Эрнест Хемингуэй. Обратная сторона праздника. Первая полная биография - Мэри Дирборн

Я надеюсь, ты можешь [неразборчиво] себя и скоро вернешь жену. Мы огорчены и чувствуем себя опозоренными, как ты даже не представляешь… Хотел бы я, чтоб все «пираты в любви» оказались в Аду. В нашей семье подобные инциденты прежде никогда не случались, и ты еще можешь уйти от человека, разбившего твою семью. Ах, Эрнест, как ты мог оставить Хэдли и Бамби?.. Вооружись всеоружием Божием и избегай порочных товарищей… Мы с твоей матерью убиты горем из-за твоего поведения.

Письмо является доказательством, что во время приезда в Оак-Парк Хэдли не рассказала Эду и Грейс о браке Эрнеста с Полин (возможно, посчитав, что ее это не касается), потому что письмо Эрнесту Эд заключает словами: «Ты снова женат и на ком?»

В честном письме к отцу, написанном в сентябре 1927 года, Эрнест попытался со всем разобраться, решив, что пришло время признаться во всем родителям. Он писал, что они с Хэдли расстались, но не потому, что он бросил ее или прелюбодействовал с кем-то, хотя это полностью его вина и личное дело. Он намекнул отцу на письмо о «пиратах в любви» и заметил, что Эд никогда не имел несчастья любить сразу двух женщин. Тот год стал для него «трагедией». Несколько странными были его слова, что развода хотела именно Хэдли (может быть, теоретически это и верно, но не отражало эмоциональной подоплеки событий) и что она приняла бы его обратно, если бы он захотел (похоже, это был повод для гордости). Эрнест заверил отца, что никогда не перестанет любить Хэдли и Бамби, но храбро добавил: «Я никогда не перестану любить Полин Пфайффер, на которой женился». (В первый раз он назвал родителям имя новой жены.) Еще он говорил о том, как трудно быть в центре внимания – он демонстративно жаловался на это и раньше, но к этому времени известность действительно стала беспокоить его.

Тон письма не оставляет сомнений, что Эрнест беспокоился за благополучие своего отца. Состояние здоровья Эда, физическое и душевное, все ухудшалось. В конце концов он покончит жизнь самоубийством в декабре 1928 года. Не исключено, что горячность письма о «пиратах в любви», не говоря уже о преднамеренной слепоте в ситуации с разводом и новым браком сына, были первыми признаками возрастающей психической неустойчивости Эда. Не так давно у него обнаружилась грудная жаба, а в 1927 году Эд узнает, что у него диабет. Осенью 1926 года умер отец Эда, старый Ансон Хемингуэй, и после его смерти Эд, по словам его жены, был «очень подавлен».

Той осенью Эд и Грейс пытались продать свой дом, а после смерти Ансона – и его дом. На протяжении двух лет они часто бывали во Флориде и надеялись перебраться туда. Флоридский земельный бум 1920-х достиг пика – «Майами херальд» считалась самой крупной газетой в стране, настолько большим был раздел о недвижимости, – когда Эд и Грейс инвестировали капитал в тамошние земли, как и многие другие обнадеженные американцы из среднего класса. Обычное дело с «пузырями» на рынке недвижимости, земля оценивалась не по реальной стоимости, а по наличию покупателей. Право собственности переходило из одних рук в другие по десять раз за день. В январе 1926 года пузырь начал медленно лопаться: тогда у берегов Флориды опрокинулось и затонуло грузовое судно, на месяц фактически заблокировав гавань Майами и преградив путь поставкам стройматериалов в Южную Флориду. Земля перестала дорожать, а после урагана в сентябре 1926 года цены рухнули. Неизвестно, сколько земли купили Эд и Грейс, хотя в одном письме упоминается о пяти участках, а в другом – о владении в Галфпорте.

Планировали ли родители Эрнеста построить дом на юге, неясно, однако их письма друг другу, когда им приходилось ненадолго разлучаться в течение этих двух лет, полны постоянных упоминаний о Флориде. Эд получил лицензию на медицинскую практику в штате, следовательно, они точно не думали об уходе на отдых – просто хотели устроить себе более легкую жизнь в теплом климате. В 1927 году к депрессии Эда Хемингуэя добавились разочарование оттого, что он не смог найти покупателя на дом в Оак-Парке, и страх оттого, что инвестиции во флоридские земли стали обесцениваться после того, как бум пошел на спад.

Семейные проблемы Эрнеста стали для них еще одним крестом, как и его новый роман «И восходит солнце», который в фамильном доме в Оак-Парке не одобряли. Грейс с самого начала порицала книгу в сильнейших выражениях. Все рецензии наперебой расхваливают его «лапидарный стиль» и «образные описания», – говорила она.