Засекреченное метро Москвы. Новые данные - Матвей Гречко

Также и в Риме: сами тоннели закладываются глубоко, ниже культурного слоя, но при проходке шахт для входа и выхода со станций, за работой зорко следят археологи. В Стамбуле метро строится очень медленно: на каждом шагу обнаруживают очень древние артефакты.

Не забывая о розысках вожделенной Либереи, Стеллецкий продолжал искать ее и во время проходки метро. Ученый считал, что книги спрятаны где-то в одном из многочисленных подземелий Кремля или совсем рядом с ним. Этих подземных ходов, темниц и погребов было найдено очень много, но ни один из них не был раскопан полностью! Они есть под Никольской, Троицкой, Спасской и страшной Беклемишевой башней, в подвальной тюрьме которой некогда вырвали язык боярину Беклемишеву. Есть сведения, что и под руслом Москвы-реки параллельно тоннелям метро идут тайные ходы, выстроенные еще при царе Алексее Михайловиче мастером Азанчеевым. Согласно документам, русский инженер XVII века предпринял несколько попыток проложить тоннель, первые окончились неудачей, а затем… А затем вместо того, чтобы высечь неудачливого мастера плетьми да отправить в ссылку за то, что причинил царю-батюшке такое разочарование, Азанчеева вдруг наградили, да еще пожаловали мастеру-мужику дворянство — небывалая честь по тем временам! Для Стеллецкого это было неопровержимым доказательством того, что ход все же был построен.

Археолог был убежден, что в прошлые века все крупные наземные сооружения Москвы были соединены между собой подземными путями — магистралями или ходами, сливающимися под Кремлем в узловую станцию. Он полагал, что ходы эти были поделены на участки, принадлежащие частным лицам, и почти в каждый княжеский дом вел свой подземный ход. Чем вам не метро?

По мнению Стеллецкого, подземные катакомбы столицы начали строить чуть ли не с самого основания города, однако самое мощное строительство ученый-энтузиаст относил ко времени Ивана Грозного и правивших после него царей.

Именно эти ходы и разыскивал Игнатий Стеллецкий, веруя в том, что где-то в их хитросплетении сокрыта легендарная библиотека, привезенная царицей Софьей из Византии. Много раз ученого называли фантазером и даже подозревали в наличии душевной болезни, но, судя по книге Глеба Алексеева, Стеллецкому действительно удалось открыть немало подземелий.

Отрывок из книги «Подземная Москва» Г. Алексеева:

«Экспедиция второй час продвигалась по узкому ходу подземного Кремля. Впереди самоотверженно выступал археолог Мамочкин, освещавший дорогу электрическим фонариком. В робких световых пятнах надвигались, словно падали, стены, сводчатые наверху, странно сухие, точно ход печной трубы. В правой руке Мамочкин держал, — прощупывая им землю, — особый прибор, прозванный волшебным жезлом: прибор умел легким дрожанием определять местонахождение больших масс металла. По внешнему виду это была трость, ее концы были подвязаны к пальцам археолога, а с пальцев, для большей чувствительности, он состриг кожу. Точно такими приборами старатели-золотоискатели в глухих углах Урала или Лены еще и теперь ищут золото.

В подземном ходу не хватало воздуха: кровь стучалась в виски, люди дышали со свистом… Археолог объяснял, что ход был соединен с кремлевскими стенами особыми отдушинами, в них были скрыты вентиляционные трубы, но при ремонте Кремля в XVII веке большинство этих труб было заделано. От пола исходил теплый, слегка серный запах, какой всегда бывает в подземельях или шахтах на большой глубине. … На полу лежала вековая черная земля со щебнем; она уже начала кристаллизоваться, как кристаллизуется в грибки мучная пыльца на мельницах. Нога увязала, как в мягкое, податливое тесто, от нее оставался точный глубокий след».

Приведенный отрывок, явно во многом совпадает с рассказами современных диггеров, подтвердивших «фантазии» Стеллецкого. Его последователи излазили практически все московские подземелья. В качестве хорошего примера можно привести Ваганьковский холм. Ваганьковское кладбище здесь ни при чем, это другой район, а вот Староваганьковский переулок отмечает нужное место.

В XIV веке там стоял дворец дочери великого князя литовского Витовта, ставшей супругой Василия I, сына Дмитрия Донского. Ее праправнук Иван IV Васильевич, прозванный Грозным, включил Старое Ваганьково в обширный Опричный двор, а на холме расположил свою загородную усадьбу. Наземная ее часть не сохранилась, а вот подземная… Исследователь подземелий писатель Владимир Гоник утверждал, что не раз спускался в Старом Ваганькове под холм, обнаруживая там каменные палаты, арки, сводчатые галереи, затейливую старинную кладку и путаницу проемов и переходов. Писатель предположил, что эти подземные ходы расходились лучами в сторону Кремля, в Чертолье и на Колымажный двор, где располагалась одна из усадеб Скуратовых. А может, и под руслом Москвы-реки к богато изукрашенным палатам Аверкия Кириллова на Берсеневской набережной вел ход? Наверняка Игнатий Стеллецкий согласился бы с этим! Ведь, по мнению многих, этим домом тоже одно время владел всесильный Малюта.

В соседней с холмом низине некогда бежал ручей, прозванный Чертовым или Черторый. Он брал начало в Козьем болоте около Патриарших прудов, протекал вдоль Спиридоновки, по Никитскому и Гоголевскому бульварам и впадал в Москву-реку. Длина его — около 2 километров. В половодье ручей разливался, а когда вода спадала, на его берегах оставались ухабы и колдобины, словно черт рыл. Перебраться через это месиво было сложновато, и путники то и дело чертыхались. Отсюда и название местности — Черторье. При Грозном оно тоже вошло в Опричный двор, и именно здесь, в низинке, стояли пыточные избы, казематы и эшафоты с плахами.

Ручей Чертолье — самая древняя в Москве подземная речка. Ручей и его приток, речку Сивку, заключили в трубу еще в XIX веке при обустройстве Бульварного кольца. Сейчас обе речушки знакомы лишь диггерам, которые уверяют, что своды двухсотлетней трубы пришли в полную негодность и грозят провалом. О Сивке напоминает еще и название улицы — Сивцев вражек. А вот улица Черторый при набожном Алексее Михайловиче была переименована в Пречистенскую по иконе Пречистой Божией Матери, хранившейся в Новодевичьем монастыре. Со временем в разговорной речи название укоротилось до Пречистенки.

Но, несмотря на усилия благочестивого царя, место до сих пор имеет нехорошую славу: трудно даже представить, кровь скольких людей пролилась здесь, сколько бояр, дворян и холопов приняли тут страшную лютую смерть.

Там располагаются станции «Кропоткинская» и «Парк Культуры», а рядом с тоннелями метро глубоко под землей наличествуют другие пустоты, ходы и галереи, проложенные грозным царем.

Глеб Алексеев:

«Между тем экспедиция подвигалась вперед. На двадцать второй минуте ход кончался отверстием. Когда в него сунули фонари — увидели пещеру, очертания которой терялись в скудном электрическом свете. Вероятнее всего, она была естественным провалом, пустотой или уцелевшим убежищем времен неолита. Каменный ход, подходя к ней, терялся в наносах желтоватой затвердевшей пыли. Пещера уходила вниз крутым уклоном. По нему-то и двинулись бесстрашные исследователи. И опять чуткое ухо Дротова уловило приглушенное клохтанье подземного потока…