Ульяновы и Ленины. Тайны родословной Вождя - Михаил Штейн

Необходимо также отметить, что после постройки Зашиверского зимовья казаки под руководством Посника Иванова вынуждены были отбиваться от нападавших на них юкагиров. Схватку они выиграли и захватили пленных. После победы над юкагирами казаки во главе с Посником Ивановым предприняли несколько походов вверх по Индигирке и привели к присяге русскому царю кочевавшие там племена. Это обеспечило дополнительное поступление в русскую казну соболей в качестве ясака. С богатой добычей Посник Иванов возвращается в Якутск. Но вскоре вновь, в третий раз, отправляется на Индигирку заниматься хорошо знакомым делом — осваивать новые земли, возводить новые зимовья, приводить к присяге русскому царю новые племена и собирать с них ясак.

Последний раз мы встречаем упоминание Посника Иванова в «Мирской челобитной царю Михаилу Федоровичу торговых и промышленных людей о насилиях якутского воеводы Петра Головина», написанной не ранее 21 ноября 1645 г.[560], которую подписали 58 человек не только за себя лично, но и за других лиц.

Имя основателя рода Лениных вошло в историю. Путь, проложенный Посником Ивановым на Индигирку, являлся в течение XVII в. единственным сухопутным путем, связывавшим Якутский острог с северо-востоком страны и дававшим возможность освоения новых земель.

За заслуги в создании зимовий на реке Лене и освоении Сибири Посник Иванов получил различные награды, в том числе поместье, перешедшее по наследству его потомкам. Первым таким потомком, владевшим землей, документы называют нам внука Ивана Посника Никифора Александровича Ленина (годы жизни не известны), владевшего имением в Вологодском уезде в 1659–1688 гг.[561].

Много лет спустя М.Г. Спиридов в своих «Записках», посвященных «старинным службам русских благородных родов», под номером «1983» назовет дворянский род Лениных, числившихся в смоленских дворянах и сражавшихся под Смоленском против поляков. В этом списке мы видим внука Посника Иванова дворянина г. Белый Леонтия Петровича Ленина, а далее перечисляются Иван Матвеевич, Андрей Александрович, Дементий Кириллович, Евдоким Александрович Ленины. О последнем говорится, что он в 1634 г. умер на службе под Смоленском против поляков. В заключение Спиридов называет нам еще двух Лениных — стряпчего Алексея Никифоровича Ленина, участника Азовского похода Петра I в 1696 г., чей портрет, написанный неизвестным художником в начале XVIII в., хранится в запасниках Русского музея, и Ивана Яковлевича Ленина, который значится четыреста седьмым в списке отставных дворян 1703 г.[562]’.

Исследователь истории науки Г.К. Цверава (которому я очень благодарен за это сообщение) обратил мое внимание на тот факт, что человек, спасший Кунсткамеру от огня 5 декабря 1747 г., носил фамилию Ленин, высказав предположение, что он относится к роду Лениных. Это меня заинтересовало, и я постарался узнать о любопытном эпизоде больше. Стоявший на посту в здании Кунсткамеры (ныне Музей антропологии и этнографии им. Петра Великого), где тогда размещалась также Императорская библиотека (ныне Библиотека Российской академии наук), караульный солдат кабардинского полка Евсевий (Евсей) Ленин увидел огонь под кровлею и немедленно «побежал вверх и закричал: пожар! Также и караульным тот час о том сказал»[563]. Но, видимо, пожар начался намного раньше, чем был замечен, так как довольно быстро загорелись башня Кунсткамеры и западное крыло здания, где располагались музейные этнографические коллекции, равных которым не было ни в одном из музеев Европы того времени.

На тушение пожара были брошены солдаты гарнизонного и лейб-гвардейского полков, воспитанники Шляхетского кадетского корпуса. По собственной инициативе явились служащие Академии наук, жившие на Васильевском острове, и просто горожане. В течение всей ночи шло спасение драгоценных материалов. Их выносили из окон и дверей первого этажа, спускали на веревках с верхних этажей, если это были бьющиеся предметы, а также выбрасывали прямо в глубокий снег перед зданием. Благодаря принятым энергичным мерам большая часть библиотеки и экспозиции, находившиеся на не охваченных пожаром этажах, были спасены. Однако музею все же был нанесен значительный урон. Так, в огне погибла галерея и находившиеся в ней этнографические коллекции народов, населяющих Сибирь (платье, фигуры божеств и т. д.), коллекция китайских вещей, обсерватория «со всеми находившимися в оной машинами, часами, моделями, небесными картами, зрительными трубами, компасами и прочими… инструментами», готторпский большой глобус, оптическая камера со всеми инструментами, а также значительное число книг, анатомических и других экспонатов[564].

Но потери могли быть гораздо больше, если бы не бдительность солдата Евсея Ленина. Прочитав о нем, я подумал сперва, что он потомок Ивана Посника (Посника Иванова). Но в конце показаний по поводу пожара я увидел фразу: «К сей сказке, вместо вышеописанного солдата Евсея Ленина, по его прошению Академии наук писчик Андрей Кочергин руку приложил»[565]. Значит, Евсей Ленин был неграмотен, и поэтому, скорее всего, не был дворянином.

Помещики Ленины упоминаются в материалах, хранившихся в 1-м отделении Московского архива Министерства юстиции[566]. Встречаем мы документы о Лениных и в петербургских архивах. Все Ленины честно служили России как на военной, так и на гражданской службе. Наглядным примером тому является сын Матрены Федоровны и Ивана Ильича Лениных Федор Иванович. С 1 января 1754 г. он служил в Первом гренадерском пехотном полку. Был активным участником Семилетней войны. В составе полка участвовал в сражении при Гросс-Егерсдорфе 19 августа 1757 г., а также в других боях Семилетней войны.

В 1766 г. Ф.И. Ленин становится подпоручиком и выходит в отставку. В 1783–1784 гг. является дворянским заседателем уездного суда. В 1790 г. служит в Вологодском уездном суде[567]. Именно Ф.И. Ленин «в доказательство на дворянство представил жалованную от Великого Государя Царя и Великого Князя Петра Алексеевича предку его Илье Никифорову сыну Ленину в 1707 году февраля в 1 — й день на поместье, состоящее в Вологодском и Кинешемском уездах в разных волостях, отказную грамоту…»[568].