Цивилизация. Чем Запад отличается от остального мира - Ниал Фергюсон

Оценки количества западноевропейских мусульман значительно разнятся. Согласно одной, их число выросло в 1990–2010 годах примерно с 10 до 17 миллионов^[731]. Мусульмане составляют 9,8 % населения Франции и 0,2 % – Португалии^[732]. На первый взгляд эти цифры противоречат предупреждениям некоторых ученых о “Еврабии” – исламизации континента к концу XXI века. Однако если мусульманское население Великобритании будет ежегодно увеличиваться, как и в 2004–2008 годах, на 6,7 %, то доля мусульман в населении Великобритании увеличится с менее чем 4 % (2008) до 8 % (2020), 15 % (2030), 28 % (2040) и превысит 50 % в 2050 году^[733].

Массовая иммиграция не обязательно “растворяет” цивилизацию – если эта цивилизация поощряет принятие приезжими ее ценностей (и иммигранты их принимают). Однако в случаях, если иммигрантские общины не могут успешно ассимилироваться и становятся аудиторией радикальных идеологов, последствия могут стать глубоко дестабилизирующими^[734]. Здесь важны не цифры, а степень проникновения в мусульманские общины джихадистов из “Братьев-мусульман”, пакистанского “Джамаат-и-Ислами”, из спонсируемой Саудовской Аравией Всемирной исламской лиги и Всемирного союза мусульманской молодежи. В Великобритании (если привести, вероятно, самый тревожный пример) активно действуют: “Ассоциация мусульман Британии” (отделение “Братьев-мусульман”), две дочерних организации “Джамаат-и-Ислами”, “Исламское общество Британии” и ее молодежное крыло – “Мусульманская молодежь Британии”, а также Хизб ут-Тахрир (“Партия освобождения”). Представители последней открыто делятся своими планами сделать Великобританию “к 2020 году исламским государством”^[735]. Столь же известно своими активными поставками рекрутов “Аль-Каиде” и столь же опасно движение “Харакат-уль-Муджахидин”. Заметим, что подобное проникновение наблюдается не только в Великобритании^[736].

Случай Шехзада Танвира показывает, насколько неявен процесс радикализации. Танвир был одним из террористов-смертников, совершивших теракт в Лондоне 7 июля 2005 года. Он взорвал бомбу в метро между станциями “Олдгейт” и “Ливерпуль-стрит”, убив себя и шестерых пассажиров. Танвир, родившийся в Йоркшире в 1983 году, не был беден. Его отец, пакистанский иммигрант, создал успешный бизнес (он про давал рыбу с жареным картофелем) и водил “мерседес”. Танвир не был необразованным человеком (конечно, если считать образованием диплом по физкультуре, полученный в Городском университете Лидса). Этот случай наводит на мысль, что никакие экономические, образовательные и увеселительные перспективы не могут воспрепятствовать превращению сына иммигранта-мусульманина в фанатика и террориста, если он попадет под влияние злоумышленников. В этом отношении важную роль играют исламские “центры” в университетах и других местах: некоторые из них фактически служат агентствами по подбору джихадистов. Такие центры нередко являются воротами в тренировочные лагеря, например в Пакистане, куда новичков из билад аль-куфр, “земель неверных”, отправляют для инструктажа. В 1999–2009 годах 119 человек суд признал виновными в связанных с исламизмом террористических преступлениях в Великобритании. Более двух третей – британские подданные. Чуть менее трети посещали учебные заведения высшего образования, еще столько же – лагеря подготовки террористов^[737]. В равной степени благодаря удаче и эффективным контртеррористическим мерам были сорваны другие нападения английских джихадистов. Вспомним, например, как в августе 2006 года молодые британские мусульмане собирались взрывать самолеты над Атлантикой или как на Рождество 2009 года выпускник Университетского колледжа Лондона нигерийского происхождения попытался привести в действие бомбу, скрытую в нижнем белье, когда его самолет Амстердам – Детройт подлетал к аэропорту.