До встречи в СССР! Империя Добра - Сергей Кремлев

Как надо отвечать рабочим: если спросят, почему помогаем хлебом Франции, Польше и Финляндии, а сами повышаем цены на хлеб?..»

Как видим, задавать острые вопросы властям в СССР эпохи Сталина было не только возможно, но просто принято.

Это было в порядке вещей!

И на «молчание ягнят» или «рабов» «сталинского ГУЛАГа» это не очень-то походит!

Не так ли?

Интересные детали иногда можно узнать даже из нынешних телевизионных передач! После войны в Москве начали готовиться к строительству высотных зданий, в том числе — нового главного здания Московского государственного университета. Восемь «сталинских» «высоток» стали не только украшением и гордостью, но и новым символом Москвы. Общий «рисунок» грандиозных и в то же время зрительно лёгких зданий нашёл отражение, к слову, в эмблеме Московской Олимпиады 1980 года.

Строительство одной из «высоток» — если не ошибаюсь — гостиницы «Украина», совпало по времени с прокладкой новой линии метро. Огромной тяжести сооружение могло вызвать деформацию пластов и сместить осевую линию тоннелей, и наоборот — пустоты тоннелей могли вызвать опасный крен здания.

Выход нашли в том, чтобы прокладывать тоннели в замороженной земле. Была разработана сложнейшая охладительная система с многочисленными трубами, по которым гоняли холодильный «рассол». Такое решение само по себе было смелым и самобытным, но оно же накладывало на тех, кто его выдвигал и обосновывал, особую ответственность.

Проектировщики здания сразу заложили в него положительный крен в 16 сантиметров в расчёте на то, что, когда земля начнёт оттаивать, огромное здание качнётся в обратную сторону и станет строго вертикально. Но никто не мог сказать заранее, не накренится ли оно в другую сторону больше расчётного значения? Не создадут ли московские строители прямо в центре столицы московский аналог «падающей» Пизанской башни? Но только высотный…

Риск был велик, однако он оправдался — вначале специально наклонённая проектировщиками и строителями, а затем самостоятельно выпрямившаяся «высотка» и сегодня украшает Москву.

А вот теперь задумаемся — могли ли пойти на такой риск люди, воспитанные в страхе — перед гневом начальства, перед ГУЛАГом, перед тиранией Сталина?

В СОВЕТСКОЙ Вселенной не боялись рисковать, если того требовало дело. Другое дело, что риск всегда обосновывался, а поскольку рисковали с умом, на основе грамотного и точного расчёта, то и результаты получались ожидаемыми. Это в «Россиянии» новые дома начинают падать, не простояв и пары лет — тотальная некомпетентность и техническая безграмотность всё более становятся неотъемлемой чертой «россиянской» жизни, всё чаще походящей на смерть.

Сравним два десятилетия!

Первое — с 1945 по 1955 год.

В 1945 году полстраны лежало в развалинах, на следующий год её поразил голод — не такой, как в 1933 году, потому что Россию уже страховали колхозы и совхозы, но жестокий голод. У кого-то опускались руки — даже у таких испытанных лидеров, как Молотов и Микоян.

А к 1955 году Россия не только отстроила всё разрушенное, но и стала ядерно-космической державой, где культом были не деньги, а знания. За десять лет — фантастический результат, в который вряд ли верили даже в Стране Добра многие из тех, кто его и добился…

Второе десятилетие — с 1991 по 2001 год.

За эти десять лет тоже было совершено нечто фантастическое, но я не буду перечислять все «достижения» этого чёрного десятилетия, сломившего экономику и культуру Страны Добра. Результаты этого десятилетия — у всех на виду…

Почему так разнятся два десятилетия в истории одного и того же народа? Ответ очевиден: причина — в отказе России от Советской власти, от социализма.

Вернёмся к 30-м годам ХХ века…

Сталин делает доклад на объединённом Пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б), проходившем с 7 по 12 января 1933 года.

Его доклад был опубликован в № 10 и № 17 «Правды» за 10 и 17 января 1933 года для всеобщего с ним ознакомления. То есть это был не просто внутренний партийный документ, а отчёт ЦК и Сталина перед страной, перед народом СССР, да и перед всеми народами мира — тоже.

Собственно, в эпоху Сталина и укрепилась заложенная Лениным традиция открытых, обширных обращений Высшей Власти к народу в виде печатных отчётов перед народом. Относились к ним и отчётные доклады ЦК партийным съездам и конференциям. Эти доклады публиковались в центральных газетах, начиная, естественно, с «Правды». Со временем даже чтение их докладчиком превратилось в утомительную многочасовую работу, особенно когда речь шла о задачах народного хозяйства — так обширно было это действительно народное хозяйство и так масштабны были его задачи и планы. И, вспоминая сегодня те годы, когда страна читала огромные газетные «простыни», где предметно и достоверно сообщалось о том, как руководство страны видит её ближайшее будущее, невольно сопоставляешь и думаешь: «Мсье Путин, мсье Медведев и прочие якобы руководящие мсье! А что можете сказать предметного стране вы?»

Не потому ли они и боятся предметного — с точными цифрами — отчёта перед страной, как чёрт ладана?

Сталин же говорил России, например, вот что:

…

«Каковы итоги пятилетки в четыре года?.. Добились ли мы победы в этой области? Да, добились…

Правда, мы недовыполнили общую программу пятилетки на 6 %. Но… из страны слабой и не подготовленной к обороне Советский Союз превратился в страну могучую в смысле обороноспособности, в страну, <…> способную производить в массовом масштабе все современные орудия обороны и снабдить ими свою армию в случае нападения извне…

Осуществляя пятилетку, <…> партия проводила политику наиболее ускоренных темпов развития промышленности. Партия как бы подхлёстывала страну, ускоряя её бег вперёд.

Правильно ли поступала партия?..

Да, безусловно правильно.

Нельзя не подгонять страну, <…> которой угрожает из-за её отсталости смертельная опасность…»

И вот что:

…

«В период первой пятилетки мы сумели организовать энтузиазм, пафос нового строительства и добились решающих успехов. Это очень хорошо. Но теперь этого недостаточно. Теперь это дело мы должны дополнить энтузиазмом, пафосом освоения новых заводов и новой техники, серьёзным поднятием производительности труда, серьёзным сокращением себестоимости.

В этом теперь главное …»

Это была речь лидера, вождя, но это же был и разговор товарища, друга и соратника по общему делу преобразования Родины к лучшему — во всём и для всех! Это был разговор не Хозяина страны, а одного из её хозяев о проблемах и задачах общего народного хозяйства.