Древний Кавказ. От доисторических поселений Анатолии до христианских царств раннего Средневековья - Чарльз Берни

Древние культы и верования Армении и Грузии – интереснейшая тема. Они уходят корнями в доисторические времена. Достаточно вспомнить о рельефных изображениях животных на армянских очагах начала того же века, о глиняных идолах конца бронзового века, о вишапах или камнях-драконах, которые отмечали источники урартских или даже более ранних оросительных систем^[494]. Также стоит отметить процессию жрецов, изображенную на серебряном кубке середины бронзового века из Триалети, и, главное, сложный пантеон Урарту, возглавлявшийся верховным божеством Халди.

Господство армянских элементов над урартскими, а потом приход мидийских, персидских и греческих божеств не уничтожили старые верования и ритуалы. Показательно приспособление персидскими Ахеменидами здания урартского храма Халди (холм Арин-Берд или Эребуни): они превратили его в ападану – колонный зал для использования в ритуалах религии Заратустры. Хотя при Ахеменидах действительно наблюдались существенные перемены в официальной религиозной идеологии Армении и Грузии, но в остальном по отношению к ранним периодам все же сохранялась преемственность.

Сложная структура армянского язычества сформировалась во время правления династии Оронтидов и ранних Арташесидов.

Кроме прославленных храмов Солнца и Луны в Армавире, армяне возвели и содержали целый ряд святилищ и алтарей в священном лесу под Артишатом (Асесиленой), в провинции Тарон – неподалеку от Муша^[495]. Там было расположено несколько великолепных храмов, самый известный из которых посвящался богине Анахит (Анаит). Большая золотая статуя этой богини – покровительницы Армении возвышалась в огромном зале. Когда римские армии Марка Антония огнем и мечом прошлись по Армении, первый солдат, коснувшийся святотатственной рукой статуи богини, ослеп на месте^[496].

Анахит была дочерью Арамазда, могущественного Ахурамазды (Ормазда), бога персов, соответствующего в умах древних армян греческому Зевсу-Олимпийцу. Из Армении культ Ахурамазды проник на север в Грузию, где дал имя царскому городу и акрополю Армази, находившемуся неподалеку от Тбилиси.

Пантеон Древней Армении был международным, синкретическим. Местных богов почитали наряду с божествами, привнесенными из греческой мифологии и персидских верований вкупе с древними культами, пережившими падение Урарту. Часто одновременно существовало две или три ипостаси одного и того же божества: ярким примером этого служит Арамазд – Ахурамазда – Зевс.

Древние армяне придавали большое значение всяческим оракулам, предзнаменованиям и божественным откровениям. Мовсес Хоренаци сообщает, что Ара, правнук Арамы, «был усыновленный мальчик из рода Анушавана, посвященный культу дерева платана, одаренный и умный, благородный в речах и поступках. Этот ребенок был предназначен служить культу деревьев-платанов Араманеака, сосредоточенному в Армавире. По шелесту листьев или колыханию их под ветром, слабым или буйным, по направлению их наклона и движения в краю потомков Хайка долгие годы узнавали божественные прорицания»^[497].

Здесь мы видим явную параллель с почитаемым оракулом Додоны в Эпире, одном из самых древних из эллинских святилищ. Храм Додоны был посвящен Зевсу. Гадание там заключалось в прислушивании к шелесту старого дуба – возможно, это осталось от самого примитивного культа почитания деревьев. Иногда предсказания делались по воркованию голубей в ветвях, журчанию воды в фонтане или позвякиванию висевших на этом дубе или на здании храма медных и бронзовых котлов. Так было и в храмах Урарту. Именно у оракула Додоны испрашивал Лисандр благословения своим амбициям. Афиняне часто прибегали к его авторитету. Весьма любопытна обнаруженная в Армавире греческая надпись с упоминанием «пинакиона», «черепка», глиняной или керамической таблички, на которой заранее писались вопросы оракулу. Это слово существует и в армянском языке в форме пнак, что означает «блюдо» или «блюдце».

Среди наиболее употребительных культов древних армян следует отметить поклонение Митре, которого отождествляли, с одной стороны, с Солнцем или Гелиосом, а с другой – с Аполлоном и Гермесом. Митру первоначально представляли как некоего ангела, олицетворявшего силу света, сражавшегося на стороне Ахурамазды. Эту воинственность он сохранил навсегда. Имена, производные от его имени, например Митридат или Бузмир (Великий Митра), были очень распространены в Армении и Грузии. Праздник Митры – Митракана – отмечался в иранских землях на 16-й день седьмого месяца и в несколько измененной форме дожил до мусульманских времен. Культ Митры через Киликию дошел до Рима и распространился во все концы Римской империи, даже такие отдаленные, как Лондон. В музеях Европы имеется множество типичных барельефов с изображением Митры в виде юноши в конической шапочке и развевающемся одеянии: обычно он убивает священного быка, причем в гениталии животного вцепился скорпион, змея пьет его кровь, а пес пытается допрыгнуть до раны в боку. Вдобавок там часто представлены солнечный бог, его посланец ворон, фиговое дерево, лев, кувшин и факелоносцы^[498]. Возглавляет божественную иерархию Митры Время Бесконечное; Небеса и Земля были его отпрысками, которые породили Океан. От Неба и Земли произошли и остальные члены божественного круга, аналогичного олимпийским богам. Ариман, воплощение зла и мрака, также был сыном Времени. Митра являлся самым важным звеном этого круга, посредником между верховным богом и человеком.

О древности культа Митры в Армении можно судить по тому, что в 200 г. до н. э. в армавирском храме известен был высший жрец, носивший такое имя, член царского рода Оронтидов. Кроме того, на похоронном монументе царя Антиоха I Коммагенского в Нимруд-Даге много места отведено изображениям Аполлона – Митры – Гелиоса – Гермеса. Имя Мгер, производное от Митры, мы встречаем позднее в национальном армянском эпосе «Давид Сасунский»: «Великий Мгер, Лев Сасуна, насадил роскошный сад в Дзовасаре и заселил его всеми зверями и птицами, которых только создал Господь. И сделал его Мгер своей летней усадьбой и основал там убежище для больных, увечных и слепых, чтобы нашли они там покой и исцеление»^[499].