Петр Ивашутин. Жизнь отдана разведке - Олег Хлобустов

Очередной виток незримой холодной войны между США и СССР, на этот раз перешедший в фазу вооруженной борьбы, был начат в канун олимпийского 1980 г. после ввода Ограниченного контингента Советских войск (ОКСВА) в Демократическую республику Афганистан.

Безусловно, с позиций сегодняшнего дня можно констатировать, что решение о поддержке антиамериканских сил в Афганистане было политической ошибкой советского руководства в лице Политбюро ЦК КПСС. Точнее, «четверки», принявшей роковое окончательное решение «по вопросу об «А»: Л. И. Брежнева, Ю. В. Андропова, Д. Ф. Устинова, А. А. Громыко при секретаре К. У. Черненко (позднее она получит полуофициальное наименование «группа Политбюро по Афганистану»).

Но был ли ввод советских войск в Афганистан причиной или лишь поводом для очередного обострения советско-американских отношений?

Ведь политика президента США Джимми Картера была обоснована стратегией его советника по национальной безопасности Збигнева Бжезинского. А тот считал, что с 1972 г. соотношение сил в холодной войне стало меняться в пользу США, из чего делался вывод о том, что следует проводить более жесткую наступательную политику в отношении СССР. Используя в качестве предлога «третью корзину» — третий раздел по гуманитарным вопросам Заключительного акта Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе, подписанного главами 35 государств в Хельсинки 1 августа 1975 г., и игнорируя при этом два других столь же важных его раздела — об экономическом сотрудничестве и обеспечении военно-стратегической стабильности.

Окончательный удар по двум первым «корзинам» будет нанесен ставшим 20 января 1981 г. президентом США Рональдом Рейганом. Подчеркнем также, что позднее, в 1988 г., по инициативе того же Рейгана и при молчаливом согласии М. С. Горбачева Западом будет полностью предан забвению принцип нерушимости послевоенных границ в Европе. Следствием этого стал развал Югославии в 1992 г., а затем и «силовое принуждение» в марте 1999 г. бомбардировками авиацией НАТО Белграда, столицы Республики Сербия, к отторжению от нее Автономного края Косово.

После этого особенно цинична «озабоченность» НАТО «сохранением территориальной целостности» Грузии, звучавшая в августе 2008 г. после отражения нападения грузинских регулярных войск на непризнанную Республику Южная Осетия, а также Украины после вооруженного государственного переворота в Киеве в феврале 2014 г.

При этом США и другими западными странами грубо попирался международно-правовой принцип невмешательства во внутренние дела других государств.

Читатель уже без труда заметил, что очень многие операции разведки и контрразведки являются весьма продолжительными по времени, осуществляются порой не одно десятилетие и завершаются в совершенно иных социально-политических условиях, нежели они начинались. Именно таким по сути своей стало «афганское» противостояние, начавшееся в 1980 г. и завершившееся лишь почти через десять лет.

Хотя сам термин «афганское» является далеко не точным, ибо составлявшие его операции выходили далеко за пределы этого географического региона и разворачивались также на Европейском и даже Африканском континентах. И наложили свой неизгладимый отпечаток на всю историю конца ХХ века. Об этом необходимо помнить при чтении последующих глав этой книги.

27 апреля 1978 г. в Кабуле группа офицеров — членов Народно-демократической партии Афганистана (НДПА) — совершила военный переворот, вскоре получивший название Саурской (Апрельской) революции. Несмотря на высказывавшиеся различные мнения по этому вопросу, переворот этот не был инспирирован Советским Союзом, а на столь внезапный шаг заговорщиков толкнули слухи о предстоящем неминуемом их аресте.

30 апреля 1978 г. Афганистан был провозглашен Демократической Республикой (ДРА), председателем Революционного совета (высшего органа власти) и премьер-министром которой был избран генеральный секретарь НДПА Нур Мухаммад Тараки, профессор университета[130].

НДПА имела в своем составе 2 фракции — «Хальк» («Народ») и «Парчам» («Знамя»), — борьба между которыми за руководящие посты и влияние являлась исключительно важным фактором внутриполитической обстановки в стране. Позднее от идейно-тактических разногласий дело дошло не только до уголовного преследования и арестов представителей противоборствующих фракций, но и до их физической ликвидации.

Нур Мухаммад Тараки представлял фракцию «Хальк», его заместителем в Революционном совете был избран «парчамист» Бабрак Кармаль[131]. А заместителем премьер-министра и министром иностранных дел являлся «халькист» Хафизулла Амин[132].