Древний Восток и Азия - Владимир Миронов

Г. Доре. Господь очищает храм

Полагаю, тайна эта – в постоянной готовности осмыслить и понять судьбу человечества и свою собственную. Тайна и в том, что все же из недр еврейского народа вышли Христос и пророки, люди, которые, по словам Иеремии, не только возвещали бедствия, но готовы были дерзко пойти против ошибочного, хотя бы и общепринятого течения мысли… Конечно же, Израиль не был «первым, давшим форму крику народа, жалобе бедного, упорным требованиям тех, которые жаждут справедливости» (Ренан). Задолго до него были крики многих и многих несчастных, которые отважно выступали против гнета тирании и несправедливости на заре человеческой истории. Однако не будем забывать, что в истории именно еврей Иисус, божественный чародей, смог привлечь внимание народа к идеям справедливости и гуманизма. Он сгусток «еврейской совести», которой с годами, похоже, становится в них все меньше и меньше.

Иисус стал тем бунтарем, который с помощью слова (резкого и гневного) и веры задумал опрокинуть гнилую систему фарисеев власти, этих первосвященников и аристократов. Пусть его гнев порой фанатичен, но в высшей степени справедлив. Он угоден судьбе и истории! Ренан прав, оправдывая резкость Мессии: «Но следует ли упрекать его в этом? Никакая революция немыслима без некоторой резкости. Если бы Лютер или деятели Французской революции должны были соблюдать правила вежливости, не совершилось бы ни реформации, ни революции. Надо радоваться, что Иисус не имел дела ни с каким законом, карающим за оскорбление целого класса граждан. Фарисеи были бы неприкосновенны». Это же скажем о наших фарисеях во власти, желающих убрать саму память о Революции. Однако эта новая революция уже у порога, и власть уже не в состоянии остановить ее ход.

Г. Доре. Добрый самаритянин с раненым. Евангелие от Луки (10: 34—37)

Но в равной мере несправедливо обрушивать на евреев те обвинения и пороки, которым подвержены и другие народы и страны (зачастую еще в большей степени). Известно, что строгий монотеизм запрещал евреям суеверия, заклинания и т. д. и т. п. При этом обряды и жертвоприношения в Израиле сопровождались исповедью, которая ставила своей целью услышать голос сердца. Большая часть пророков – от Самуила до Исайи, Михея, Иеремии и Иезекииля – выступали против жертв, которые, как считали они, не угодны Богу. Ведь ему угодно, чтобы люди «перестали делать зло, а делали добро, чтобы они искали правды, спасали угнетенных, защищали сироту, вступались за вдову». Другое дело, что эти благие призывы пророков часто падали в пустоту. Ведь сердца сильных мира сего глухи к таким обращениям. Однако даже по сравнению с греками, ярыми поборниками демократии, евреи выглядят в этом плане не худшим образом. Известно же, что в Греции великие философы признавали за государством право лишать жизни неспособных к труду стариков и хилых детей, считая, что те могут стать бременем для общества. Только император Адриан лишил рабовладельцев права умерщвлять своих рабов. Даже великий Катон, «образец добродетели», отстаивал право наказывать рабов смертью, рассматривая их наравне со скотом. Рабу надо дать минимум корму, чтобы тот быстро не издох. Более гуманно вели себя евреи (по крайней мере, в теории). Закон Моисеев воспрещал умерщвление рабов под страхом смертной казни, в то время как хваленое афинское законодательство («демократия») налагало на виновного в таком преступлении лишь религиозное покаяние. В Греции свидетельские показания от рабов получали с помощью пыток. В Израиле же пытки среди своих, видимо, были неведомы.

