В Ставке Верховного Главнокомандующего - Василий Пронин

«Прошло 12 лет со времени этих огромных в жизни нашей родины событий. Уже имеется некоторая историческая перспектива.

И вот, оглядываясь назад, спокойно анализируя происходившие события и зная ныне некоторые дополнительные детали, как-то невольно приходишь к мысли, что в течении и сплетении этих событий был какой-то неотвратимый рок.

Я не имею в виду ни основных, теряющихся в глубине прошлого и начале нынешнего столетия многочисленных причин, постепенно приведших нашу Родину к ее нынешним страданиям, ни ближайших по времени причин, вызванных кровопролитной и продолжительной войной, надломившей дух русского народа, — я хочу сказать лишь о тех событиях последних дней Императорской России, кои словно гири бросились Роком на одну из чашек весов, на которых уже взвешивались судьбы России… И эти гири в последний, решительный момент и перевесили устои старого порядка…

События эти следующие:

1) Столица Российской Империи — Петроград зимой 1916 и весной 1917 г.г. был переполнен сотнями тысяч запасных.

Только гениальнейшая личность, заранее подготавливавшая революционный взрыв, могла так учесть роль этой массы, и исподволь, не вызывая ни чьих подозрений, подготовить себе столь полезный и в таком огромном размере материал!

2) Ответственнейший пост начальника Петроградского Военного Округа в этот критический момент занимает нерешительный, не обладающий никакими особенными талантами, ни боевыми, ни административными, ген. Хабалов.

Как будто он специально был уготован для облегчения первых шагов революции.

3) В Петрограде, кроме массы запасных, были надежные войсковые части — военные училища и школы прапорщиков.

Они дали бы достаточное количество пехоты, артиллерии и конницы для подавления беспорядков в те критические дни, когда запасные и казачьи части отказались повиноваться.

Никто об этом, в том числе и ген. Хабалов, не подумал; впрочем, может быть и подумали, но не решились оживотворить эту мысль; сказалось безволие, нерешительность и «боязнь ответственности»…

Теперь уже известно, что даже оставшиеся верными долгу небольшие войсковые части с прибывшей из Царского Села батареей и отряды полиции, еще находившиеся в последние моменты в распоряжении Нач. Округа, не были использованы для подавления беспорядков, охвативших столицу.

Эти части бездействовали; их переводили с места на место, из Зимнего дворца в Адмиралтейство и обратно до тех пор, пока «гарнизон» Петропавловской крепости, убедившись в полной их пассивности, не потребовал под угрозой открытия огня, сдачи, что и было немедленно исполнено.

4) На просьбы Князя Голицына и ген. Хабалова прислать в Петроград для успокоения и приведения в порядок столицы энергичного генерала, Государь назначает на эту ответственную роль находившегося «на покое» старика ген. Иванова. Результаты известны.

5) Государь совершает огромную непоправимую ошибку — не послушав просьб и настояний ген. Алексеева, покидает в серьезнейший момент Ставку, Армию и едет в Царское к семье, к заболевшим незадолго — именно незадолго — до наступления критических для государства дней детям.

В пути Он теряет связь со Ставкой, Петроградом и фактически перестает управлять Государством и Армией.

В Пскове Он как бы изолирован… Его окружают холодные люди штаба северного фронта.

Кто с Ним из Его близких, надежных и верных слуг, с кем бы Он мог посоветоваться? Ветхий старик Граф Фредерикс и не требующие характеристики ничтожества — Воейков и Нилов…^[15]

Вот кого поставил Рок при последних минутах царствования Императора Николая II…

Будь Император в Ставке, события приняли бы, более чем вероятно, другой оборот.

6) Государь отказывается от престола и передает его Вел. Кн. Михаилу Александровичу, который незадолго до начала революции прибыл в Петроград с фронта, будучи назначен Инспектором Кавалерии.

Вел. Князь под впечатлением переживаемых событий и под давлением Родзянко и Керенского, по слабости характера, отказывается от престола. Можно сказать более чем уверенно, что Великий Князь, независимо от того, насколько трудно было бы его положение, в связи с завещанием Императора Николая II, изложенным в Его манифесте, принял бы корону и не отказался от нее, если бы он в это время находился в армии, во главе своего конного корпуса, вне столичных событий, вне влияния политических настроений.

Итак, разве не рука Рока и рука карающая видна во всех этих последних событиях?!

За что? Исчерпывающий ответ на этот вопрос дадут беспристрастные историки будущего.