Кёнигсберг-13, или Последняя тайна янтарной комнаты - Александр Рудаков

— Сейчас они появятся, — закричал Николай.

— Кто они? — спросил Звездочет, уложивший еще одного заокеанского «завоевателя мира».

— Подземная раса! Зеркала заработали!

Центральное зеркало, расположенное как раз напротив взгляда журналистки, вдруг закрутило внутри себя какую-то странную спираль, напоминающую то ли рисунок на полу — изображение Черного солнца, то ли Свастику… но в следующее мгновение молодая женщина поняла, что это закручиваются свастичные рукава Галактики. И она сразу же вспомнила свое пребывание в потусторонней реальности, и свою встречу с фон Краузольдом. Тогда, после эксперимента с измененным состоянием сознания погибло ее око Ра, ее милый домашний любимец СэрГрэй.

* * *

Ее тело в бессознательном состоянии; ее душа путешествует по просторам Вселенной. Она снова словно впадает в транс, переживая заново:

…цепочки змей извиваются как цепочки ДНК; Змее-боги и териантропы; чувства, цвета и чувственность; вокруг нее колышется огромный океан, и ощущение, что кто-то здесь давно поджидает…

Видение вдруг помещается в комнату, в которой должен быть некто, ждущий ее появления. Она видит, но еще сквозь него, пока он, его фигура не обретают плотность, и тогда Ольга узнает в человеке фон Краузольда, убиенного на улице в центре Москвы. Поначалу человек стоит неподвижно, и непонятно, реален ли он, или представляет собой лишь фантом, недвижимый и неодушевленный. Она продвигается ближе, не сделав ни шага; и обнаруживает, что он выглядит точно так же, как в их последнюю встречу: импозантен, в дорогом костюме и при часах на правую руку. В эту секунду мертвец поднимает взгляд и тоже видит гостью.

Вдруг комната исчезает, и они, мгновенно переместившись, оказываются вблизи странного объекта, сверкающего как солнце, или как расплавленное золото, и Ольга осознает, что это Врата…

А фон Краузольд, указывая на объект, спешно объясняет что-то, и она удивлена тому, что все понимает, о чем он говорит, и что прекрасно разбирается в самых немыслимых конструкциях, с которыми ей предстоит иметь дело. В какой-то момент внутри Врат происходит движение, и они видят как нечто огромное, выглядящее как Млечный путь, начинает свое вращение, и все четче и четче вырисовывается космическая свастика галактики Млечного пути…

* * *

— Я знаю, что делать! — восклицает Ольга, пытаясь перекричать царящий в зале шум, и пытаясь обратить на себя внимание Александра.

Тот кивает головой, и она понимает, что он ее слышит.

— Мне нужна пластина, янтарная пластина! На ней должен быть знак, руна!

— Скорее, — это уже громко твердит Николай, кажется из его руки сочится кровь. И вновь повторяет: — Скорее, они идут.

Звездочет выхватывает из кармана янтарную пластину и бросает Ольге, которой удается словить ее на лету.

— Мне надо попасть к Вратам! Прикрой меня! — просит она, и пытается прорваться к зеркалам, пока мужчины перестраиваются.

В этот момент по рисунку на полу, словно сверкающий солнечный луч, закрутилась спираль, образовав плазмоиды. Будто по наитию, Ольга выставила руку с пластиной навстречу плазмоидам; наткнувшись на прочерченную на янтаре магическую руну, они обрушивают свою мощь на американских бойцов. Только что еще живые и боеспособные, молодые крепкие мужчины корчатся в непонятных судорогах, мучительно сдерживая стоны; ужас стоит в их широко открытых глазах. Еще мгновение — и все они мертвы.

Сзади за спиной рухнул на пол Николай, он ранен, и, похоже, серьезно. Но продолжает твердить: «Они близко, я их чувствую… скорее, сделайте что-нибудь».

Ольга бросается к зеркалам, чтобы успеть провести манипуляции, показанные ей фантомом фон Краузольда; она манипулирует зеркалами, неожиданно легко сдвигающимися со своих мест, словно пытается собрать сложный пазл, двигает янтарные детали, обрамляющие сложную магическую конструкцию, под ее руками растворяются картины бедствий, происходящих на Земле в этом зеркальном пространстве, но затем вновь вспыхивают с удвоенной силой, и ужас охватывает присутствующих, и Ольга торопится еще больше. В момент, когда в далеком далеке глубокого зеркального пространства показалось огромное ящероподобное существо, влекущее за собой тысячи призрачных солдат в нацистской форме, она вставила «ключ». Пластина вошла в освободившийся паз, и руна, нацарапанная на ее боку, засветилась странным свечением. Этот ключ закрывал проход из Врат Времени.

Возникший в ее голове образ фон Краузольда, а, может, реально присутствовавший в этот миг фантом быстро-быстро шептал какие-то сложные заклинания, от которых свет «замыкающей» руны становился все сильнее.

В хрустальных рамах, оправленных янтарной резьбой, стало меркнуть изображение, словно медленно и постепенно выключались экраны телевизоров.

Шары-плазмоиды, носившиеся до сей поры по зале, спешно опускались к полу, направлялись к стенам и колоннам, и внезапно, прямо на глазах, исчезали, будто их и не было.

Ольга не успевала осознавать, что происходило с ней и ее товарищами; все события, происшедшие в круглой зале с Вратами Времени и магическим Черным солнцем на полу, осуществились в считанные мгновения. Она поняла лишь, что Николаю нужна помощь, и поспешила к мужчине, возле которого уже находился хозяин рыбацкой заимки Андрей. Звездочет, не выпуская из рук оружия, осматривался вокруг.

Наклонившись над давним знакомцем, Андрей спросил: «Кто они, Николай, о ком ты говорил?» Пребывавший в сознании тяжелораненый, получивший несколько пуль в руку и грудь, ответил:

— Все, кто прошли через программу СС, должны были вернуться в день Х — сквозь эти врата, открытые моим отцом. Но в последние годы жизни он захотел изменить планы фюрера, и решил передать мне ключ. А вместе с ним и все знания о сокровищах Третьего рейха.

— Держись, — подбадривал его Андрей, стараясь облегчить страдания раненого.

— Все будет хорошо, — успокаивающе поддержала и Хлебникова, но говоривший вдруг обмяк и, едва разжимая губы, прошептал:

— Я бы не знал, что делать с ключом… надо было время, чтобы понять это…

И, отводя свой угасающий взгляд ото всех, выдавил последним вздохом:

— … однажды они вернутся…

Тонкая струйка крови выползла из уголка его полусомкнутого рта.

* * *

Они возвращались по старой рыцарской дороге, которая еще в Средние века была выложена ровным круглым булыжником. Природа здесь и впрямь походила на сказку: вековые липы и дубы-исполины, словно былинные богатыри, обнимали и тайно охраняли сакральный путь к Машине Времени.

Ольга чувствовала огромный прилив сил, эмоции переполняли ее, ей казалось, что они вдвоем парят над этим заколдованным лесом, где открываются Звездные врата и можно, при желании, попасть в прошлое, будущее и… если только владеть тайнами, которые открыли для себя нацистские маги.

— А помнишь, — непонятно почему спросила у своего друга Ольга, — карту, что вытянула тебе Амза?