Самолеты-призраки Третьего Рейха. Секретные операции Люфтваффе - Николай Баженов

Около семи часов утра 28 июня, когда английские корабли находились в Гренландском море, приблизительно в 560 км северо-восточнее Ян-Майена, впередсмотрящий эсминца «Тартар» прокричал: «Там, позади того айсберга, что-то есть!» Этим «что-то» был WBS3 «Лауэнбург». Он вышел из норвежского порта Тронхейм еще 27 мая, и на его борту, кроме команды из двадцати человек, находились восемь синоптиков. Начиная со 2 июня они вели передачу сводок погоды из района северо-восточнее острова Ян-Майен.

Вскоре после того как артиллеристы Келли открыли «прицельный» огонь, на эсминце увидели, что команда «Лауэнбурга» спешно погрузилась в две шлюпки. Несколько минут спустя «Тартар» подошел к немецкому судну и высадил абордажную партию во главе с лейтенантом Хью Вилсоном (Hugh Wilson). Вскоре к ней присоединился и Аллан Бэкон (Allan Bacon), офицер военно-морской разведки. «Здесь ничего нет», — произнес Вилсон, указывая на бумаги, хаотично разбросанные по штурманскому столу и палубе. А потом добавил: «Не хотите же вы забрать весь этот мусор?» Бэкон невозмутимо ответил, что заберет все, и строго проследил, чтобы все до последней бумаги были переправлены на «Тартар». Только после этого старший артиллерист Келли получил приказ расстрелять и потопить «Лауэнбург».

Снимок WBS3 «Лауэнбург», сделанный с британского эсминца «Тартар», незадолго перед высадкой на него абордажной партии, Гренландское море, 28 июня 1941 г.

WBS3 «Лауэнбург», расстреливаемый артиллерийским огнем с эсминца «Тартар»

Во время обратного перехода в Скапа-Флоу офицеры эсминца донимали Бэкона, просматривавшего захваченные бумаги, вопросами, не нашел ли он что-нибудь полезного в своем «мусоре». Не зная деталей, они были разочарованы тем, что не удалось заполучить «Энигму». И вот однажды Бэкон на очередной такой колкий вопрос неожиданно ответил: «Черти возьми, но, кажется, я нашел нечто гораздо более важное». Среди бумаг он обнаружил три листка: два были озаглавлены «Steckerverbindungen», а третий — «Innere Finstellung». Это были таблицы штекерных соединений «Энигмы» и соответствовавшие им варианты настройки внутренних кодирующих дисков. Они помогли англичанам понять принципы работы «Энигмы» и позднее создать машину для дешифровки создаваемых ею сообщений.

После всех этих потерь немцы прекратили активное использование судов WBS. Метеослужбы Люфтваффе и Кригсмарине начали готовиться к созданию в Заполярье стационарных наземных метеостанций. Они должны были восполнять недостаток в синоптических данных прежде всего в долгий период полярной зимы, когда действия самолетов метеоразведки были сильно ограничены темнотой и плохой погодой.

Летом 1941 г. англичане эвакуировали со Шпицбергена население норвежских и советских шахтерских поселков. Были также уничтожены сами шахты и угольные отвалы, чтобы не допустить их использования немцами в случае возможного захвата ими архипелага. Одновременно были вывезены и норвежские метеостанции, находившиеся на Шпицбергене и на острове Медвежий.

Уже осенью немцы создали на «освободившемся» Шпицбергене сразу две метеостанции. 12 октября из порта Тромсё, на севере Норвегии, вышли WBS1 «Саксония» и WBS3 «Фриц Хоманн». На их борту находились оборудование, снаряжение и продовольствие для новой немецкой метеостанции, а также сам персонал этой станции. Три дня спустя они достигли Зигнехамны, небольшой бухты на западном берегу Лилиенхёк-фьорда, расположенного в северо-западной части острова Западный Шпицберген.

К 17 октября между судами и покрытым льдом берегом была налажена канатная переправа. Грузы помещались на лодки и плоты, которые затем цепляли к канату и вручную перетаскивали к берегу. 29 октября станция, получившая наименование «Кроспе» («Krospe»), была построена и начала работать. 15 ноября оба судна, проделав при помощи взрывчатки проход во льду, который уже начал покрывать бухту, ушли обратно в Тромсё. Метеостанция обслуживалась специалистами метеослужбы Кригсмарине, и соответственно ее снабжение затем обеспечивалось подводными лодками.

Тогда же в Адвентдалене, в глубине Ис-фьорда, в центральной части острова Западный Шпицберген, разместили свою станцию и синоптики Люфтваффе. Она получила кодовое наименование «Бансё» («Banso»). Оборудование и группа из девяти синоптиков были доставлены на транспортном Ju-52. Толстый лед фьорда позволял приземляться и Не-111, которые затем вылетали с аэродрома Банак и доставляли на станцию все необходимое.

Хотя при этом не обходилось и без некоторых проблем. Так, 12 мая 1942 г. «Хейнкель» из Wekusta 5, стоявший на льду Адвентдалена, был обстрелян с неожиданно появившейся в воздухе летающей лодки «Каталина» из 210 Sqdn. RAF. Самолет получил незначительные повреждения, которые не помешали ему вернуться на аэродром Банак. Затем 27 июня патрульной лодкой все из того же 210 Sqdn. RAF был атакован Ju-88D-5 W.Nr.0430241 «1B+GH» из Wekusta 5, который за некоторое время до этого прилетел на станцию «Бансё». Но и на этот раз немецкий разведчик отделался малозначительными повреждениями.

Обе станции успешно перезимовали, регулярно передавая в центр метеослужбы в Тромсё собираемые данные. В июле 1942 г. персонал «Бансё» в плановом порядке был вывезен в Норвегию, а место людей заняла автоматическая метеостанция, получившая в Люфтваффе кодовое наименование «Жаба» («Krote»). Она состояла из приборного блока с датчиками температуры, воздушного давления и влажности, коротковолнового радиопередатчика, блока аккумуляторных батарей и двух мачт, между которыми была натянута антенна передатчика. Ресурс никелево-кадмиевых аккумуляторов составлял три месяца автономной работы. Блоки метеостанции были спроектированы так, чтобы их можно было транспортировать на самолете.

Тем же летом на подводной лодке был вывезен и персонал «Кроспе». Моряки также установили там свою автоматическую метеостанцию типа WFL (Wetterfunkgerat-Land). В отличие от «Жабы» она могла определять скорость и направление ветра, но при этом не имела датчика влажности воздуха. Поскольку ее перевозили на субмаринах, приборный блок, аккумуляторные батареи и радио передатчик были заключены в цилиндрические контейнеры диаметром чуть меньше диаметра люков подлодок. Стержневая радиоантенна монтировалась на треноге, на которой также крепились датчики температуры и давления. На приборном контейнере размещались анемометр и флюгарка, т. е. приборы для определения скорости и направления ветра. Ресурс никелево-кадмиевых батарей составлял уже четыре — шесть месяцев.

Не-111Н «1B+DH» из Wekusta 5 на льду Ис-фьорда, около поселка Лонгьёрбьен (Лонгиир), остров Западный Шпицберген, 21 июня 1941 г.