Ленин в 1917 году - Сергей Кремлев

(В. И. Ленин. ПСС, т. 34, с. 133.)

Ленин писал, что большевики, «как и всякая другая политическая партия, стремится к политическому господству для себя», но теперь в русской революции «наступил такой оригинальный поворот», когда партия может предложить добровольный компромисс не буржуазии — «прямому и главному классовому врагу», а «главенствующим» мелкобуржуазно-демократическим партиям, эсерам и меньшевикам.

«Компромисс состоял бы в том, — продолжал Ленин, — что большевики, не претендуя на участие в правительстве… отказались бы от выставления немедленно требования перехода власти к пролетариату и беднейшим крестьянам… Условием, само собой разумеющимся и не новым для эсеров и меньшевиков, была бы полная свобода агитации и созыва Учредительного собрания без новых оттяжек и даже в более короткий срок…»

(В. И. Ленин. ПСС, т. 34, с. 135.)

Ленин спрашивал: «Что выиграли бы обе «соглашающиеся» стороны от этого «компромисса», т. е. большевики с одной, блок эсеров и меньшевиков, с другой стороны?», и сам же отвечал:

«Большевики выиграли бы то, что получили бы возможность вполне свободно агитировать за свои взгляды и при условиях действительно полного демократизма добиваться влияния в Советах…

Нам бояться, при действительной демократии, нечего, ибо жизнь за нас…

Меньшевики и эсеры выиграли бы то, что получили бы сразу возможность осуществить программу своего блока, опираясь на заведомо громадное большинство народа и обеспечив себе «мирное» пользование своим большинством в Советах…»

(В. И. Ленин. ПСС, т. 34, с. 136.)

Ну, и где здесь какая-либо апология единоличного «захвата власти»?

Это было предложено эсерам и меньшевикам публично незадолго до созыва Всероссийского демократического совещания! И если бы на этих условиях Ленин был легализован, то Октября 1917 года, который стал неизбежным к концу октября 1917 года, могло и не быть.

Не быть по замыслу самого Ленина!

НА ОСНОВЕ предложений Ленина Советы стали бы едины, в Учредительном собрании полностью легализованные большевики получили бы не менее трети голосов. В блоке с эсерами и меньшевиками это составило бы не менее 80 % голосов, и на базе Декларации Керенского (не Ленина!) от 8 июля, реализация которой стала бы возможна при предлагаемом Лениным компромиссе, Россия могла бы, легитимно выведя из управления страной кадетов, пойти по демократическому пути…

И от всего этого отказались предавшие народ эсеры и меньшевики, идущие на поводу у кадетов, то есть — у крупного капитала.

Так кто несёт ответственность за то, что будущее оказалось не мирным — Ленин или Керенский и Чернов с Церетели — Чхеиздзе и Либерданами?

Ленин ведь тогда, в сентябре 1917 года, предупреждал, что если компромисс не будет достигнут, «Коммуна неизбежна в России», потому что «всякий революционный рабочий и солдат будет неизбежно думать о Коммуне, верить в неё, неизбежно сделает попытку осуществить её, рассуждая: народ гибнет, война, голод, разорение идёт всё дальше. Только Коммуна спасёт. Погибнем, умрём все, но осуществим Коммуну»…

Пусть читатель сам сопоставит эти мысли Ленина со следующими признаниями:

«Мы в феврале обещали временному правительству, что будем ждать три месяца; вот они прошли эти месяцы, а нужда всё та же; ещё больше. Временное правительство обмануло нас: обещало много — и ничего не сдержало. Ничего не сделало для работников… Вот тебе и республика! Ну, мы и решились, всё равно пропадать!»

Это — рассуждения пролетария, но — не российского и не в 1917 году. Это записанные И. С. Тургеневым слова парижского пролетария в июне 1848 года!

(Тургенев И. С. Полное собрание сочинений и писем в 27 т., т. 14. М. —Л.: Наука, 1967, т. 14, с. 145.)

Вот так!

Ленин же в сентябре 1917 года заранее предупреждал — естественно, без ликования, что «Коммуна означает тяжёлую гражданскую войну» и «долгую задержку после этого мирного культурного развития»!

Заранее!

Предупреждал!

Без ликования…

Причём, говоря так, Ленин не имел в виду неизбежность гражданской войны при любом развитии событий! Он имел в виду то, что гражданская война станет неизбежной при затягивании Временным правительством и ВЦИКом кризисной ситуации. Неизбежной потому, что народ, и так уже всё более недовольный, без решений власти, нужных народу, вскоре озлится.

А кто-то и вовсе озвереет…

Керенский же вместо честных действий образовал 1 (14) сентября прокадетскую Директорию из пяти человек. В неё вошли: А. Ф. Керенский, свежеиспечённый «временными» генерал А. И. Верховский (военный министр), контр-адмирал Д. Н. Вердеревский (морской министр), адвокат А. М. Никитин (министр внутренних дел) и крупнейший сахарозаводчик М. И. Терещенко (министр иностранных дел).

Объединённый же пленум ЦИКа Советов рабочих и солдатских депутатов и Исполкома Совета крестьянских депутатов 2 (15) сентября эту затею одобрил.

Возникли и планы переезда Временного правительства в Москву, а это пахло — после намеренной сдачи Риги — сдачей уже Питера с той же целью: подавление центра русской революции и питерского пролетариата.

Узнав обо всём этом 3 (16) сентября, Ленин к основному тексту статьи «О компромиссах», написанному 1 сентября, сделал приписку:

«Пожалуй, те несколько дней, в течение которых мирное развитие было ещёвозможно, прошли… Остаётся послать эти заметки в редакцию с просьбой озаглавить их: «Запоздалые мысли»… иногда, может быть, и с запоздалыми мыслями ознакомиться небезынтересно».

Но шанс был — уже после публичного предложения Ленина эсеры и меньшевики собрали Всероссийское демократическое совещание. Пойди оно на предлагавшийся Лениным компромисс, и Гражданской войны можно было бы избежать…

Желающим могу рекомендовать — не цитируя её — и статью Ленина «Русская революция и гражданская война» (ПСС, т. 34, с. 214–228), опубликованную 16 (29) сентября 1917 года в газете «Рабочий путь». Это ведь тоже было публичное предупреждение России не играть с огнём, а взяться за голову и вместо усиления общественного «раздрая» на фоне близящейся хозяйственной катастрофы конструктивно объединиться…

Увы, и этому предупреждению Ленина российские партии и образованные круги не вняли. А тем временем на повестку дня вставал вопрос не о том, будет или не будет смена власти, а о том, чтобы сменить власть поскорее! Грозные события близились уже без инициирования их со стороны Ленина, и России надо было иметь такую власть, которая справилась бы с разбушевавшейся стихией не по методу кавеньяков, а в интересах трудящихся.

12 (25) СЕНТЯБРЯ 1917 года Ленин начинает писать, 14 (27) сентября заканчивает и сразу же направляет из Гельсингфорса в Россию письмо ЦК, Петроградскому и Московскому комитетам РСДРП(б) «Большевики должны взять власть»: