Харьков - проклятое место Красной Армии - Ричард Португальский

В эти же дни и немецкое командование стягивало в район Красноармейского значительные силы. Сюда подходили части 6, 7, 11-й танковых дивизий, 76-й пехотной дивизии и моторизованной дивизии СС «Викинг». Эта группировка имела своей целью остановить дальнейшее продвижение на юг, в сторону Сталино, танковых соединений Юго-Западного фронта[231]. В 11 часов 18 февраля после сильной артиллерийской подготовки противник перешел в наступление на северную и северо-восточную окраины Красноармейского. Используя свое превосходство, он прорвал оборону 4-го гвардейского танкового корпуса и вышел в центр города. 12-я гвардейская танковая бригада, имея незначительное количество танков и личного состава, продолжала удерживать его западную часть.

«11-й танковой дивизией справа, 7-й танковой дивизией слева и моторизованной дивизией СС «Викинг» в центре немецкий 40-й танковый корпус двинулся в северном направлении, как только дороги снова затвердели от возвратившегося мороза.

Точки, в которых потерявшие мобильность танковые бригады Попова и моторизованные стрелковые батальоны оказывали ожесточенное сопротивление, просто обходили, оставляя их полкам 333-й бранденбургской пехотной дивизии, следовавшей за немецкой бронетехникой… Великолепную танковую группу Попова разрезали на куски, как пирог» – так образно, но, по сути, верно, описал эти события немецкий историк П. Карель[232].

На левом крыле фронта 3-я гвардейская армия генерал-лейтенанта Д.Д. Лелюшенко вела наступление на ворошиловградском направлении. Она с боями прошла около 100 км и освободила на территории Донбасса более 200 населенных пунктов, в том числе крупный промышленный центр Ворошиловград. Однако дальнейшее наступление было затруднено не только возросшим сопротивлением противника, но и значительными трудностями в материально-техническом обеспечении боевых действий. Состояние армии как нельзя лучше отразил в коротком донесении от 18 февраля ее командующий генерал Лелюшенко: «В течение двух дней веду наступательные бои почти без артиллерийского и минометного огня. Со станций снабжения, которые удалены от войск на 430 км, не поступают снаряды и мины. Горючего мало»[233].

5-я танковая армия генерала И.Т. Шлемина, начиная с 9 февраля, за 12 суток наступления прошла от Северского Донца до Миуса 150 км, освободив при этом сотни населенных пунктов в восточной части Донбасса. В целом в ходе операции «Скачок» войска Юго-Западного фронта продвинулись на правом крыле из района Старобельска на запад почти на 300 км и на левом крыле от Северского Донца до Миуса – на 120–150 км. К исходу 18 февраля 6-я, 1-я гвардейская армии и подвижная группа фронта своими передовыми частями вышли на рубеж Змиев, Красноград, Ново-Московск, Синельниково, Красноармейское, Краматорск, Славянск, а 3-я гвардейская и 5-я танковая армии – на линию Родаково, Дьяково (10 км северо-восточнее Куйбышево).

Одновременно с наступлением соединений Юго-Западного фронта на павлоградском и красноармейском направлениях войска Южного фронта под командованием генерала Р.Я. Малиновского нанесли удары на новочеркасском и ростовском направлениях. 5-я ударная армия с утра 7 февраля сломила сопротивление частей трех пехотных дивизий противника, 11 февраля вышла на подступы к г. Шахты и на следующий день освободила его.

Успешное наступление Красной Армии, охватившее все южное крыло советско-германского фронта, и реальная опасность разгрома группы армий «Дон» встревожили немецкое командование. Генерал-фельдмаршал Манштейн 6 февраля был вызван в ставку вермахта, где доложил, что обстановка тяжелейшая и «на южном фланге может фактически решиться судьба Восточного фронта», особенно «если противник подбросит из своих сильных резервов (прежде всего из Сталинграда) новые силы»[234]. Чтобы ликвидировать нависшую над группой армий «Дон» угрозу, он предложил отвести войска с рек Дон и Северский Донец на заранее подготовленные позиции по р. Миус. Это позволило бы сократить линию фронта и тем самым высвободить соединения для борьбы с прорвавшимися в Донбасс советскими войсками. Гитлер вынужден был утвердить этот план. Начавшаяся с 9 февраля переброска из 4-й танковой армии на левый фланг группы армий, в полосу 1-й танковой армии, 3, 11, 17-й танковых дивизий, моторизованной дивизии СС «Викинг» и управления 40-го танкового корпуса позволила противнику укрепить фронт на наиболее опасных направлениях и улучшить оперативное положение своих войск.

В это время под ударами соединений Южного фронта немецкие войска оставляли один рубеж за другим. Соединения 2-й гвардейской армии генерала Я.Г. Крейзера форсировали по льду Дон и, преследуя врага, южнее станции Александровка подошли к р. Аксай. Однако с ходу преодолеть этот рубеж соединениям армии не удалось. Укрепившись на высоком обрывистом правом берегу и организовав сильный артиллерийско-минометный огонь, враг сумел задержать наступление армии. Только 13 февраля, выбив его с этого рубежа, части 98, 3 и 49-й гвардейских стрелковых дивизий овладели г. Новочеркасск. Наступавшие на левом крыле фронта войска 7 февраля освободили Батайск и Азов. Соединения 28-й армии генерала В.Ф. Герасименко, которым тоже пришлось преодолевать Дон, ворвались на окраины Ростова. Казаки конно-механизированной группы генерала Н.Я. Кириченко во взаимодействии с соединениями 44-й армии генерала В.А. Хоменко в ночь на 8 февраля перерезали железную дорогу Ростов – Таганрог. 14 февраля Военный совет Южного фронта доложил в Ставку ВГК: «Передовые отряды частей и армий продолжают преследовать отходящие в северо-западном направлении остатки разбитых частей противника. Над цитаделью Тихого Дона – Ростовом – вновь взвилось великое и непобедимое Красное знамя Советов»[235].

Освобождение Ростова, большого промышленного и культурного центра, крупного узла железных дорог, явилось важной победой Красной Армии. Немецкие войска, лишившись сильного оборонительного рубежа, поспешно отступали на запад. В создавшейся обстановке командующий войсками Южного фронта принял решение: преследуя вражескую группировку, с ходу овладеть рубежом на р. Миус, который прикрывал выход советских войск к Донбассу. Однако противник располагал здесь мощной системой сооружений, построенных еще в 1941–1942 гг. Используя выгодную для обороны местность, он оборудовал на высотах вдоль правого берега реки большое количество дотов и дзотов, установил минные поля и проволочные заграждения. Только в случае упреждения врага в занятии рубежа, который сами немцы назвали «Миус-фронт», соединения фронта могли рассчитывать на успех. Поэтому командующий войсками фронта ввел в сражение 4-й гвардейский механизированный корпус генерала Т.И. Танасчишина. Развивая наступление, его части к 16 февраля вышли к крупному узлу обороны – Матвееву Кургану. Несмотря на яростное сопротивление немецких войск, гвардейцы в ночном бою отбросили их за р. Миус. В ночь на 17 февраля корпус стремительным броском с ходу овладел Анастасиевкой – важным узлом обороны врага на подступах к Мариуполю. К сожалению, стрелковые соединения 2-й гвардейской армии не смогли использовать успех корпуса. Противник выдвинул резервы, нанес удар по прорвавшимся частям и восстановил утраченное положение.