Г. Доре. Сражение слуг Давида и Авенира

Законы Моисея, нельзя не признать, имеют немало разумных и гуманных положений… По тем законам раб, которому его господин нанес какое-либо увечье, должен был получить свободу. Закон возбранял и выдачу беглого раба своему господину. Согласно закону все евреи должны были осуществлять благотворительные мероприятия в отношении бедняков. В Риме же только во времена императоров стали возникать подобные благотворительные общества (кстати, по примеру, поданному христианскими и еврейскими общинами). Если судить по букве Закона, евреи лояльно относились даже к инородцу, если тот отказывался от идолослужения и придерживался нравственных заповедей – не красть, не грабить, не убивать и т. д. Хотя не думаю, что в реальной жизни инородец был равен еврею. Особенно если учесть известный факт: патриархи еврейского народа Авраам, Исаак и Иаков четко следовали расовым критериям – жениться и выходить замуж надо только за сородичей! Указания Талмуда говорят о многом. Хотя законы для всех декларировали равные права. «Закон один и одни права да будут для вас и для пришельца, живущего у вас» (Чис. 15: 16). С другой стороны, у других древних народов, как мы знаем, не только инородец, но часто и их же соплеменник, если он состоял подданным другого государства, или не принадлежал к гражданам, по сути дела оказывался совершенно бесправным. В ходе военных действий следовало придерживаться гуманных установок (в теории). При взятии приступом города рекомендовалось оставлять бегущим выход. Взятые в плен у противника женщины не должны были служить удовлетворению похоти победителей. Запрещалось срубать вокруг осажденных городов плодовые деревья. Нужно было проявлять мягкость даже к животным, предоставляя им для отдыха один день в неделю. Глядя на подобный гуманизм, казалось, все должны были благословлять, молиться на иудеев и на Моисея. Но зная действительность, трудно поверить в эти ангельские установки. Даже в статьях «Энциклопедического словаря» Ф. Брокгауза и И. Ефрона (под редакцией Н. Бухарина и О. Шмидта), где евреи представлены в самом наилучшем свете, говорится: «Нужно, однако, помнить, что возвышенные идеи о Боге, нравственности и гуманности явились результатом долгой тысячелетней истории народа, что идеи эти долгое время не были общепризнанными и что громадное большинство народа весьма долго вовсе не применяло их к жизни». Известно, что дорога в ад вымощена благими намерениями. На одного доброго самаритянина среди них, пожалуй, приходится трое Савлов и разбойников вроде Варравы.

Главная проблема существования их как нации состоит в том, что внутри их племени (так же, как и среди прочих) правят различные боги и законы. Одни законы – Христовы, другие – сатанинские… Историк М. Назаров писал в статье «О «слабости» и силе христианства (Неоязычество и еврейский вопрос)»: «И в своем лучшем меньшинстве (апостолы и первые христиане) евреи осуществили свое (великое. – Авт.) призвание – для всех людей, передав свое избранничество всему христианскому миру: «Если же вы – Христовы, то вы – семя Авраамово и по обетованию наследники»» (Гал. 3:29). Поэтому под именем «Израиль» в Священном Писании, уже применительно к новозаветному периоду, понимается уже вся Церковь, все христиане. (Напрасно поэтому языческие критики христианства негодуют: «почему Израилю обещано все, а другим ничего?») Однако основная часть еврейского народа, и прежде всего, полагаю, руководители, не поняли своей вселенской избранности и истолковали ее именно язычески-националистически, все еще ожидая своего земного мессию, царя израильского, который «по обетованию» возвысит Израиль для господства над всеми народами (в этом ожидании и заключается главный смысл иудаизма). Этим еврейским ожиданием мессии и воспользуется антихрист, подготовка воцарения которого (для большинства людей бессознательная, из-за утраты верных христианских критериев) как раз и происходит в современном западном мире, подпавшем под иудейские деньги и идеалы… Как мы знаем, все это случится в конце времен – тогда сами евреи ужаснутся тому, кого ждали, и их праведный «остаток» обратится ко Христу. Когда это будет – знать не дано. Но воистину судьба еврейского народа – «религиозная ось мировой истории», на полюсах которой, как зеркальное отражение, стоят Христос и антихрист»… Кого больше? Кто победит? – вот вопрос. Хотелось бы победы первого, или, как скажет Х. Борхес в «Письменах Бога»: