Оболганная победа Сталина. Штурм Линии Маннергейма - Баир Иринчеев

С советской стороны также постоянно слышался шум работы — советские саперы оборудовали исходные позиции для наступления в непосредственной близости от финских позиций, иногда под прикрытием дымовой завесы. Финны, как могли, препятствовали этой работе огнем артиллерии и минометов. Советская артиллерия все так же обрабатывала финские позиции, в результате чего было уничтожено два ДЗОТ: «артиллерия противника продолжила методическое уничтожение обнаруженных ими огневых точек». Все это указывало на приближающееся советское наступление.

В ночь с 10 на 11 февраля советские минометчики произвели мощный огневой налет на финские заграждения на болоте, и в 09.30 24-я дивизия начала разведку боем силами до роты. При разведке боем советская артиллерия вела интенсивный обстрел опорных пунктов левее и правее направления удара. После этого на опорные пункты КЗ и И обрушилась вся мощь советской артиллерии. В опорном пункте КЗ финский командир, фенрик резерва Савинен, предусмотрительно отвел свой взвод по ходам сообщения в тыл и сумел избежать серьезных потерь. В соседнем опорном пункте И ходов сообщения в тыл не было, и уже при артобстреле финны понесли серьезные потери убитыми и ранеными.

В 12.40 началась атака — прикрываясь щитками, красноармейцы 2-го и 3- го батальонов 274-го полка при поддержке танков Т-26 155-го отдельного танкового батальона медленно продвигались вперед, и вскоре заняли часть траншей на стыке опорных пунктов КЗ и Л «в основном благодаря действиям четырех танков», как признают сами финны. Для поддержки наступающих частей на прямую наводку была установлена 122-мм пушка.

Командование 3-го батальона бригады моментально потребовало помощи, и 2-й батальон бригады прислал подкрепления. К 13.10 советское наступление развернулось по всей ширине болота, но было очевидно, что оно преследует цель связать резервы финнов и не позволить перебрасывать резервы на направление главного удара, который наносился в направлении опорных пунктов взводов КЗ и 11. К 16.30 в опорный пункт КЗ прибыли подкрепления, и таким образом финны сумели восстановить баланс сил в опорном пункте. Красноармейцы, дойдя до финских опорных пунктов, сразу начали окапываться на расстоянии броска гранаты от финских траншей. В течение дня командование 24-й стрелковой дивизии сумело перебросить на помощь красноармейцам 274-го полка еще одну стрелковую роту. Финские минометчики, расстрелявшие за день почти все мины, сумели сделать лишь несколько залпов. 5-я, 7-я и 8-я роты 274-го полка окопались в опорных пунктах КЗ и И.

Потери 3-го батальона за день составили 18 человек убитыми и 36 ранеными. Поскольку четыре советских танка стояли прямо перед финскими позициями, а на расстоянии броска гранаты перед опорными пунктами финнов окопалось до двух рот, командование 3-го батальона запросило разрешение оставить у себя подкрепление, прибывшее из 2-го батальона. 274- й стрелковый полк за 11 февраля понес потери в 191 раненого и 6 убитых.

Ночью перестрелка продолжилась. Финны сумели подвезти на передовую боеприпасы и питание для солдат. Минометчикам подвезли всего- навсего 60 мин.

Утром 12 февраля советское наступление продолжилось с новой силой. После артналета атаку начала советская пехота. «Продвижение вперед медленное, очень грамотное, под прикрытием бронещитов от воронки к воронке. Против нас действуют хорошо обученные части», — констатировали финны. В опорном пункте КЗ финны предусмотрительно раздали солдатам бронебойные патроны для борьбы с бронещитами и бронесанями. В 12.30 в опорный пункт ворвались еще 10 советских танков, а под их прикрытием через болото прошли дополнительные силы пехоты. Появилась реальная угроза танкового прорыва в тыл к развитой дорожной сети. В связи с этим была объявлена тревога по всем подразделениям бригады, и команды охотников за танками заняли отсечные позиции в тылу. К 13.30 танки и пехота заняли южную часть опорного пункта КЗ. Финны не сумели уничтожить советские танки, хотя и повредили часть их противотанковыми гранатами.

В то же самое время на стыке опорных пунктов КЗ и L1 советские танки вышли из болота на сушу и огнем пушек и пулеметов выгнали финнов из почти полностью разрушенных траншей опорного пункта L1. Возникла угроза обхода опорных пунктов КЗ и L2, в связи с чем финны срочно заняли отсечные позиции на границе опорных пунктов L1 и L2. В 14.05 Командование бригады сообщило в 3-й батальон, что для проведения контратаки из 2-го батальона оно выделяет 5 пехотных взводов и один пулеметный взвод. Этой усиленной роте командование бригады также придало одну 37-мм противотанковую пушку, но из-за особенностей местности ее было невозможно доставить на передовую, и она так и осталась у КП 3-го батальона. После проведения контратаки усиленная рота должна была вернуться во второй батальон.

Пока финны готовили контратаку в направлении опорного пункта L1, защитники опорного пункта L2 с изумлением увидели, что на болоте в колонну по два выстроилась рота красноармейцев и двинулась в атаку. Финские артиллеристы и минометчики ничего не могли сделать, так как снаряды и мины уже почти кончились. Финны попытались остановить это новое наступление огнем двух пулеметов, срочно переброшенных на запасные огневые позиции из КЗ и К1, но в этот же момент оборона стала рушиться в самом опорном пункте КЗ — советская пехота заняла восточные траншеи опорного пункта и начала зачистку окопов, постепенно приближаясь к блиндажам. Всю вторую половину дня 12 февраля в траншеях не стихал рукопашный бой, в ход шли гранаты, автоматы, пистолеты, штыки.

В 17.00 началась финская контратака на стыке L1 и КЗ, что немного облегчило ситуацию, но продвижение вперед по открытой местности почти сразу остановилось под убийственным пулеметным огнем. Через полчаса после начала контратаки лейтенант Суихконен доложил, что без ручных гранат продвижение невозможно. Гранат на пункте боепитания не оказалось, и штаб третьего батальона в срочном порядке отправил на передовую 33 ручные гранаты личного состава штаба. Одновременно с контратакой Суихконена фенрик резерва Савинен со своим поредевшим взводом начал зачистку траншей в КЗ и продвинулся до южной части опорного пункта, но там попал под огонь танков и был вынужден остановиться. В сумерках бой стал стихать. Финнам на передовой наконец подвезли ручные гранаты, в том числе и противотанковые. Финские офицеры по-прежнему считали ситуацию критической, так как часть опорных пунктов все еще оставалась в руках РККА, потери были высокими, а оставшиеся в живых солдаты были измотаны непрерывным боем в течение целого дня. Командир 3-го батальона капитан Вирккунен сообщил, что сумеет ночью отбить потерянные опорные пункты, но усиленную роту из второго батальона с передовой вернуть в резерв не сможет, то есть бригада оставалась вообще без резервов. Противотанковую пушку комбат обещался вернуть, так как воспользоваться ей на передовой он не мог.

Финская усиленная рота, которая только что провела контратаку, понесла столь высокие потери, что влилась в поредевшие взводы 3-го батальона. В полночь командир бригады подчинил 2-й батальон 3-му батальону, оставив в резерве одну роту и 8 пулеметных расчетов. В ночной контратаке финнам не удалось отбить южную часть траншей КЗ. Ситуация в L1 также была непонятной. Данных о потерях не было, так как бой не затихал ни на минуту, а в окопах погибшие в рукопашной финны и красноармейцы лежали вперемешку в пять слоев.