеркальцем на длинном штативе. Вдоль бетонной стены выстроилась нескончаемая очередь небритых мужчин в халатах-галабеях, «арафатских» платках и потертых джинсах. На смуглых лицах выражение безысходности. Это фильтрационный пункт: израильская экономика нуждается в дешевой рабочей силе, но под видом чернорабочих из хевронского гетто могут вырваться террористы.

Мальчишка лет шести подбежал и запульнул что-то в открытое окно нашего дальнобойного «Мерседеса». В салоне заметно волнение — что там я подобрал с пола? «Палестинская жвачка», — успокаиваю попутчиков. И добавляю: «изготавливается из пластида». В окно летит скомканный доллар. Малец ловит его с ловкостью Баниониса. Наконец формальности улажены. Трогаемся с места и движемся вдоль серой стены густо покрытой арабскими граффити и обрывками листовок с портретами кандидатов на должность главы автономии.

Стоила ли победа всего этого? Если судить с точки зрения правоверного иудея, то — да. Враг хотя и не истреблен полностью, но зато «поставлен на место». За это, правда, приходится повседневно расплачиваться жизнями соплеменников, которые уносит необъявленная война. Сражение без линии фронта, укреплений и танковых маневров. Враг невидим и не слышим. До тех пор, пока где-нибудь на битком набитой дискотеке палестинец — камикадзе вдруг не сжимает провода напичканной болтами и ржавыми гвоздями бомбы.

В последнее время заголовки мировых СМИ запестрили сенсационными сообщениями: «Израиль начал вывод войск из пяти палестинских городов». Однако при этом разочарованно добавляется, что одновременно израильтяне возобновили строительство стены из железа и бетона вдоль западного берега реки Иордан. Те, кто видел растерзанные тела мирных жертв, убитых исламскими фанатиками-камикадзе, знают, что другого выхода как отгородиться стеной от всего этого кошмара у евреев нет. Все это порождает в сердцах палестинцев гремучую смесь надежды на мир и желания вновь взяться за оружие. Так что и на сей раз мир едва ли будет долгим.

Хеврон — расположен на «территориях» на западном берегу реки Иордан. Всего пятнадцать минутах езды по шоссе, петляющего между зеленых Иудейских гор отделяют его от Иерусалима. «Хэвер» — друг, так с еврейского переводится название города. Но до дружелюбия здесь далеко. В ходе второй палестинской интифады Хеврон неоднократно превращался в арену ожесточенных столкновений между израильскими военнослужащими и палестинцами. Еврейские семьи, а их здесь около 400 проживают среди ста тысяч хевронцев словно в осажденной крепости. В 1929 году арабы устроили погром в Хевроне и уничтожили еврейскую общину города. Поэтому теперь вокруг иудейского квартала создана буферная зона из блок-постов и опутанных проволокой под током «полос отчуждения», куда не пускают палестинцев. А при попытке проникновения мгновенно открывается огонь. В ответ порой летят не только бутылки с зажигательной смесью, но и ручные гранаты, гремят выстрелы «Калашниковых». А ведь город стоит на святынях одинаково почитающихся и мусульманами и иудеями. Здесь находится гробница патриархов — там по преданию захоронены библейский Авраам со своими сыновьями и женами. Мусульмане называют эту могилу Аль-Ибрагим.