Морские десантные операции вооруженных сил СССР. Морская пехота в довоенный период и в годы Великой Отечественной войны. 1918-1945 - Владимир Жуматий

Как видим, при выполнении этой операции взаимодействия сил, предусмотренного планом операции, не получилось, так как корректировка плана при выполнении операции не предусматривалась, а возникшая потребность в ней могла быть реализована только командующим силами в операции при наличии надежной связи. Несогласованность действий сил в районе Южная Озерейка явилась одной из основных причин неудачной попытки высадить десант в этом районе.

Следует обратить внимание на то, что даже при своевременном получении адресатами приказа командующего операцией его выполнение было невозможным, поскольку установленный срок высадки десанта в сложившейся обстановке оказался явно нереальным. Именно по этой причине командир высадки и обратился к командующему операцией с просьбой перенести начало артподготовки и высадки, но его обоснования и убедительная просьба остались без внимания. Этот случай служит наглядным примером тому, как командующий операцией, не считающийся с реальной обстановкой, своим волевым решением подавляет проявление разумной инициативы командиров и этим наносит непоправимый ущерб всему ходу операции. Необходимо отметить, что этот случай в практике командования Черноморского флота явился единственным. Для командования флота было характерным творческое и объективное отношение к инициативе командиров соединений и частей.

Несмотря на огромные трудности, которые пришлось преодолеть 1-му десантному отряду, ему все же удалось скрытно совершить переход. Ни во время посадки, ни на переходе морем противник совершенно не оказывал противодействия. И тот факт, что первый налет пяти вражеских самолетов на уходившие из района высадки десантные отряды произошел очень поздно – только в 10 часов 10 минут 4 февраля 1943 г.,[689]также дает основание сделать вывод о том, что до начала ударов авиации и артподготовки противник не знал о намеченном районе высадки. Но добиться скрытной посадки и перехода оказалось недостаточно для достижения успеха. Требовалось обеспечить и внезапность высадки. К сожалению, здесь были допущены ошибки. Главная ошибка состояла в том, что командующий операцией не согласился перенести время начала высадки в соответствии с просьбой командира высадки.

Проведенная в сентябре 1943 г. Новороссийская десантная операция позволяет сделать вывод о том, что корректировка в ходе операции намеченного планом времени действий сил в зависимости от фактических действий тех сил, в пользу которых организовывается взаимодействие, дает положительные результаты, обеспечивая непрерывность взаимодействия и требуемую последовательность действий сил.[690]В этой операции командующему силами (командующему ЧФ вице-адмиралу Л. А. Владимирскому) подчинялись силы высадки и авиация в составе авиации флота и 4-й воздушной армии (командующий генерал-полковник К. А. Вершинин) Северо-Кавказского фронта. Береговая артиллерия Новороссийской ВМБ и артиллерия 18-й армии были объединены под командованием командующего артиллерией 18-й армии, который на период боя за высадку был подчинен командиру сил высадки.

План операции предусматривал возможность изменения времени подавления ПДО противника, исходя из выполнения плана перехода десантными отрядами. Движение десантных отрядов координировалось специально выделенным офицером. Командир сил высадки контр-адмирал Г. Н. Холостяков сам наблюдал с КП движение десантных отрядов, а также получал донесения с постов СН и С.

Организация диспетчерской службы на переходе десанта морем, контроль за его движением дали возможность командиру сил высадки обнаружить, что движение десанта совершается с опозданием на 40 минут. В соответствии с этим он с разрешения командующего силами в операции изменил время высадки десанта, и новое время «Ч» было сообщено всем участвующим в операции силам. Как видим, было обеспечено должное взаимодействие между десантными отрядами и действиями авиации и артиллерии.

Наиболее полно вопросы взаимодействия были отработаны в Новороссийской (1943), Аккерманской (1944) десантных операциях, в операции «Вест» (1944) и др.[691]Вместе с тем организация взаимодействия в ряде операций имела существенные недостатки. Так, например, в Тулоксинской десантной операции (1944) истребительная авиация, выделенная для прикрытия десанта в районе высадки, не была подчинена командующему операцией, в связи с чем в нужный момент прикрытие десанта с воздуха отсутствовало, в результате 14 самолетов противника нанесли безнаказанный бомбовый удар по десантным отрядам в районе их развертывания.[692]Из-за недостаточно четкого взаимодействия не полностью решила авиация свои задачи и по подавлению противодесантной обороны, а также по прикрытию с воздуха десантов в ходе Керченско-Эльтигенской десантной операции (в районе Эльтигена в 1943 г., в районе мыса Тархан в январе 1944 г.),[693]где противнику удалось сорвать высадку наших десантов исключительно вследствие плохой организации взаимодействия между авиацией, кораблями и береговой артиллерией.

Изучение проблемы позволяет отметить, что сравнительно малая угроза десантным отрядам со стороны сил флота противника значительно упрощала решение задач их прикрытия и непосредственного охранения. Поэтому переход десантных отрядов морем в ряде случаев осуществлялся без фактического выделения специальных отрядов прикрытия, хотя последние и планировались.

Так, в Керченско-Эльтигенской десантной операции (1943) для прикрытия высадки 3-й десантной группы (18-я армия) планировалось сформировать отряд прикрытия.[694]Фактически высадка 18-й армии (командующий генерал-лейтенант К. Н. Леселидзе) прикрывалась двумя дозорами – у мыса Опук (5 ТКА) и у мыса Такиль (2 ТКА).[695]Для прикрытия перехода десантных отрядов в Таманской десантной операции (1943) был выделен дозор в составе трех групп по четыре торпедных катера в каждой группе,[696]а в Лане-Мехикоормской операции (1944) – четырех бронекатеров и штурмовой авиации 13-й ВА (командующий генерал-лейтенант С. Д. Рыбальченко).[697]

При проведении десантных действий Северным флотом (командующий адмирал А. Г. Головко) осуществлялось прикрытие десантов с моря: ближнее – патрулированием эсминцев на Кильдинском плесе, дальнее – подводными лодками и авиацией на всю глубину базирования надводных кораблей и авиации противника.[698]Во всех случаях противник противодействия десантным действиям с моря не оказывал. В Курильской десантной операции (1945) также отсутствовал отряд прикрытия.[699]Прикрытие перехода десантного отряда с моря было возложено на два торпедных катера и подводную лодку Л-8 (командир капитан 3-го ранга В. В. Судейко).[700]Десантные отряды следовали в районы высадки в установленных походных порядках и ордерах, предусматривавших все виды обороны, главным образом противовоздушную.