Генерал Кутепов. Гибель Старой гвардии - Андрей Петухов

Наступление разрасталось. Достиг назначенных ему рубежей и второй батальон. Под ураганным огнем, стоя во весь рост, полковник Казакевич подбадривал солдат. Вскоре, срезанный пулей, он упал, но покинуть передовую позицию отказался.

Подпоручик В. П. Верёвкин

Подпоручик В. Ю. фон Кубе

Австрийцы предприняли несколько контратак на прорвавшиеся далеко вперед 1-й и 2-й батальоны преображенцев. С высоты 119 бухнули вражеские орудия. 2-й батальон понес тяжелые потери. Волнами накатывала неприятельская пехота. Смертельно ранены командиры 5-й и 7-й рот, капитан Есимонтовский[397]и штабс-капитан Чернявский[398]. Их доставили в тыл на перевязочный пункт. Находясь в бессознательном состоянии, А. С. Чернявский слабеющими губами шептал – не молитву, не имена родных и близких, – в предсмертном жару он бормотал марш родного полка. Ранен поручик Вестман[399]. В самом разгаре боя австрийская пуля сразила батальонного адъютанта при командире 2-го батальона подпоручика Николая Петровича Гессе. Он падает замертво. Ранены подпоручик Вадим Юлианович фон Кубе и прапорщик М. А. Трусов. Видя, что все пулеметные расчеты выбыли из строя, раненый поручик Верёвкин[400]сам схватился за гашетки «Максима» и открыл огонь. Вскоре его вынесли в тыл, раненного в лицо и в ногу. На перевязочном пункте, весело и нервно смеясь, он с восторгом рассказывал о подвигах своих солдат.

Считая, что наступил предел возможностям, а положение полка – безнадежное, генерал И. И. Мрозовский, командир Гренадерского корпуса, несколько раз предлагал дать сигнал к отходу поредевшим ротам преображенцев, но полковник Игнатьев каждый раз отвечал отказом.

В полдень австрийские цепи скрытно пытались обойти левый фланг полкового боевого участка и были сметены прицельным огнем пулеметного взвода под командованием поручика С. А. Торнау при поддержке полкового резерва – двух взводов штабс-капитана Б. А. Шоманского[401].

По приказу командира полка 4-й батальон бросился на штурм высоты 119 и, после жестокого штыкового боя, овладел ею. В 14 часов отбита еще одна яростная контратака австрийцев. В 15 часов неприятель предпринял последнюю попытку вырвать победу – головные части 5-го австро-венгерского корпуса обрушились на правый фланг преображенцев. Навстречу врагу выдвинулся 3-й батальон капитана Алексея Степановича Иванова. Распоряжение полковника Игнатьева – полковое боевое знамя – вперед! «С высоты 119 было видно, как знамя двигалось в цепях, а когда последние залегали, то оставалась стоять огромная фигура знаменщика, старшего унтер-офицера Пономарева и часового при знамени, ефрейтора Пашкова»[402]. В 16 часов австрийцы стали поспешно отступать по всему фронту.

Солдат с поврежденными после атаки винтовками