Арабы. История. XVI–XXI вв. - Юджин Роган

Первые общественные протесты против британского мандата в Ираке были мирными. В мае 1920 года шиитское духовенство, шейхи племен и представители националистических организаций провели в Багдаде несколько демонстраций. Однако британцы отреагировали на эти выступления суровыми мерами и арестовали многих активистов, подозревавшихся в разжигании антибританского сопротивления. Столкнувшись с репрессиями, иракские националисты были вынуждены бежать из Багдада, чтобы продолжить сопротивление в провинциях.

Антибританское восстание 1920 года вспыхнуло в конце июня, вдохновленное шиитским духовенством из священных городов Неджеф и Кербела. Британцы совершили ошибку, арестовав сына выдающегося шиитского богослова, аятоллы аш-Ширази, который в ответ издал фетву, призывавшую к восстанию против иностранной оккупации. Опасаясь обострения конфликта, британская администрация в Багдаде арестовала нескольких шиитских активистов и предводителей племен, которые, по ее мнению, были главными зачинщиками волнений. Как и следовало ожидать, репрессии превратили то, что началось как мирное противостояние, в ожесточенное противоборство.

Иракское движение сопротивления было хорошо организовано и дисциплинированно. Его руководство разрабатывало общие принципы совместных действий, и их директивы печатались и распространялись через местные типографии. На одной из листовок, отпечатанной в Неджефе в июле 1920 года, сообщалось следующее: «Каждый глава племени обязан обеспечить, чтобы все члены его племени понимали, что целью этого восстания является требование полной независимости»^{30}. Восставшим племенам предписывалось сделать своим боевым кличем лозунг «За независимость!». Восставшие должны были обеспечить надлежащее административное управление всеми городами и деревнями, которые переходили под их контроль, хорошо заботиться о британских и индийских пленных и, самое главное, рачительно относиться к оружию, боеприпасам, военному имуществу и медикаментам, захваченным у британцев, поскольку все это было «важнейшим средством достижения победы».

Мятежи охватили все три провинции, но первоначально основным районом восстания стал регион Среднего Евфрата между Багдадом и Басрой, с Неджефом и Кербелой в центре повстанческого движения. Британцы были вынуждены вывести отсюда войска, поскольку повстанцы взяли под свой контроль бóльшую часть городов и деревень, установили местное самоуправление, сумели наладить сбор налогов и охрану порядка. Хотя британцам удалось предотвратить крупные бунты в столице, районы вокруг Багдада вскоре были охвачены пламенем мятежа. В августе 1920 года племена на северо-востоке от Багдада подняли крупное восстание и в течение месяца удерживали Бакубу и другие города на северном берегу реки Дияла. Еще одно масштабное восстание произошло на западе от Багдада в Фаллудже^{31}. Британцы поспешно вывели оттуда войска, чтобы консолидировать свои силы и обрушиться на повстанцев с удвоенной мощью.

Перед лицом общенационального восстания у британцев не было иного выбора, кроме как усилить свои войска в Ираке, чтобы восстановить власть над подмандатными территориями. Благодаря переброске подкрепления из Индии численность британских войск в Ираке возросла с 60 000 человек в июле 1920 года до более чем 100 000 в октябре. В течение сентября и октября британцы, используя превосходящие силы, тяжелую артиллерию и воздушные бомбардировки, восстановили контроль над непокорными провинциями. В начале сентября они взяли Фаллуджу и сурово покарали местные племена. Позже в том же месяце они жестоко подавили мятеж на северном берегу реки Дияла, а затем двинулись в район Среднего Евфрата. Вот как описывал подавление восстания один журналист из Неджефа: «Британские солдаты атаковали дома старейшин и сжигали их дотла, со всем, что в них было. Они убили очень много мужчин, лошадей и скота». Британцы были неумолимы в преследовании повстанцев и отказывались от каких-либо переговоров. «У офицеров была единственная цель — истребить как можно больше наших людей или предать их суду, — продолжал журналист. — Мы согласились с их просьбой о перемирии, но они нарушили его. Мы позволили им уйти с оружием с занятых нами территорий, а теперь они предательски напали на нас. Последние дни были омрачены таким ужасающим кровопролитием, разрушением городов и осквернением наших святых мест, что не хватило бы человеческих слез оплакать это»^{32}.

С капитуляцией Неджефа и Кербелы в конце октября восстание было полностью подавлено. Обеим сторонам пришлось заплатить высокую цену. По оценкам британцев, в ходе этих событий были убито и ранено более 2200 британских и индийских солдат и около 8450 иракцев^{33}. Материальный ущерб, понесенный народом Ирака, не поддавался оценке.

Антибританское восстание, которое в Ираке называют «революцией 1920 года», занимает особое место в национальной мифологии современного иракского государства, по значению сопоставимое с американской революцией 1776 года для Соединенных Штатов. Оба эти события были не столько социальными революциями, сколько народными восстаниями против иностранных оккупантов, которые в обеих странах дали толчок становлению национально-освободительных движений. В то время как на Западе мало кто слышал об иракском восстании 1920 года, многие поколения иракских школьников выросли, изучая историю героического противостояния арабского народа иностранным армиям и империализму в Фаллудже, Бакубе и Неджефе — иракских эквивалентах Лексингтона и Конкорда.

Первая мировая война и послевоенное урегулирование стали важнейшим периодом в современной арабской истории. В октябре 1918 года был положен конец четырехвековому господству Османской империи в арабском мире. Арабским народам того времени было трудно представить себе мир без османов. Реформы XIX века усилили влияние Стамбула на арабские провинции за счет укрепления административно-бюрократической системы, создания коммуникационной инфраструктуры, включавшей железные дороги и телеграф, и развития системы государственных школ, сделавших османское образование более доступным для арабских подданных. К началу ХХ века связи арабов с османским миром были теснее, чем когда-либо в прошлом.

После Младотурецкой революции 1908 года они стали еще прочнее. К тому моменту османы потеряли почти все свои европейские провинции на Балканах, и младотурки, получив в наследство турецко-арабскую империю, сделали все возможное для того, чтобы усилить контроль Стамбула над арабскими провинциями. Хотя своими репрессивными мерами они настроили против себя арабских националистов, младотуркам удалось добиться главного — сделать арабскую независимость фактически недостижимой целью.

После краха Османской империи арабские националисты вступили в период интенсивной политической активности. На какое-то время, опьяненные послевоенной эйфорией 1918–1920 годов, политические лидеры в Египте, Сирии, Ираке и Хиджазе поверили в то, что их страны стоят на пороге новой эпохи независимости. Им казалось, что Парижская мирная конференция должна привести к установлению нового мирового порядка, обещанного Вудро Вильсоном. Всех их без исключения ожидало глубокое разочарование.