Несостоявшийся император Федор Алексеевич - Андрей Богданов

Уже после падения Софьи, в 1690-х гг. автор Беляевского летописца утверждал, что строитель и реформатор Федор Алексеевич «был… государь кроткий, в делах рассудительный, премудростью и разумом подобный Соломону»^[346]. Тогда же высокая оценка царствования Федора была внесена в Латухинскую Степенную книгу — обширный исторический труд патриаршего казначея Тихона Макарьевского. Эти похвалы, основанные на панегирике Федору Алексеевичу в первой печатной книге по русской истории — «Синопсисе» (Киев, 1680) — присутствуют во множестве списков Латухинской Степенной^[347], не исчезая из ее многочисленных переработок в XVIII в.^[348].

В начале самостоятельного правления Петра (с 1695 г.) появляется и новый взгляд на царствование его старшего брата, в котором упоминание реальных достижений сменяется жалостливым описанием слабого здравия Федора. Уже в 1699 г. английский историк России Крюлль приводит сообщение одного из участников Великого посольства Петра за границу, что, несмотря на многообещающие качества, Федор из-за болезни и ранней смерти ничего, по существу, не успел^[349].

В чеканном виде позиция, на века завоевавшая господство в сознании общества, была сформулирована в летописи 1730-х гг.: Федор Алексеевич, «хотя весьма слабой комплекции и худого здравия был, однако же славы родителя своего и попечения о пользе государства не утратил, но насколько сила его здравия и краткость времени допустили, во введении лучших обычаев, в учреждении некоторых изрядных зданий и в перемене древней неудобной одежды, особенно же жестокого и вредного обычая местничества, который как закон почитали, заботу свою о государственной пользе показал. И если бы болезни и прекращение жизни не были ему препоной, то бы со временем и большую пользу государству своему сочинил»^[350].

Нет ничего удивительного, что в новых по форме (и служебных по существу) исторических сочинениях XVIII в. культивировалось представление, что слабый и больной Федор явился лишь добрым родственником юного Петра. Впоследствии историки, не обращая внимания на отдельные попытки разобраться в личности и царствовании Федора, фактически вычеркнули старшего брата Петра из истории государства как «несостоявшегося» императора^[351]. Надеюсь, что эта книга отчасти устранит историческую несправедливость.

Иллюстрации

Царь Алексей Михайлович Романов (Из «Титулярника» 1672 г.)

Первая встреча царя Алексея Михайловича с боярыней Марией Милославской. Художник М. В. Нестеров

Царь Алексей Михайлович. Гравюра XIX в.

Царица Мария Милославская. Рисунок XIX в.

Царь Федор Алексеевич (Из «Титулярника» 1672 г.)

Царское место Федора Алексеевича. Художник Ф.Г. Солнцев

Боярин A.C. Матвеев. Гравюра XIX в.

Наталья Кирилловна Нарышкина. Гравюра XIX в.

Царевич Алексей Алексеевич. Парсуна XVII в.

Царевна Мария Алексеевна (1660–1723). Гравюра XIX в.

Царевичи Иван и Петр. Гравюра XVII в.

Царевна Софья. Гравюра XIX в.

Площадь Ивана Великого в Кремле. XVII век. Художник А. М. Васнецов

Книжные лавочки на Спасском мосту в XVII веке. Художник А. М. Васнецов