Субмарины-самоубийцы. Секретное оружие Императорского флота Японии. 1944-1947 - Ютака Ёкота

Так прошли четыре или пять дней после нашего возвращения на базу Хикари. 17 мая, когда я лежал на своей кровати, тупо уставившись в потолок, в нашу комнату буквально ворвался младший лейтенант Цубонэ.

– Ёкота, ты здесь? – спросил он.

В другое время я бы вскочил с кровати, вытянулся по стойке «смирно» и отрапортовал: «Так точно, господин лейтенант!» Но на этот раз «Так точно, господин лейтенант!» прозвучало из моих уст столь неохотно, словно это произнес школьник, которого спросили, не сделал ли он небольшую ошибку в диктанте.

– Ты немедленно должен отправиться на Оцудзиму! – сказал мне Цубонэ. – Собирай вещи!

– Я, господин лейтенант? – ошеломленно переспросил я.

В глубине души у меня уже созрела и окрепла уверенность в том, что мне уже никогда не доверят выполнение какого-нибудь нового задания. Командиры, боялся я, вполне могут рассудить, что человек, дважды ни с чем вернувшийся с задания, не обладает достаточной решимостью для новой попытки. Разумеется, четверо моих товарищей – Какидзаки, Маэда, Ямагути и Фурукава – были доказательством того, что подобные рассуждения несправедливы, но разве Генеральный штаб военно-морских сил не считал, что человек не может постоянно сохранять в себе решимость умереть?

– Ну конечно, ты! – воскликнул Цубонэ. – Старшина Ириэ вчера погиб в ходе подготовки. Он должен был выйти с лодкой «1–36» на новое задание. Тебе приказано заменить его. Собирайся!

– Но… но что случилось с Ириэ? – спросил я.

Из всего состава нашего дивизиона на базе Цутиуры только Райта Ириэ и я были отобраны для подготовки в качестве водителей «кайтэнов». Почти все время моей службы на флоте мы так или иначе оказывались в одном подразделении.

– Он врезался в корабль-мишень вместе с Сёити Сакамото, который был с ним на борту. Но собирайся же!

Синкаи будет огорчен, когда узнает об этой двойной смерти, подумал я. Мы четверо хорошо знали друг друга. Синкаи! Растерявшись, я совсем забыл о нем. Что скажет он о моем отъезде на Оцудзиму? Какие чувства испытает? Лейтенант Цубонэ упомянул только меня одного. Только один человек был выбран. Моему хорошему другу Синкаи придется остаться в Хикари. Это станет тяжелым ударом для него.

– Когда соберешься, явишься к лейтенанту Митани, – сказал напоследок Цубонэ и вышел из комнаты.

Я принялся натягивать форму и собирать свои немногие вещи. Синкаи вошел в комнату, когда я уже заканчивал сборы. Увидев, что мои вещи упакованы, он в изумлении воскликнул:

– Ты уезжаешь, Ёкота? И куда?

Должно быть, в моем взоре он прочитал сочувствие к себе, почему и обрушился на меня с упреками.

– Ты покидаешь меня! – произнес он. – Ты даже не хотел попрощаться со мной!

Он был прав. В глубине души я знал, что не смогу перенести расставание с моим другом. Единственно, на что я надеялся, – что я покину Хикари раньше, чем он узнает о моем отъезде. Я сожалел о смерти Ириэ, но правдой было и то, что она изменила весь мой мир. Мне предстояла новая миссия. А Синкаи, мой друг как в жизни, так и перед лицом смерти, стоял сейчас передо мной, обвиняя меня и упрекая.

– Но что я могу сделать, Синкаи? – спросил я его. Мне просто несколько минут тому назад отдали приказ уехать.

Я не знал, что еще сказать, и попытался успокоить его.

– Командование знает, что ты великолепный водитель «кайтэна», – сказал я. – Но сейчас им из-за несчастного случая нужен только один человек. Вчера в ходе тренировки погиб Райта Ириэ вместе с Сёити Сакамото. Я должен занять его место. Когда я приеду на Оцудзиму, я спрошу командира группы, не нужен ли ему еще один человек. Я скажу ему, что ты ждешь здесь и очень волнуешься.

– Да ладно! – воскликнул он. – Ступай! Уезжай! Мне все равно, даже если я никогда больше не выйду в море!

– Я вернусь через несколько минут, Кикуо, – сказал я. – Подожди меня.

К комнате лейтенанта Митани я подбежал, немного злясь на Синкаи из-за этой задержки. Наша дружба была забыта в тот момент, когда лейтенант Цубонэ отдавал мне приказ убыть из Хикари. Я сочувствовал своему другу, но не настолько, чтобы это уменьшило мою радость от сознания того, что я выбран для выполнения нового задания. Лейтенант Митани на мой стук открыл дверь и встретил меня с улыбкой:

– Ну что, Ёкота, думаю, ты уже знаешь новость. По-моему, ты еще не совсем отдохнул, но сейчас уже ничего нельзя поделать. Ты должен сесть на катер, идущий на Оцудзиму через тридцать минут. Ты успеешь собраться к этому времени?

– Я уже собрался, господин лейтенант, – ответил я. – Но как же Синкаи? Что будет с ним? Неужели так необходимо разделять нас?

Лицо Митани потемнело.

– Не волнуйся, – сказал командир нашей технической службы, – мы помним про Синкаи. Но сейчас нужен только один человек. Один из вас должен пока остаться здесь. Ничего не поделаешь.

– Все так, – сказал я, – но когда я уходил к вам, Синкаи плакал в голос. Он просто в отчаянии.

Митани потрепал меня по плечу. Он сказал, что нельзя больше терять времени на разговоры и что я должен спешить. Так что я ничего не мог больше сделать для Синкаи, кроме как посочувствовать ему, когда он стоял на пирсе и махал мне рукой, а катер со мной на борту уходил к Оцудзиме.

По прибытии на Оцудзиму я не терял ни минуты. Мне дали только час на сборы в Хикари, рассуждал я, так что во мне возникла срочная нужда. Я поспешил в домик, где жили офицеры, и нашел там капитана 2-го ранга Мидзогути. С того времени, как я в последний раз видел его, на его погонах появилась новая звездочка, и он сменил капитана 2-го ранга Итакуру на посту заместителя командира базы Оцудзима.

– Рад снова тебя видеть, Ёкота, – произнес он. – Слышал, что ты преуспел в ходе подготовки. Это поднимает престиж нашей базы, и я благодарен тебе. Рад, что ты снова попал к нам.

Я ответил ему несколько резче, чем мог позволить себе унтер-офицер, разговаривая с капитаном 2-го ранга. Решив не тратить время на приветствия, я сразу же перешел к делу и спросил:

– Когда «1–36» уходит на задание?

– О, далеко не сразу, – сказал он. – Сейчас она на небольшом ремонте в Куре. Потом зайдет в Хикари, где возьмет на борт «кайтэны». А вам пока предстоит несколько совместных тренировочных выходов. Думаю, вы выйдете на задание не раньше конца месяца.

В конце месяца? Я собирался взойти на борт подводной лодки сразу же, как только доберусь до Хикари. Как может Мидзогути быть таким легкомысленным? Неделю назад Германия капитулировала перед объединенными силами союзников. Теперь Америка и Великобритания смогут обрушить на Японию всю мощь своих военно-воздушных и военно-морских сил! Мы уже потеряли почти все острова в Тихом океане. Наши отдельные группировки на Марианских и Филиппинских островах, а также на Новой Гвинее были уничтожены до последнего человека. Как можно позволять какое бы то ни было промедление?