Маршал Варенцов. Путь к вершинам славы и долгое забвение. 1901-1971 - Юрий Рипенко

В первых числах мая в Чехии вспыхнуло восстание. С особенной силой оно разгорелось в Праге. В Чехословакии была сосредоточена под командованием генерал-фельдмаршала Шернера группа армий «Центр» (до пятидесяти полнокровных дивизий и шесть боевых групп, сформированных из бывших дивизий). Эта внушительная группировка оказывала сопротивление войскам 1, 2 и 4-го Украинских фронтов. В Западной Чехословакии союзникам противостояла 7-я немецкая армия (пять дивизий), как раз в эти дни переданная в подчинение Шернеру.

Таким образом, Пражская операция отнюдь не носила символического характера, как это иногда пытаются изобразить на Западе. Советским войскам предстояла серьезная борьба с большой группировкой немецких войск, на которую делало ставку «правительство» Дёница, рассчитывая, что спасение этой группировки даст возможность хотя бы еще на какое-то время продлить существование Третьего рейха.

Шернер отдал своим войскам приказ: «Восстание в Праге должно быть подавлено всеми средствами». К Праге с трех сторон двинулись немецкие войска. Прага нуждалась в решительной помощи, и оказать эту помощь могли только советские войска.

Войска 1, 2 и 4-го Украинских фронтов занимали выгодное, охватывающее положение по отношению к группе армий Шернера. Удары по ее флангам — с юго-востока 2-м Украинским фронтом и с северо-запада 1-м Украинским — грозили ей окружением восточнее Праги и наглухо закрывали пути отхода на запад.

Но чтобы такая заманчивая возможность стала реальностью, войскам 1-го Украинского фронта предстояло преодолеть крупные горные массивы и глубокие, заблаговременно подготовленные оборонительные полосы немцев. Перед 1-м Украинским фронтом глубина главной полосы обороны противника местами достигала 18 километров.

«Наиболее мощные оборонительные сооружения, — вспоминал маршал И.С. Конев, — гитлеровцы создали восточнее Эльбы, в районе Герлица, где мы вели долгие и тяжелые бои с дрезденско-герлицкой группировкой. Значительно слабее выглядела у противника оборона северо-западнее Дрездена, где еще во время предыдущих боев фронт не приобрел стабильного положения. Самым слабым участком вражеской обороны был участок западнее Эльбы. Именно на этом направлении я и сосредоточил главные силы для наступления на Прагу.

Правда, и тут, в глубине обороны противника, была полоса бетонированных укреплений, проходивших вдоль старой германо-чехословацкой границы. Если бы мы задержались, застряли здесь, эти укрепления в сочетании с горным рельефом местности оказались бы серьезным препятствием. Ведь тут простиралась цепь Рудных гор протяжением в полтораста километров и около пятидесяти километров в ширину»^[208].

Местность была характерна тем, что начиная от Дрездена постоянно повышалась. В предгорье Рудных гор было много лесных массивов. От перевалов начинались крутые, змееобразные спуски, резкие повороты; движение по ним было возможно только одностороннее. Весь район был изрезан оврагами, мелкими речками и ручьями. На первый взгляд преодоление этого горного кряжа казалось задачей нереальной, особенно для танковой армии. Хотя сами по себе горы были невысоки — около 1250 метров, но узкие дороги и тропы вились над глубокими провалами. Малейшая неточность механиков-водителей грозила гибелью экипажам и машинам. Повсюду — заблаговременно подготовленные противником каменно-земляные завалы, опутанные колючей проволокой срубленные деревья, минные ловушки, устроенные на самых крутых поворотах, на склонах, перевалах, на узких карнизах над пропастью.

Поэтому командующего войсками 1-го Украинского фронта в эти дни очень беспокоило предполагаемое сопротивление мощной группировки противника, прочность его укреплений в сочетании с горным рельефом местности. Ведь операция была рассчитана на быстроту. Именно высокий темп наступления лежал в основе планирования операции, и надо было все предусмотреть, чтобы не задерживаться в горах. И.С. Конев прекрасно помнил нелегкий опыт Карпатско-Дуклинской операции и в последующем делал все, чтобы при малейшей возможности не забираться в горы, а прикрываться ими. Иван Степанович пришел к твердому убеждению, что боевые действия в горах могут быть вызваны только самой жесткой, железной необходимостью, когда иного пути — обхода или маневра — нет.

Но именно такое положение и создалось перед началом Пражской операции. Не оставалось ничего другого, как прорываться прямо через Рудные горы.

При планировании операции Ставка отводила главную роль 1-му Украинскому фронту. Это было связано не только с его нависающим по отношению к вражеской группировке положением, но и с наличием у него достаточно мощных соединений.

Исходя из общей обстановки и директивы Ставки, командующий фронтом принял решение создать на правом фланге северо-западнее Дрездена ударную группировку из трех общевойсковых армий Н.П. Пухова, В.Н. Гордова и А.С. Жадова, двух танковых армий П.С. Рыбалко и Д.Д. Лелюшенко, двух танковых корпусов и пяти артиллерийских дивизий. Этой группировке предстояло действовать в направлении главного удара Теплице — Шанов — Прага, несколько охватывая Прагу с запада и юго-запада.

Вспомогательный удар предпринимался из района Герлица. Его должна была осуществить вторая ударная группировка, включавшая 28-ю и 52-ю армии, один мехкорпус и одну артиллерийскую дивизию прорыва. Общее направление этого удара — Циттау — Млада-Болеслав — Прага.

Начиная Пражскую операцию, предстояло решить попутно еще одну немаловажную задачу: разделаться с войсками противника, оборонявшими Дрезден. Овладение Дрезденом возлагалось на 5-ю армию А.С. Жадова. Остальным же войскам главной ударной группировки предстояло сразу же двигаться на Прагу, не ввязываясь в бои за Дрезден.

Было решено также, что на главном направлении в наступление перейдут одновременно и общевойсковые, и танковые армии. Этим сразу обеспечивались максимальная мощь удара, стремительное сокрушение обороны противника и дальнейшее движение вперед без обычных затрат времени, необходимых на ввод танков в прорыв. Планирование Пражской операции было продиктовано как условиями, так и опытом наступательных операций, где широко использовались танковые армии.

«Но чтобы правильно использовать этот опыт, — утверждал И.С. Конев, — нельзя было забывать и другие слагаемые победы. Требовалось создать не только мощную танковую, но мощную артиллерийскую группировку»^[209].

На первый взгляд для С.С. Варенцова и штаба артиллерии фронта применение артиллерии в горно-лесистой местности уже не было чем-то новым, непривычным. Однако следует заметить, что в Карпатско-Дуклинской операции из войск 1-го Украинского фронта участвовала только 38-я армия, которая совместно с войсками 4-го Украинского фронта действовала в условиях горно-лесистого района Карпат. Причем динамика развития боевых действий в полосе наступления 38-й армии была несколько иная, чем предполагалась в Пражской операции. В предстоящей операции артиллерии фронта предстояло действовать в горно-лесистой местности в условиях высоких темпов наступления общевойсковых и танковых армий.