История запорожских казаков. Борьба запорожцев за независимость. 1471–1686. Том 2 - Дмитрий Яворницкий

Желая уничтожить свидетельство своих зложелателей, гетман отправил от себя послов к царю – Юрия Миневского да Ефима Коробку. Послы прибыли в Москву 8 ноября. С них в тот же день сняли допрос о цели их приезда. Они отвечали, что приехали просить царя об утверждении гетмана в его звании; извещали о сношениях поляков с татарами; о намерении Польши завоевать Малороссию; о выступлении татар к Черному лесу; о походе малороссийских казаков под Очаков и Перекоп; о присылке крымского хана к гетману с просьбой о згоде; о призывании поляками гетмана на службу Польше; о сношениях турецкого султана с гетманом по вопросу недопущения казаков на Черное море и к его берегам с целью нападения на города и селения и, наконец, с объявлением нелицемерного желания со стороны гетмана служить московскому царю до кончины живота^[339].

Юрий Миневский готов был уже уехать из Москвы, как вдруг 16 ноября приехал от гетмана новый посланец, Самойло Кочановский, с жалобой царю на запорожских казаков. Тогда Юрия Миневского задержали в Москве и стали собирать сведения от обоих послов о запорожских казаках и о причинах их возмущения против новоизбранного гетмана.

– Случалось ли им, Юрию да Самойлу, говорить о том, от кого происходит бунт в Запорожье и кто тому заводчик?

– Бунтует в Запорожье казак Яков Барабашенко с разными своевольниками и гультяями, и хочет он учинить в Запорожье такие же порядки, что и в войске при гетмане.

– Государь, его царское величество, изволит послать свой государев указ к окольничему и воеводе, князю Григорию Григорьевичу Ромодановскому, и велит ему от себя послать приказ в Запорожье с тем, чтобы казаки перестали бунтовать и повиновались гетману.

– Милости царского величества гетман будет рад, но с теми своевольниками можно бы справиться гетману и самому, но он не смеет, потому что не утвержден еще его царским величеством на гетманстве.

– Великий государь, его царское величество, изволил дать свою грамоту, жалованную на подтверждение гетмана Ивана Виговского… и в войске запорожском шатости никакой ни от кого не будет, а если кто начнет бунтовать, то его можно усмирить. Его царское величество, великий государь, желает знать, когда гетмана Ивана Виговского выбирали на гетманство, на первой и второй раде, то много ли было полковников и сотников и простой черни, а также были ли на тех радах запорожские казаки и не было ли от них в то время какого-нибудь рокоша?

– На первой раде в Чигирине было немного полковников и черни, были и из Запорожья казаки на той раде, но рокоша никакого не было. А когда была другая рада в Корсуни, то из Запорожья на той раде казаков не было; если бы за ними посылать, то это бы заняло недели три или четыре времени, да и посылать за ними не для чего, потому что в Запорожье живут их же братия казаки, которые переходят туда из городов для промыслов, а иной переходит и потому, что здесь пропьется да проиграется; жены же их и дети все живут по городам; впрочем, запорожцы на вторую раду присылали от себя письмо о войсковом деле.

– Много ли всех казаков в Запорожье?

– В Запорожье всех казаков немного, и когда был самый большой сбор, именно во время похода под Очаков, их было в походе и в Запорожье около 5000 человек, и то все вновь пришедшие; а теперь многие из них пришли в города к женам и детям.

– Раньше этого времени гетманы живали в Запорожье или в городах? Откуда выбирали гетманов? Откуда выбран Богдан Хмельницкий?

– Раньше этого времени гетманы и все войско больше жили в Запорожье, потому что в то время они ходили за добычею на море лодками, да и гетман Богдан Хмельницкий выбран был гетманом в Запорожье, и сам он был запорожанином.

– А не думают ли они, послы, что и впредь запорожцы будут бунтовать вследствие того, что не были при избрании гетмана на второй раде?

– От запорожцев они, послы, бунтов не ждут, потому что гетмана избирали всем войском, но лучше бы сделать так, чтобы великий государь, его царское величество, изволил послать в войско кого он найдет способным, и собрать полковников, сотников, всю чернь городовую и казаков из Запорожья, и устроить вновь большую раду, и кого на той раде, при посланце от царского величества, всем войском и народом выберут гетманом, тот бы и остался в этом звании и принес бы присягу.

– Где же быть раде?

– Пристойно быть раде в Переяславе, потому что то место людное и всем к нему близко.

– А как казаки под Очаков из Запорожья ходили, то ходили они по войсковому ли совету?

– В то время казаки запорожские ходили по войсковому совету, потому что в то время наступали на них крымцы и татары.

В одно время с посланцами Виговского оказались в Москве и посланцы от запорожских казаков: атаман Михайло Иванов Стрынджа с товарищами Иваном Степановым, Яковом да Семеном Остафьевыми и двадцатью тремя простыми казаками; они отправлены были к государю кошевым атаманом Яковом Барабашем из Запорожья без ведома гетмана^[340].

Запорожские посланцы явились в Москву 21 ноября с подробной инструкцией о том, что и как говорить перед царем и чего домогаться для Украины и Запорожья. Эта инструкция состояла из следующих семи пунктов:

1. Отдать нижайший челобитный поклон его царскому пресветлому величеству от Якова Барабаша, «гетмана кошевого» запорожского, и от всей запорожской черни.

2. Известить царскому величеству о том, что хотя все войско и вся чернь, как живущие в городах, так и казаки на Запорожье, и несут большие обиды и притеснения от гетмана Виговского, его полковников и других начальников городовых, однако терпят все это до царского указа; увидев же великую измену от старшин городовых его царскому величеству, все войско запорожское, ради этих прямых причин, после рады, отправило из Запорожья, с Коша, своих послов с извещением царскому величеству.

3. Известить царскому величеству, что ныне вся чернь войска запорожского доподлинно узнала о том, что еще при жизни гетмана запорожских войск Богдана Хмельницкого гетман, вся старшина, все полковники и вся чернь учинили, неизвестно для чего, присягу с седмиградским князем Юрием Ракоцием, королем шведским, воеводами волошским и молдавским; теперь же, для измены царскому величеству, вся старшина городовая шлет листы крымскому хану и войско запорожское к тому склоняет, простая же чернь на то не склоняется и, не желая делать никакой измены, бежит из городов от старшин в Запорожье и рассказывает здесь об измене царскому величеству старшин городовых; запорожское же войско и вся чернь его как присягали несколько лет тому назад царскому величеству, так и теперь верно на вечные времена служат и хотят служить, Богу и великому государю поклоняются, за своего царя считают, за царя и веру православную умирать готовы. Другим же королям, князьям, воеводам и крымскому хану войско запорожское присягать не желает и без ведома царской милости ни посылать листов, ни отправлять послов к неверным царям, согласно своей присяге, никогда не будет и не желает.