Быть гувернанткой. Как воспитать принцессу - Елена Первушина

Многое из того, что писали о безобразиях в Кишиневе, абсолютно не соответствует действительности. Это, однако, не значит, что я собираюсь отрицать факты.

Зверства, которые не снились даже испанской инквизиции, были совершены по отношению к беззащитному и безоружному населению, но ни император, ни правительство России не были в этом виноваты.

Первые известия об этих событиях я нашла в «Лондон Таймс». Я читала отчеты с глубочайшим ужасом и спросила своих российских друзей, может ли это быть правдой, но никто, казалось, не знал ничего об этом, хотя одна из них искала сообщения в русских газетах. Она не смогла найти никаких упоминаний об этом. Несколько дней спустя статьи, полные возмущения, были опубликованы и в российских газетах; было проведено следствие, и виновные были жестоко наказаны.

Двое россиян в городе Кишиневе были опекунами своего племянника-сироты, мальчика примерно четырнадцати лет. Он был богат, и его дяди, которые были его наследниками по закону, попав в трудное финансовое положение, решились на убийство, чтобы присвоить его состояние. Однажды днем мальчик вернулся из школы, и больше его никогда не видели живым. Это было как раз во время Еврейской Пасхи, и опекуны сообщили в полицию об исчезновении племянника, добавив свои предположения о том, что евреи использовали его кровь для ритуальных целей, ибо в этот старый миф в России многие верят.

Полиция начала поиски в еврейских кварталах и с помощью опекунов вскоре в одном из садов, принадлежащих евреям, обнаружили тело, которое было совершенно обескровлено.

Христианское население было сильно возмущено и ополчилось против несчастных евреев, которые, конечно, не могли доказать своей абсолютной непричастности к этому преступлению.

* * *

Еврейские погромы — это вид спорта, очень распространенный в России, и местные жители начали готовиться страшной расправе. Эти новости дошли до всех евреев в округе. Богатые евреи Кишинева пошли к губернатору и просили его защиты. Они дорого заплатили ему за свою безопасность.

В пасхальное воскресенье утром полиция вышла на улицы, но они были предупреждены, что не должны мешать погромщикам и также не должны оказывать никакой помощи или защиты бедным евреям, чьи дома были разграблены, их дети были выброшены из окон и их головы разбивались вдребезги о стены и тротуары. Один молодой человек был пригвожден к кресту прямо на улице и ему отпилили все конечности. Самые страшные зверства, совершенные в Средние века, меркли по сравнению с тем, что творили эти люди.

Конечно, губернатор должен был вызвать военных и защитить евреев, но он пожелал заработать больше денег, поэтому он намеренно отключил все телефоны, заперся в своем кабинете и никому не отвечал. Военные власти несколько раз ездили в его дом за разрешением, чтобы подавить беспорядки, но не могли получить ответ. Как глухой аспид, он не слышал и не отзывался. Многие люди в Санкт-Петербурге и во всей России верили, что они исполняли желания императора. Вечером россияне вернулись в свои дома, довольные собой и своей работой; и можно представить себе их ужас, когда они обнаружили, что будут привлечены к ответственности за свои страшные деяния, ибо они возомнили, что они исполняют волю Бога и императора.

Расследование этих безобразий длилось долго; полиция провела обыск в доме опекунов, и в погребе нашли много доказательств того, что бедняга был убит в собственном доме: одежду, которую он носил в школе в последний день его жизни, оружие, с помощью которого было совершено убийство, и много других немых свидетелей. Преступники были справедливо наказаны и отправлены в Сибирь на всю жизнь. Зачинщики нападения на евреев были приговорены к различным срокам тюремного заключения, от двух лет до нескольких месяцев, в зависимости от степени их вины, но страшнее всех был наказан тот, кто был виновен во всем, — губернатор. Все его имущество было конфисковано, и он был лишен паспорта и отправлен жить в деревню; другими словами, он был вне закона, и он, в глазах закона, умер^[271]. Он не имеет права ни писать, ни получать письма, и, чтобы поддерживать свою жалкую жизнь, он должен работать, как простой крестьянин.

У этого человека нет земли и нет прав. Его хозяин дает ему пищу и овечий тулуп на зиму, он спит на полу и не может выйти за пределы примерно мили от деревни в любом направлении. Если хозяин хочет, он может наказывать его, как ему заблагорассудится. Для человека, привыкшего к роскошной жизни, невозможно придумать никакого худшего наказания, чем это. Такая мера применяется очень редко; я слышала, что такие приговоренные часто убегают, прячутся в лесу и становятся «дикими людьми». Конечно, лишенные паспортов, они не могут попасть в любую другую деревню или город, и поэтому они иногда убивают целые семьи для того, чтобы украсть этот драгоценный документ, который часто оказывается для них совершенно бесполезен, так как описание внешности владельца есть в каждом российском паспорте.