Войска НКВД в Сталинградской битве - Николай Стариков

Ровно в три часа ночи четырнадцатого сентября поддерживающая наступление артиллерия начала огневую обработку фашистских позиций. Она длилась всего полчаса. И сразу наши наступающие части двинулись вперед.

38-я мотострелковая бригада наступала в стыке между 269-м и 270-м полками НКВД. Но она почти сразу остановилась из-за сильного огня противника, тем самым оголив фланги своих соседей, продолжавших продвигаться вперед.

Уже в самом начале контратаки, в начале шестого утра под сильнейший заградительный огонь врага попал сводный полк 399-й стрелковой дивизии, наступавший на фланге 272-го полка. Его бойцы тоже не смогли выдержать массированного огня противника. Они вначале залегли, а потом начали отходить.

В центре боевого порядка атакующих частей остались лишь два батальона 272-го полка НКВД. Его второй батальон смог достичь окраин аэродромного поселка. Но из-за жесточайшего артиллерийского и минометного обстрела вынужден был остановиться.

Для наращивания усилий командир полка подключил к атаке третий батальон, свой резерв. Но к половине седьмого утра немцы возобновили авиаудары по нашим позициям и по боевым порядкам подразделений, готовым продолжить атаку. В каждом налете участвовало до полусотни гитлеровских бомбардировщиков!

А в девять утра немцы начали ответную атаку. Около полка гитлеровских пехотинцев при поддержке двенадцати танков перешли в наступление на боевые порядки 272-го полка. И наши подразделения были вынуждены отходить.

Чтоб не оголять фланги, по приказу командира дивизии стали отходить также подразделения 269-го и 270-го полков. Вернувшись на исходные рубежи, наши части вели оборонительные бои с переменным успехом вплоть до шестнадцатого сентября.

К тому времени 38-я мотострелковая бригада, из-за больших потерь во время контрнаступления, не смогла удержать даже те позиции, которые она занимала до недавнего времени. Именно на ее участке враг смог прорваться и оказался в тылу подразделений 270-го и 272-го полков НКВД, которые тогда занимали линию обороны по улице Медведицкой. В итоге гитлеровцы вышли к городскому железнодорожному вокзалу.

Вероятно, воодушевленный успехом противник, поднакопив силы для удара, в двенадцать часов начал новое наступление. Силами шести батальонов, при неизменной танковой поддержке, гитлеровцы двинулись на наши позиции со стороны Исторического вала. Острие их атаки было направлено на стык флангов первого и второго батальонов 269-го полка НКВД.

Однако хорошо организованным огнем нашей обороны немцев удалось остановить. Но ненадолго. Около шестнадцати часов начались массированные бомбежки наших позиций с воздуха. Едва прекратились бомбардировки, на подразделения 10-й дивизии полезли вражеские танки и пехота.

Гитлеровцам удалось несколько продвинуться, но в засаженной фруктовыми деревьями лощине немцы были остановлены огнем подразделений 269-го полка и начали окапываться. Намерения врага прорваться еще дальше— в направлении завода «Красный Октябрь» — были пресечены. К исходу этого напряженного и драматичного боевого дня 269-й полк все еще удерживал свои позиции.

В ночь с четырнадцатого на пятнадцатое в Сталинград должна была переправиться 13-я гвардейская стрелковая дивизия. С ее подходом командование планировало разделить город на две зоны обороны. Гвардейцы должны были защищать с четвертого по десятый батальонные районы Сталинграда, завод «Баррикады», аэродром и военный городок. А 10-я дивизия внутренних войск НКВД брала под контроль третий, одиннадцатый, двенадцатый и тринадцатый батальонные районы обороны.

Однако сложная военная обстановка внесла в этот план кардинальные изменения. 13-й гвардейской дивизии, едва она переправилась на правый берег, пришлось сразу втянуться в уличные бои. И 10-я дивизия НКВД не могла ничем ей помочь, так как продолжала сама оставаться разобщенной по разным частям города.

Исходя, вероятно, из того, что в распоряжении командира 10-й дивизии находились около полутора тысяч человек из вооруженной охраны заводов и других важных городских объектов, командующий 62-й армией отдал распоряжение создать в центре Сталинграда сеть опорных пунктов с гарнизонами по пятьдесят-сто бойцов, используя наиболее прочные здания. Ставилась задача удерживать эти объекты до подхода свежих армейских подразделений.

Но еще днем того же четырнадцатого сентября около батальона немецких автоматчиков с тремя танками поддержки захватили Мамаев курган, находившийся в тылу 269-го стрелкового полка НКВД. Хорошо, что из этой зоны еще ночью перебазировался в район реки Царица командный пункт 62-й армии.

Знаменитая теперь на весь мир высота 102.0 оставалась какое-то время без войскового прикрытия. Очистить от врага Мамаева кургана поручили роте автоматчиков 269-го полка и сводной роте 416-го стрелкового полка 112-й стрелковой дивизии. В поддержку им выделили два танка. И хотя силы контратакующих были скромны, они очистили Мамаев курган от немцев уже к шести часам вечера. Охранять стратегически важную высоту остались бойцы 416-го стрелкового полка.

Противник, однако, не смирился с потерей господствующей над Сталинградом высоты. Сосредоточив более значительные силы, враг вновь атаковал Мамаев курган. На усиление обороняющихся подразделений с территории шестого батальонного района обороны была направлена часть гарнизона 270-го полка.

Это происходило все тем же днем — четырнадцатого сентября, которому суждено было войти в героическую историю Сталинградской битвы, как одному из самых критических дней обороны.

Враг бросил тогда на город семь лучших своих дивизий, до пятисот танков. Наступающих гитлеровцев поддерживали несколько сотен самолетов и около полутора тысяч орудий и минометов. Особенно ожесточенные бои развернулись тем днем в районе самого Мамаева кургана, по обоим берегам реки Царица, в районе элеватора и на западных окраинах населенного пункта Верхняя Ельшанка.