Два брата - Александр Волков

От спутников по путешествию узнал Егор, что если бы не эти водочерпальные мельницы, то Голландия через несколько лет снова покрылась бы водой, из-под которой она выбралась с таким трудом. Ведь значительная часть Нидерландов находится ниже уровня моря и обратится в озеро, если искусственным путем не отводить воду.

Маркову не везло: в течение трех недель побывал он на нескольких пороховых фабриках, но ни один хозяин не согласился освободить своего мастера от работы.

Егор возвратился в Амстердам и доложил царю о неудачном результате своего путешествия.

– Так я и знал, – задумчиво произнес царь, выслушав рассказ Егора, – Здесь с пороховыми фабрикантами не сговоришься. Один способ – найти мастера, уволенного от работы по старости лет, и уговорить его на отъезд в Россию. Такой, быть может, наладит нам пороховое дело.

Егор Марков чуть ли не в первый раз в жизни не был согласен с царем. Ему хотелось отправиться домой, в Петербург, и там заняться изучением порохового дела, чтобы внести в него усовершенствования. Но заявить об этом царю он побоялся: а вдруг у него не выйдет, вдруг он только протянет дело?…

– Начну снова искать мастера, ваше величество, – упавшим голосом произнес Егор.

Царь, не зная, о чем думает Марков, сказал:

– Ничего, не робей, я тебя не виню – дело трудное. Но мы своего добьемся – коли не так, то по-другому. Я Куракину скажу, чтобы он всячески тебе содействовал.

Егор Марков снова взялся за поиски. Теперь он уже довольно хорошо говорил по-голландски, но не любил лгать и не скрывал, что он русский.

Долго колесил Егор Марков по Голландии, из одного конца страны в другой. Наконец, когда он уже совсем начал терять надежду, судьба столкнула его с Питером Шмитом, который согласился работать в России. Шмит оказался упорным, жадным и прижимистым человеком. Переговоры с ним тянулись долго, так как, испугавшись, не продешевил ли он, мастер выставлял все новые и новые требования, доводя до бешенства не только Маркова, но и самого русского посла, князя Куракина, который принимал участие в составлении договора.

После долгой волокиты был наконец заключен контракт с Питером Шмитом:

«…Дана будет ему, Питеру, комиссия за первого мастера фабрики и суринтенданта[156]над всеми порохами, надлежащими в службу его царского величества, и чтоб во всем государстве завести ему, Питеру, фабрики всякого пороха; а жалованья ему, Питеру, класть по сту флоринов[157]на месяц.

Суринтендант со всею фамилией, опричь жалованья, чтоб имел квартиру бесплатно, такожде дрова и свечи.

…Перевезена была бы его, Питера, фамилия и багаж свободно до города, где его царское величество постановит вышепомянутую фабрику учредить.

…С подписью сего должен он, Питер, в службу его царского величества ехать немедленно…»

Но долго еще мучил Маркова Шмит новыми требованиями и придирками; выпрашивал отсрочки под тем предлогом, что ему необходимо купить инструменты.

Егор вздохнул свободно, лишь усадив Питера Шмита в повозку и усевшись с ним рядом. В другой повозке лежали старательно упакованные тюки багажа. Охраняла багаж жена порохового мастера, Елена.

Весь переезд должен был совершиться по сухопутью, так как Шмит не переносил морской качки.