Забытое сражение Огненной Дуги - Валерий Замулин

Наблюдавший с передового НП дивизии за этой атакой генерал Г.Б. Сафиулин немедленно связался с командармом и, доложив о прорыве, попросил разрешение использовать для планировавшегося контрудара часть сил подвижного резерва командарма — танковую группу подполковника Вербы (167-й тп и 1438-й сап). М.С. Шумилов дал «добро» и уточнил, что приказ командования БТ и МВ армии сейчас же будет направлен в штаб полка. В 1 1.00 комкор связался по телефону с подполковником Вербой и поставил задачу:

«Противник перевалил через разъезд Разумное силами до 50 танков в направлении Крутой Лог. Немедленно хозяйства 167, 1438 и 262 перекантовать в район свх. „Батрацкая Дача“»^[192].

А буквально через пять минут штаб 167-го тп получил кодированный приказ командующего БТ и МВ 7-й гв. А полковника Богданова:

«Вместе с Затылкиным^[193] и частью, которая находится у Айзенберга^[194], вместе собраться в Батрацкой Даче. Иметь связь с Козаком. Ударить на Разумное. Готовность к 12.00. Маслов»^[195].

Через час, в 12.00, поступил приказ комкора-25 о немедленной подготовке контрудара и в штаб 73-й гв. сд:

«…73-й гв. сд с 167-м тп, 1438-м сап и 30-й иптабр сосредоточиться на рубеже: свх. Батрацкая Дача, cap. в 2 км южнее Батрацкая Дача, выс. 209.6, МТС, Гремячий, в готовности к нанесению контрудара в направлении Крутой Лог, разъезд Разумное, далее по обстановке, для восстановления положения 78-й гв. сд»^[196].

Помимо перечисленных средств усиления полковнику С.А. Козаку оперативно переподчинялись 161-й гв. пап, 265-й гв. пап и 315-й гв. мп PC, которые до этого момента находились на огневых позициях в полосе 81-й гв. сд.

Определенного времени для нанесения контрудара установлено не было, предполагалось действовать по обстановке. Главное в этот момент было как можно быстрее сосредоточить запланированные войска на исходных рубежах. Следует заметить, что у командования армии была мысль — между 13.00 и 14.00 в полосе 72-й гв. и 78-й гв. сд нанести один сильный контрудар силами двух групп. В первую предполагалось включить 73-ю гв. сд и перечисленные выше части усиления, во вторую — 213-ю сд с 27-й гв. тбр. Однако этот замысел осуществить не удалось.

Сосредоточение шло с большим трудом, причем в основном по объективным причинам. Так, согласно приказу 167-й тп должен был за один час, имея подразделения в двух районах — в Мясоедово (10 км от исходных позиции) и хут. Постников (20 км), — собрать командный состав, поставить им задачи, вывести технику на марш из укрытий и сосредоточиться в районе выс. 209.6. К моменту получения приказа полк находился в боевой готовности, и тем не менее его основные силы сосредоточились в указанном им районе лишь в 14.00, а сап и часть танков, находившиеся на хут. Постников, подошли только к 15.00. Ситуация с остальными частями и подразделениями оказалась еще хуже. Сводная рота 262-го отп под командованием ст. лейтенанта Косенкова, состоявшая из 5 КВ-1, только в 15.15 вышла из свх. «Батрацкая Дача», нов состав группы Вербы не вошла. Когда рота подошла, группа уже перешла в атаку. Да к тому же в пути из-за перегрева двигателя один танк вышел из строя. В 15.00 батальонные колонны 209-го и 214-го гв. сп только подходили к совхозу и до района выс. 209.6 им еще оставалось идти пешком более 5 км. А бригада подполковника Сапожникова и другие пушечные и минполки, судя по боевому донесению 73-й гв. сд, не появились в ее полосе даже к 19.00.

За то время, пока войска подтягивались на исходные позиции, противник сумел заметно продвинуться вперед, в результате бой шел уже внутри обороны 78-й гв. сд. Пока боевые действия разворачивались между поймой Донца и железной дорогой Белгород — Титовка, инициатива находилась в наших руках — шло истребление сил противника на самой укрепленной полосе, без существенного выигрыша в территории. Ситуация начала меняться в худшую для нас сторону с 12.00 до 16.00 и к 17.00 обострилась до предела. Из отчета штаба 78-й гв. сд:

«В 16.05 15 танков противника, обойдя село Разумное, вышли на южную окраину Генераловки и двинулись по направлению рощи 2,5 км северо-восточнее Крутого Лога, где находился КП командира дивизии. В 16.55 по дороге из Масловой Пристани на Крутой Лог в район выс. 157.1 вышло до 20 немецких танков.

По дороге из Дорогобужено и Соломино на восток продолжали двигаться машины с пехотой и артиллерией»^[197].

25-й гв. ск продолжал сражаться пока лишь своим первым эшелоном, войска которого уже понесли существенные потери в живой силе и вооружении, а инженерные заграждения первой и даже запасной позиции уничтожены. Движение боевых групп Функа напоминало трезубец. Центральная — бронегруппа Шульца к 17.00 полностью рассекла рубеж передовых полков 78-й гв. сд и углубилась в ее оборону примерно на 6–6,5 км (2/3 глубины позиции дивизии). Был полностью блокирован Нижний Ольшанец, а танковые клещи противника нацеливались на самый мощный узел сопротивления — Крутой Лог. Но по-прежнему их сдерживал плотный огонь дивизионов 158-го гв. ап и ПЗО 3/265-го гв. пап из района северо-восточнее села и лесного массива восточнее. Тем не менее, используя этот успех и опираясь на бронетехнику, гренадеры левой группы (6-й и 7-й грп) ворвались в юго-западную часть с. Разумное, а правой (в том числе и полковая группа 442-го грп) также при поддержке танков вели бой на южных и юго-западных окраинах Крутого Лога. Брешь в центре 78-й гв. сд разрасталась на глазах, почти одновременно произошел прорыв и запасной позиции войск на стыке с 81-й гв. сд, где настойчиво атаковала группа Келера.

В то время как 7-я тд завязала бой у разъезда Разумное, к переправе у Колонии-Дубовая подошла боевая группа (бронегруппа) Беккера и 14 «тигров» роты капитана Хайтмана 19-й тд, которыми предполагалось усилить удар группы Келера, прорывавшейся от Дальних Песков к району ИТК (левый фланг 81-й гв. сд). Именно предполагалось, потому что большая часть роты танков Т-6 не смогла дойти даже до восточного берега. Причины этого ЧП, которое, по мнению генерала Брайта, предопределило неудачу всего наступления дивизии Шмидта в ходе операции «Цитадель», для той обстановки были, в общем-то, вполне предсказуемы, отсутствие тесного взаимодействия командования танкового полка с подразделениями обеспечения и плохая организация ввода в бой со стороны штаба дивизии сильного и, что немаловажно, дорогостоящего подразделения, на которое в первый день боя возлагались большие надежды. 6 июля командир 503-го отб капитан граф Кагенек так докладывал о причинах высоких потерь танковой роты Хайтмана: