Нет бога, кроме Бога. Истоки, эволюция и будущее ислама - Реза Аслан

В сердце старого Каира находится учреждение, такое же старое и торжественное, как и сам город. На протяжении более чем тысячелетия знаменитая мечеть аль-Азхар и университет служили местом обучения суннитскому исламу для миллионов мусульман во всем мире. Если бы в исламе существовало такое понятие, как Ватикан, то он был бы именно здесь. Основанный в 972 г. халифами династии Фатимидов, которые вели историю своего рода от дочери пророка Мухаммада Фатимы, прозванной аз-Захра, или «Освещающая», аль-Азхар буквально означает самый сияющий. И действительно, стоит только один раз оказаться там вечером, когда солнце садится за его возвышающиеся минареты землистого цвета, чтобы увидеть, насколько ярко, даже ярче чем звезды в туманном небе, сияет это светящееся сооружение.

Кампусы аль-Азхара расположены рядом с центральным базаром города, известным как Хан аль-Халили, по чьим булыжным тропам и лабиринтам дорожек бродят местные охотники за покупками и утомленные туристы. В летние месяцы, когда шумная энергия Каира становится слишком невыносимой даже для его жителей, мужчины и женщины, молодые и старые, христиане и мусульмане толпятся вместе в прохладной, спокойной тишине обширного открытого двора аль-Азхара. Босые старики сидят на мраморном полу, прижавшись спиной к разрушающимся колоннам, ища убежища в тени крытых галерей. Молодые студенты собираются вокруг замысловатых резных входов и угловых сводов главного молитвенного зала, некоторые из них здесь, чтобы учиться, но большинство – чтобы посплетничать. В особенно жаркие дни единственные, кто совершает движение во всем комплексе, – это голуби и крестьяне в белых головных уборах и пыльных серых галабеях, подметающие пол высушенными и очищенными пальмовыми ветками.

Все в этих святых стенах, включая сами стены, перекликается с традициями. Во время моего первого визита в аль-Азхар я спросил друга-египтянина, как долго это духовное учреждение находится в Каире. «Оно было здесь всегда», – ответил он.

Он не преувеличивал. Современная столица Египта может располагаться на развалинах полудюжины давно забытых городов, но город, название которого на арабском языке звучит как аль-Кахир, что означает «победоносный», – это город тысячи минаретов. Он начал свое существование как центр шиитской империи Фатимидов, а сейчас общепризнан как культурный центр арабского мира. Его история начинается вместе с аль-Азхаром как его основы. Когда непревзойденный мусульманский воин Салах ад-Дин в XII в. завоевал и освободил Египет от империалистического контроля шиитов, он лишил аль-Азхар финансирования и разорил его, но учреждение возродилось из пепла, став еще сильнее, чем раньше. В XVIII в. Наполеон Бонапарт обстрелял аль-Азхар; его войска въехали в великую мечеть на лошадях и разграбили ее, убив три тысячи человек. А три года спустя аль-Азхар вдохновил египтян на восстание против французов, заставившее Наполеона вернуться в Европу ни с чем. В ХХ в., в период заката британского колониального правления, улемы аль-Азхара обеспечили теологическую основу для забастовок и бойкотов, которые в конечном счете вытеснили иностранных захватчиков из Египта. Во время социалистической революции Гамаля Абдель Насера в 1950-х гг. аль-Азхар первым одобрил идеалы панарабизма, а затем отказался от них, когда Насер преобразовал школу в светский университет, контролируемый государством. В послереволюционный период аль-Азхар стал инструментом как легитимации светской диктатуры, так и разжигания исламской реакции на нее. Поскольку в соседних Ираке и Афганистане бушевала война с террором, аль-Азхар одновременно служил оплотом против «крестового похода на ислам» Запада и моделью умеренного консерватизма перед лицом ревностного экстремизма, охватившего молодежь страны.

Этот исторический багаж связан с тем, что в стенах аль-Азхара с тихим почтением называют «традицией», которая предоставляет учреждению и его ученым право выступать в качестве арбитров по всем вопросам веры и морали. Действительно, истоки института улемов – будь то улемы в аль-Азхаре или где-либо еще в мире – связаны с их способностью пропускать через себя и передавать то, что было сказано, написано или осмыслено людьми, которые в течение более тысячи лет сидели в этих же классах, изучали одни и те же тексты и комментарии к ним.

В шиизме религиозная власть происходит от духовной связи улемов с Пророком и имамами. В исламе суннитского толка религиозная власть основана исключительно на способности улемов полностью подчиняться традиции. Шиитский авторитет считается вечным и божественно вдохновленным. Суннитская власть непостоянна и привязана к прошлому. Это самостоятельное присваивание, а не божественное предопределение. Как и еврейский раввин, суннитский священнослужитель – ученый, а не священник. Его решению следуют не потому, что он проводник власти Бога (это не так), а потому что духовный сан, глубокое знание традиции и его нерушимая связь с прошлым дают ему особое представление о воле Бога. Таким образом, если происходит разрыв, который разрушает связь улемов с властью, на которой построен их институт, если внезапно сами основы мусульманского общества потрясает какой-то социальный, политический или религиозный кризис, тогда весь институт начинает рушиться.

Четырнадцативековая история ислама знает много примеров таких разрывов: смерть Пророка, расширение уммы до империи, конфликт с Европой, крестовые походы, колониализм, уничтожение халифата. Тем не менее ни один предыдущий разрыв не оказал настолько сильного влияния на эволюцию ислама и не нарушил настолько сильно связь улемов с прошлым, как это сделало столкновение ислама с современностью и глобализацией.

В течение четырнадцати веков почтенные ученые аль-Азхара и их последователи в подобных учреждениях по всему миру заявляли об абсолютной монополии на толкование и проповедование мусульманской веры. Решения по всем вопросам, начиная от того, как молиться, до того, когда поститься, от того, как одеваться, до того, с кем заключать брак, были исключительной прерогативой группы ученых старцев, уединенно живущих в десятках духовных учреждений и юридических школ, чья задача, которую они установили для себя сами, заключалась в том, чтобы предсказывать будущее ислама, контролируя его прошлое. Не более.

Сегодня, если мусульманин в Египте захочет получить юридические или духовные советы о том, как жить праведной жизнью, он с большой вероятностью предпочтет устаревшим учебным программам, предоставленным величественным египетским институтом аль-Азхар, передачи дико популярного египетского телевизионного проповедника Амра Халеда. Его еженедельные шоу, через которые он распространяет свое мнение по религиозным и юридическим вопросам, смотрят десятки миллионов молодых мусульман по всему миру – от Джакарты до Детройта. У его страницы в Facebook более двух миллионов подписчиков. Его канал на YouTube насчитывает более двадцати шести миллионов посещений^[35]. Его DVD продаются лучше, чем многие голливудские хиты. В 2007 г. журнал Time присудил ему тринадцатое место в списке самых влиятельных людей в мире. Он, без сомнения, один из самых выдающихся, самых востребованных, наиболее авторитетных ученых ислама на планете.