«Советские немцы» и другие фольксдойче в войсках СС - Роман Пономаренко

Как мы показали, в первый период Второй мировой войны вербовка фольксдойче в войска СС являлась скорее исключением, чем правилом. Основным источником пополнения служили немцы-переселенцы. Однако к лету 1941 года королевство Югославия оказалось оккупировано Вермахтом и его союзниками и прекратило существование, а Венгрия и Румыния окончательно связали свое будущее с Третьим рейхом. Эти геополитические перемены коренным образом изменили всю ситуацию. Теперь для СС широко открылись пути к рекрутированию местных фольксдойче в этих странах. Начало активной вербовки этнических немцев в войска СС приходится на 1942 год, в последующие два года масштабы возрастали. С этого момента фольксдойче начинают приобретать все большее значение для развития войск СС.

Как бы это ни показалось странным в тех условиях, но ВоМи, энергично помогавшее вербовать добровольцев из рядов переселенцев, без особого восторга восприняло увеличение набора этнических немцев из третьих стран в войска СС. Лоренц и его штаб, которых поддерживали и лидеры немецких землячеств, небезосновательно считали, что это решительным образом ослабляет немецкие общины (фольксгруппы) в тех или иных странах и мешает их стабильному существованию. Оно и понятно, поскольку на военную службу в войска СС, как правило, шла наиболее активная и политически сознательная часть населения. В этой ситуации под угрозой оказались усилия ВоМи в поддержании немецких национальных меньшинств в третьих странах в качестве жизнеспособных социальных, политических и экономических субъектов, а это может вызвать негативное отношение к немцам со стороны доминирующего национального большинства (и как следствие из последнего — дипломатические трудности между Германией и данной страной). Еще одним фактором, серьезно беспокоившим чиновников ВоМи, было то, что изъятие молодых людей из немецких общин подорвет биологическое поле и поставит под угрозу дальнейший рост численности немецкого меньшинства. При этом Лоренц был не против, если бы тот или иной фолькс-дойче добровольно записывался в войска СС, но категорически возражал против введения по отношению к ним всеобщей воинской повинности. Исходя из этих предпосылок ВоМи нередко даже выступало в качестве оппозиции усилиям Гиммлера и Бергера. Гиммлер также прекрасно понимал потенциальные угрозы[60], однако игнорировал предупреждения Лоренца, очевидно, считая, что победа в войне все расставит на свои места. Так что в вопросе вербовки фольксдойче в других странах ВоМи оказывало содействие войскам СС крайне неохотно, часто протестуя против набора (и более того — призыва) прямо из немецких общин. Дошло до того, что в августе 1942 года, чтобы убедить Лоренца и его последователей (большинство из которых являлись лидерами немецких общин), Гиммлеру даже пришлось прибегнуть к помощи своих юристов, которые, рассмотрев вопрос о правомерности распространения воинской обязанности в войска СС на этнических немцев из третьих стран, вынесли решение, которое рейхсфюрер СС и хотел от них услышать — фольксдойче обязаны нести воинскую службу, это вполне правомерно и не может быть основанием для дипломатических осложнений[61]. Юристы из СС не ошибались — как мы покажем ниже, факты свидетельствуют, что на данном этапе правительства других стран уже позволяли наборы в войска СС своих граждан немецкой национальности. Поняв, что спорить с Гиммлером не имеет смысла, Лоренц пошел на попятную и скрепя сердце начал оказывать содействие эсэсовским вербовщикам.

Здесь интересно, что министерство иностранных дел Германии также поначалу считало, что активные усилия Бергера угрожают хорошим отношениям Рейха с союзными (и нейтральными) странами, которые по вполне понятным причинам видели в этом ущемление своего суверенитета. Поэтому на первых порах дипломаты выступали в роли союзника ВоМи, однако впоследствии, с эскалацией войны, весьма активно лоббировали интересы Гиммлера.

В августе 1942 года Гиммлер поручил Лоренцу в устной форме сообщить всем лидерам немецких общин в других странах о распространении воинской обязанности в войска СС на фольксдойче. Нужно помнить, что речь здесь еще не шла о принудительной мобилизации, наоборот, вступление в войска СС должно было быть добровольным. Страны и территории, на которых проходила вербовка, условно можно разделить на две группы — это государства-союзники и оккупированные территории. Для каждой из групп в СС был разработан свой сценарий действий.

Если это были независимые государства, то обычно заключались договоренности с местными правительствами, после чего начиналась вербовка, обычно добровольная. Если же территория была оккупирована — прежде всего, это касается территорий СССР и бывшей Югославии, то здесь эсэсовцам никаких дипломатических формальностей соблюдать не требовалось, хотя принцип «добровольности» формально оставался. Нацистская прослойка в местных немецких общинах играла важную роль в этом процессе, оказывая всяческую помощь эсэсовским рекрутерам, прежде всего путем воздействия на потенциальных кандидатов. Очень часто это «воздействие» переходило в откровенное давление, благодаря чему значительное количество фольксдойче оказывалось в войсках СС по принуждению. Впрочем, во второй половине войны СС были вынуждены отказаться от основополагающего принципа добровольности и приступить к насильственному рекрутированию этнических немцев на подконтрольных территориях. При этом в некоторых странах, как, например, в Венгрии, была введена прямая воинская обязанность для местных фольксдойче в войска СС. Часто этнических немцев мобилизовали в войска СС по факту, в стиле советских полевых военкоматов. Унтершарфюрер СС Людвиг Мюкль из кавалерийской дивизии СС «Флориан Гейер» вспоминал о событиях первой половины 1944 года, когда его дивизию вывели на отдых и переформирование в район Бачки[62]: «В Бачке было много немецких этнических деревень, некоторые на венгерской стороне, некоторые на хорватской. Однажды пришел приказ мобилизовать всех этнических немцев, если их возраст подходил для воинской службы, и присоединить их к нам. Это была настоящая драма и часто жены превращались в гиен, потому что не хотели отпускать своих мужей»[63]. Речь здесь идет о так называемой «акции Штрекенбах» по вербовке фольксдойче в дивизию СС «Флориан Гейер» (названа по фамилии командира дивизии оберфюрера СС Бруно Штрекенбаха), имевшей место в марте 1944 года.