Великие морские сражения XVI-XIX веков - Джулиан С. Корбетт

Остается форма поддержки, которая еще не была рассмотрена. Это отвлекающие маневры флота, призванные отвлечь внимание противника от места высадки. Это, конечно, функция боевой эскадры прикрытия или сопутствующих ей крейсеров и флотилии. Этот механизм появился в атаке Дрейка на Санто-Доминго в 1585 году, атаке, которая может считаться первым прецедентом современности и образцом, которому соответствовали все последующие операции этого типа, насколько позволяли обстоятельства.

В этом случае, пока Дрейк высаживал войска на расстоянии ночного марша от цели, основная масса флота вышла перед ней, всю ночь держала ее в тревоге, а на рассвете продемонстрировала попытку высадки под прикрытием корабельных орудий. В результате гарнизон приготовился встретить угрозу с моря и был застигнут врасплох внезапной атакой настоящего десанта. Примерно то же самое сделал Саундерс в Квебеке. Для подготовки ночной высадки Вульфа он устроил целое шоу, продемонстрировав готовность к обстрелу позиций Монткальма за городом, а утром начал «показательную» высадку моряков. Тем самым он удержал Монткальма вдали от места действительной высадки Вульфа до тех пор, пока десантники не закрепились на суше. Нечто подобное было сделано и с другой стороны от города, и в результате Вульф сумел проникнуть в самое сердце французских позиций, не встретив сопротивления.

Конечно, такая работа скорее входит в сферу тактики, чем стратегии, но механизм с успехом использовался и в стратегии. Секретность, в которой готовится амфибийная операция, настолько велика, а мобильность таких сил столь высока, что очень трудно отличить настоящую атаку от ложной. Даже в самый последний момент, когда высадка уже идет, защитники не могут с определенностью сказать, что все войска высадились в одной точке. В Квебеке, только столкнувшись лицом к лицу с Вульфом, Монткальм понял, что теперь ему придется иметь дело с основными силами британцев. Со стратегической точки зрения мы еще меньше можем быть уверены в том, является ли данная высадка передовым отрядом или отвлекающим маневром, призванным замаскировать высадку главных сил в другом месте. Это еще сложнее в крупных операциях, когда армия прибывает двумя большими группами, как, например, 2-я японская армия. Тогда отвлекающий маневр явился частью стратегии и оказался успешным. Русские всегда понимали, что японцы ударят на Ньючуань, расположенную в заливе Печили, и поэтому генералу Штакельбергу, командовавшему войсками на полуострове, не было позволено сконцентрировать свои силы для эффективных действий в его южной части, которую японцы определили своим местом для высадки. Адмирал Того, несмотря на высочайшую нагрузку, которую испытывал в этой операции его флот, отделил крейсерскую эскадру для отвлекающего маневра в заливе. Какой эффект это оказало на русских, точно сказать невозможно. Мы только знаем, что Штакельбергу не давали сконцентрировать свои силы так долго, что он не смог нанести удар японской армии раньше, чем она подготовилась к сражению и сумела нанести сокрушительный контрудар.

Эта возможность нервировать противника отвлекающими маневрами неотъемлемо присуща особым характеристикам объединенных экспедиций. Они могут скрыть или изменить операционное направление. Нет никаких оснований предполагать, что в будущем их станет меньше. Хорошая железнодорожная связь на театре десанта, конечно, уменьшит эффект военных хитростей, но, с другой стороны, средств для их проведения стало больше. У минных тральщиков, например, существует новый инструмент, который во время Русско-японской войны доказал свою способность производить очень сильное впечатление, причем мизерной для флота ценой. Если флотилия таких судов появится в любой удобной точке побережья, где ожидается высадка, и начнет демонстративно тралить определенный участок, проигнорировать такое шоу будет попросту невозможно.

В целом можно утверждать, что возможности проведения подобных операций в современных условиях не стали меньше, чем раньше. Скорость и точность движущей силы пара скорее даже увеличили эти возможности. И действительно, было бы трудно найти в прошлом параллель блестящему движению на Сеул, которым японцы в 1904 году начали войну. Это правда, что русские в последний момент, руководствуясь политическими соображениями, решили не противодействовать оккупации, но ведь японцы этого не знали, и все их приготовления велись в расчете на сильное сопротивление грозного противника. Риск был признан, взвешен и обеспечен адекватными средствами в соответствии с принципами, идентичными британским традициям. Но с другой стороны, не было показано, что, когда противник обладает господством на море, риск такого предприятия снижается. Против врага, контролирующего направление перехода боевыми силами, опробованные методы прикрытия и защиты заморской экспедиции сегодня будут работать не больше, чем раньше. Пока его власть не будет сломлена действиями военно-морского флота, объединенная работа будет чрезвычайно рискованной.