Битва при Креси. История Столетней войны с 1337 по 1360 год - Альфред Берн

На Страстной неделе, во вторник 31 марта, армия остановилась в 20 милях южнее Парижа, между Корбеем и Лонжеме; королевская штаб-квартира установлена у Шантелопа, невдалеке от Арпажона, где и оставалась, пока не кончилась Пасха. Дым от пожаров в Лонжеме видели со стен Парижа, что вызвало панику во всех предместьях города; напуганные жители потоком (слишком знакомым нам по недавним войнам) стекались в город в поисках убежища. В Лонжеме состоялась мирная конференция (подробнее о ней позже), но она окончилась неудачей.

Во вторник Пасхальной недели наступление возобновлено; армия остановилась на линии возвышенностей в нескольких милях к юго-западу от города, между Иси и Божираром; король поселился в Монтруже. Уолтер Мэнни во главе своего отряда подошел к стенам Парижа и своими насмешками пытался разгневать гарнизон, побуждая его выйти из города. Кроме того, вся английская армия развернута в линию и выдвинута к столице, чтобы тем самым вызвать противника на бой. Эдуард имел основания полагать, что вызов примут. Фруассар говорит о посланных герольдах, а Найтон сообщает, что договоренность с регентом принять участие в битве как будто достигнута, но не выполнена. Несмотря на желание сражаться, французы ничего не предпринимали. Строгие приказы, запрещавшие действовать, изданы, и им повиновался гарнизон – охотно или нет, не важно. Однако 10 апреля депутация с предложением мира вышла из города. Конференция, на которой присутствовали папские легаты, состоялась в аббатстве Клюни, на Орлеанской дороге, но она ни к чему не привела. Произошедшее после конференции, должно быть, удивило французов: сорок восемь часов спустя английские войска выстроились в линию и подошли к городским стенам. Снова гарнизон не сдвинулся с места. Прошло несколько часов, и английская армия исчезла – она уже на пути в Шартр. Демонстрация оказалась просто прикрытием, – опытный арьергард некоторое время оставался на виду у жителей. Английский король сделал еще один удивительный шаг.

* * *

Эдуард III не оставил нам записей о том, какие мотивы и причины побуждали его к таким поступкам в той запутанной кампании (они многочисленны), – мы вынуждены ограничиваться догадками. В большинстве случаев, а в этом особенно, приходится делать заключения в значительной степени на основе логики последующих событий. Изложим эти события вкратце, а затем возвратимся к причинам, по которым король оставил «город своих мечтаний», прежде чем одна из сторон ударила по противнику.

В воскресенье 12 апреля 1360 года начался отход в направлении юго-запада, точнее, Шартра. Французы не пытались следовать за противником. В понедельник англичан настиг ужасный ураган, – на землю падали градины размером с голубиные яйца, несколько солдат и лошадей ими убиты. Согласно «Лондонской хронике» день этот стал известен как «черный понедельник»^[166]. Англичане прошли мимо Шартра и вступили в край Бонваля и Шатодена, в 20 милях от первого. Можно предположить, что французское правительство и население Парижа вздохнули с облегчением – грозный противник отступает – и, наверно, пропели в честь этого «Те Deum» в соборе Парижской Богоматери. Их очень удивили действия англичан. Опасность, кажется, прошла; регент послал эмиссаров – догнать отступающую армию и просить ее о мире. Догнали у Шатодена и попросили возобновить переговоры, прерванные 10 апреля. Английский король согласился, и в течение восьми дней мирный договор, основанный на условиях, предложенных Эдуардом в Первом лондонском договоре, составили и подписали.

Вот краткое содержание этой экстраординарной истории. Для нас она представляет двойную проблему: во-первых, почему англичане внезапно отступили (если это отступление) и, во-вторых, почему французы решили заключить союз с отступающим противником, притом на его условиях. Осажденная армия иногда соглашается на условия противника, но это происходит либо в результате голода, либо из-за угрозы штурма или фактического нападения (не знаю ни одного подобного случая на протяжении всего Средневековья).