Воры в законе и авторитеты - Сергей Дышев

Ростовская область с давних пор стала малой родиной для многих национальностей: русских, украинцев, армян, евреев, цыган, белорусов, татар, греков. Смешанные браки – здесь обычное явление.

Перестройка, бурные 90-е годы всколыхнули Дон, как когда-то в 17-м году. «Революция 90-х» возродила на Дону и казачество. Как в Гражданскую войну, это течение вскоре разделилось на два лагеря. И казацкое «Любо!» звучало не так часто, как хотелось. Зато чаще, чего никогда не было на ростовской земле, поднимались вопросы отношения к выходцам из других регионов и стран. Но симбиоз демократии и национализма давал и более горькие плоды.

11 июля 2001 года в Кировское РОВД города Ростов-на-Дону позвонил мужчина и сообщил, что нашел закопанный труп своего друга Эмзара Кардавы, пропавшего без вести неделю назад. Тут же по указанному им адресу, на свалку в микрорайон Змиевка, выехала оперативная группа.

Автандил Беридзе, друг погибшего, повел сыщиков к месту обнаружения трупа. Называлось оно почему-то «Трудовая балка». Место это было нехорошее: здесь нередко находили трупы. И здешние остряки переиначили эту балку в «Труповую свалку».

Последние минуты жизни Кардавы были страшными: на его теле и голове эксперты насчитали несколько ран. О погибшем удалось выяснить, что он не коренной житель Ростова, приехал сюда на заработки из Батуми.

Змиевку населял самый разнообразный народ. Здесь вычурные особняки «новых русских» запросто соседствовали с покосившимися избами, где проживали люди без определенного рода занятий.

Руководителем следственно-оперативной группы был назначен старший следователь областной прокуратуры Павел Алькаев. В нее включили и старшего оперуполномоченного уголовного розыска Советского ОВД подполковника милиции Александра Шевчука.

Начинал он службу на Украине в исправительном учреждении. Среди заключенных имел прозвище «Справедливый». Однажды был взят зэками в заложники. Сам сумел без спецназа и кровопролития заставить их сдаться. Более того, потребовал, чтобы никого не наказывали. Потом Шевчук перевелся в Ростов-на-Дону, в милицию. И вскоре открыл боевой счет – расколол самого «Лифтера»! На допросе в течение ночи маньяк признался Шевчуку в 50 эпизодах сексуальных преступлений против несовершеннолетних.

И вот теперь этот загадочный труп.

Самым непостижимым было, как Беридзе обнаружил тело пропавшего друга. «Какая-то неведомая сила привела меня на это место», – пояснил он. «А может, эта сила поможет написать и чистосердечное признание?» – спросили оперативники.

Так как других подозреваемых не было, решили задержать Беридзе, рассчитывая, что, попав на нары, он сразу станет словоохотливей. Но через неделю его пришлось отпустить.

И тут судебно-медицинская экспертиза преподнесла новость, которая заставила пересмотреть все наработки. В крови Кардавы был обнаружен клофелин.

Старший оперуполномоченный уголовного розыска Михаил Собакарев, который был напарником Шевчука в расследовании, вспоминает: «Мы сразу предположили, что преступление совершено с целью ограбления: пропали кожаная жилетка и паспорт Кардавы».

Значит, убийство было не спонтанным, в состоянии аффекта, а готовилось заранее. Сыщики решили отработать всех известных в Ростове «клофелинщиц». Практически все они были проститутками, работающими в «свободном полете». А «спецоружие» применяли по ситуации.

Но все допрошенные девицы клялись, что никакого Кардаву в глаза не видели, а если и когда-то использовали клофелин, то строго по инструкции. Смертельных случаев не зафиксировано.

Отрабатывалась также сожительница Кардавы Наталья Лосева. К преступлению могли быть причастны ее взрослые сыновья. Наталью вызвали на допрос. Женщина оказалась артисткой: стала горячо убеждать, что и она, и мальчишки души не чаяли в красавце-грузине, что Эмзарчик был потомственным князем, по вечерам вместе с ним хором пели его грузинские родовые песни. Она до сих пор носит траур.

Повод у сыновей для расправы с Эмзаром Кардавой, как выяснилось, был: тихий пьяница, перебрав дозу, иной раз избивал Наталью. Позже Шевчуку удалось узнать, что старший сын – Валерий – все же угрожал Кардаве, причем конкретно обещал его «закопать». Была дана санкция на арест Валерия.

А через два дня после задержания Лосева, 15 января 2002 года, оперативники испытали легкий шок, потому как выяснилось, что вновь задержали невиновного. Виновный же сам заявился в милицию. Когда узнали, кто именно, испытали еще одно потрясение. Эта был известный на Дону 42-летний Петр Молодидов, командир 96-го казачьего полка и один из лидеров возрождения казачества, активный участник боевых действий в Абхазии и Приднестровье, в общем, человек-легенда.

В начале допроса Молодидов сделал заявление: «Исходя из своей общественной деятельности, что не является секретом, я посчитал нужным, чтобы вместо меня не сидел невиновный».

Прелюдию Молодидов завершил оптимистическим прогнозом: «Я ни секунды не сомневаюсь, что общественное мнение будет на моей стороне».