Тайная жизнь Фиделя Кастро. Шокирующие откровения личного телохранителя кубинского лидера - Аксель Гильден

Личная охрана Фиделя образует три концентрических круга, или кольца. Третий круг насчитывает несколько тысяч сотрудников, выполняющих самые разные, в том числе и чисто логистические (снабженческие), задачи, связанные с безопасностью Команданте; «оперативная группа», или второй круг, насчитывает от восьмидесяти до ста человек; escolta (эскорт), или первый круг, состоит из двух команд по полтора десятка лучших оперативников, прошедших тщательнейший отбор и дежурящих сутки через двое, чтобы осуществлять круглосуточную охрану Фиделя.

Первым моим местом службы в качестве сотрудника третьего круга стал Эль-Онсе, или «Одиннадцать». Речь идет о группе домов, стоящих на калле Онсе, Одиннадцатой улице в очень уютном квартале Ведадо, в пяти улицах от моря. Назначение туда не было синекурой, потому что «Одиннадцать» – это в первую очередь был дом, где жила Селия Санчес, заметная персона и в истории революции вообще, и в частной жизни Фиделя в особенности. Вплоть до своей смерти от рака легкого в 1980 году Селия участвовала почти во всех значительных исторических событиях. В 1952 году она стала одной из первых женщин, выступивших против диктатуры Батисты, потом присоединилась к кастровскому подрывному движению M-26. В Сьерра-Маэстре она была связной: доставляла сообщения, спрятанные от полиции в букеты цветов, а кроме того, координировала действия партизан и ячеек городского подполья. После «победы революции» она была вознаграждена многочисленными официальными постами, в том числе секретаря Государственного совета, председателем которого стал сам Фидель. Но главное, эта хрупкая женщина с черными глазами и того же цвета волосами была любовницей Кастро. Более того, она стала его доверенным лицом. Факт, заслуживающий того, чтобы быть отмеченным особо, поскольку Команданте не доверяет никогда и никому, исключая своего брата Рауля и нескольких «женщин своей жизни», которых можно пересчитать по пальцам одной руки. Селия пользовалась значительным влиянием, в частности при назначениях на высшие государственные посты. Так что любовь между ними тоже была политикой. Фидель так любил Селию, что только после ее смерти женился на Далии, женщине, которая в строжайшей тайне делила с ним жизнь с 1961 года.

* * *

В квартире Селии Санчес на пятом и последнем этаже дома на Одиннадцатой у Фиделя была своя территория с ванной, куда он втайне от Далии приезжал почти каждый день, прежде чем вернуться в президентский дворец. Возле дома на Одиннадцатой улице я впервые увидел Фиделя вблизи.

В тот день я дежурил у входа в дом, когда к нему вдруг подлетели Фидель и его эскорт на трех «альфа-ромео» цвета бордо, использовавшихся в то время – позднее они будут заменены на «Мерседес-500». Автомобили остановились в нескольких метрах от входа, и охрана разделилась в соответствии с инструкциями по действиям в обычной обстановке: один сотрудник заходит в дом проверить, все ли там спокойно, и дает зеленый свет другим; следующие двое занимают позицию на тротуаре спиной к дому и берут под контроль улицу; остальные шестеро окружают Фиделя, который идет к двери в сопровождении старшего группы охраны.

В этот самый момент Команданте направился прямиком ко мне, положил руку мне на плечо и посмотрел в глаза. Окаменев, я что было сил сжал винтовку, чтобы сохранить положенный по уставу вид. Потом Фидель вошел в дом. Сцена продолжалась не более двух секунд, но я был потрясен тем, что лично видел Фиделя, человека, которым восхищался больше всех на свете и за которого был готов отдать жизнь.

* * *

Одиннадцатая улица занимает особое место в кастровской географии. В ту пору она была одним из тех мест, в которых Фидель бывал едва ли не ежедневно и о которых никто, или почти никто, ничего не знал. С целью обеспечения его безопасности был приватизирован целый блок домов, и доступ публики на этот участок улицы перекрыт двумя контрольно-пропускными пунктами, по одному на каждом конце. Все крыши были соединены между собой, образовав обширное пространство для перемещения под открытым небом. С годами были внесены и другие изменения. Были установлены лифты, устроен спортивный зал и даже богато отделанное помещение для боулинга: две лакированные дорожки, а по бокам – кусты папоротника и скалы, привезенные со склонов Сьерра-Маэстры. Невероятно величественно!

Но самым удивительным элементом, бесспорно, стал коровник, построенный по приказу Фиделя на пятом этаже Одиннадцатой, в самом сердце столицы! В начале 1969 года он приказал доставить туда четырех коров, которых подняли с улицы наверх при помощи строительного крана. Так Команданте смог заниматься своим главным увлечением того времени: скрещиванием европейских коров голштинской породы (черных с белым) с кубинскими зебу, в надежде создать новую породу, которая позволила бы давать бо́льшие надои молока.

Существование коровника в центре города, на крыше многоэтажного дома, может показаться неправдоподобным человеку, не знакомому с историей кастровского режима. Знающих же людей она не удивит, потому что страсть Фиделя к улучшению пород крупного рогатого скота является достоверно установленным историческим фактом. В декабре 1966 года на стадионе Санта-Клара вождь революции произнес первую речь на эту тему. В 1970 и 1980-х годах эта страсть превратилась в манию. В 1982 году корова Убре Бланка, известная огромными надоями, была превращена Фиделем в настоящую звезду и использовалась как инструмент пропаганды. Вся Куба следила по телевизору за мировым рекордом, установленным ею для Книги Гиннесса: Убре Бланка дала сто девять с половиной литров молока за один день, что стало неопровержимым доказательством гениальности Команданте в понимании вопросов сельского хозяйства! Ставшая героиней многочисленных телерепортажей, корова была возведена в ранг национального символа: была даже выпущена марка с ее изображением. После ее смерти в 1985 году общенациональная ежедневная газета «Гранма» посвятила ей некролог. Даже сегодня ее мраморная статуя возвышается на постаменте в ее родном городе Нуэва-Херона на Исладе-ла-Хувентуд (острове Молодежи).

Наконец, рассказывая о доме на Одиннадцатой, я не могу обойти молчанием баскетбольную площадку, пользоваться которой мог только Фидель Кастро. В 1982 году, то есть через два года после смерти Селии Санчес, одна канадская фирма проводила модернизацию легкоатлетической дорожки стадиона Педро Марреро в Гаване для XIV Игр Центральной Америки и Карибского бассейна. Для поддержания добрых отношений с заказчиком фирма предложила Фиделю поставить на Кубу любое спортивное оборудование по его выбору. Так вот, не воспользовавшись представившейся возможностью обеспечить спортивным инвентарем нуждающуюся в нем школу или клуб, Команданте попросил, чтобы для него одного оборудовали баскетбольную площадку в закрытом помещении!

Баскетбол всегда был одним из самых любимых им видов спорта. Фидель никогда не упускал возможность покидать мяч или организовать матч со своей охраной. Игроки делились на две команды: «красных» и «синих». Разумеется, обе играли за Фиделя: не могло быть и речи о том, чтобы он проиграл мяч. Впрочем, он сам подбирал себе команду, зачисляя в нее самых сильных игроков, к которым имел честь принадлежать и я. Как можно догадаться, себе Команданте отводил главную роль: в баскетболе она принадлежит игроку, который совершает броски в корзину, а все стараются передать мяч ему. Помню, однажды он очень недобро взглянул на меня за то, что я попытался сам забросить мяч в корзину, вместо того чтобы передать его ему.