Чудо под Москвой - Алексей Исаев

Однако быстрый успех с захватом Солнечногорска и захват карты заграждений заставляет сменить планы. Вечером, в 22.00 23 ноября появляется приказ 4-й танковой группы № 14. Предыдущий по номеру приказ № 13 появился в середине дня 22 ноября. В приказе № 14 захват Солнечногорска позиционируется как «первый решительный успех операции». Также утверждалось, что «важно использовать успех во что бы то ни стало!». Соответственно V АК предписывалось использовать успех с захватом Солнечногорска «для безжалостного продвижения своих быстрых сил в сторону Москвы»^[238].

Общий замысел нового плана наступления отразился в документах 3-й ТГр, где был прорисован лучше, чем в спешно написанном приказе № 14. В очередном приказе 3-й ТГр от 24 ноября в описании обстановки у соседа указывалось: «4-я армия: вместе с подчиненной 4-й танковой группой наступает северным флангом восточнее Истринского бассейна в южном и юго-восточном направлении, с целью разрушить фронт противника перед центром наступления группы…»^[239]Первые приказы на наступление 2-й тд по Ленинградскому шоссе отдаются еще вечером устно. Для компенсации расширения фронта задач VAK была обещана 23-я пехотная дивизия.

Захват Солнечногорска был даже использован немецкой пропагандой. На следующий день после его захвата, 24 ноября, газеты Германии сообщили, что «после упорной борьбы танковыми войсками был захвачен город Солнечногорск, находящийся в 50 км северо-западнее Москвы»^[240]. Достижение без всякого преувеличения существенное. Сплошной фронт на Клинско-солнечногорском направлении в тот момент попросту отсутствовал.

Захват Солнечногорска поставил под угрозу даже управление 16-й армией. К.К. Рокоссовский позднее вспоминал поездку своего штаба из Клина:

«Поскольку Солнечногорск был уже занят противником, пришлось двинуться в объезд через Рогачево. Нас было несколько человек на двух легковых автомобилях. Сила небольшая… Ехали ночью, со всеми мерами предосторожности. Все мы имели при себе автоматы и гранаты. Я кроме пистолета был вооружен отличным автоматом, подаренным тульскими рабочими, и двумя гранатами. Ехали, не выпуская из рук оружия»^[241].

Подбитый 7-й тд в районе Клина танк КВ. Хорошо видны отметины снарядов

Конечно, такое путешествие могло быть и в успешной операции по только что занятой территории, но здесь явно не тот случай. Захват Солнечногорска вызвал большую тревогу в штабе Западного фронта. Действительно, немцы теперь могли по Ленинградскому шоссе идти на Москву, и, как мы сейчас знаем, реально собирались это делать.

Г.К. Жуков позднее описывал принятые им срочные меры по противодействию продвижения немцев по Ленинградскому шоссе на столицу:

«Хорошо помню эпизод в период сражения за Москву, когда немцами был захвачен Солнечногорск, когда дорога Солнечногорск – Москва осталась почти без прикрытия… Я тогда позвонил командующему ПВО страны генералу Громадину и сказал ему: «Солнечногорск сейчас захвачен танками противника, для прикрытия Москвы из района Серпухова со стороны Солнечногорска мною перебрасывается на машинах 7-я стрелковая дивизия, прибудет она туда не раньше как через 8—10 часов. Что Вы можете дать сейчас из числа зенитной артиллерии ПВО Москвы для противотанковой обороны путей на Москву со стороны Солнечногорска?» Генерал Громадин, век его за это не забуду, тут же ответил: «В районе Сходни у меня стоит 85-миллиметровый артиллерийский зенитный дивизион. Я сейчас же выброшу его в район Солнечногорска и прикажу – умереть, но не пропустить танки врага до подхода 7-й дивизии». Через 30 минут я уже знал, что дивизион снялся и выступил навстречу противнику, с танками которого дивизион встретился где-то между деревнями Пешки и Дубинино. В коротком бою было подбито несколько танков противника, остальные отошли на Солнечногорск. Вскоре туда подошли на машинах передовые части 7-й дивизии. К сожалению, я не узнал, кто командовал этим геройским дивизионом»^[242].

Одновременно Г.К. Жуков приказал немедленно нанести контрудар во фланг солнечногорской группировке противника силами кавалерийской группы Доватора. В контрударе на Солнечногорск также приняли участие два прибывших танковых батальона. Один из них (139-й отб) был банально изъят из состава 146-й тбр.

Как уже говорилось выше, в 139-м тб были прибывшие из Англии танки «Валентайн». Именно они вошли в число подбитых частями 2-й тд немцев танков 23 ноября. В ЖБД 2-й тд в одной из первых записей за 24 ноября указывается, что из подбитых накануне дивизией танков 5 машин относятся к английским Mark.III и Mark.IIIa, выпущенным в сентябре 1941 г., т. е. совсем свежего выпуска.

Английские машины оказались достаточно крепким орешком. Позднее по ГА «Центр» распространялась информация о них следующего содержания: «Перед V АК появились английские танки типа II и III. Противотанковая пушка калибра 3,7 см пробивает с расстояния 150 м башенный погон, ведущее колесо, ходовые колеса и гусеничную цепь. С такого же расстояния пробивается и бортовая броня. Предпочтительны фланговые огневые позиции»^[243]. Также утверждалось, что Pz.HI и Pz.IV с пушками 50 мм и 75 мм уверенно поражают английские машины со всех ракурсов.

Техника иностранного производства, появление которой было отмечено даже в дневнике Ф. Гальдера, оказала не столько практическое, сколько психологическое воздействие. Находившиеся на пределе физического и морального напряжения немецкие части, давно не получавшие пополнений, встретили новую часть Красной армии на английской технике. Сколько еще таких частей придется встретить, им было неизвестно.

Для контрудара на Солнечногорск создается группа Шурова в составе мотострелкового батальона 1-й гв. мед, двух батальонов 1077-го полка 8-й гв. сд. Танковым кулаком группы становится 126-й танковый батальон (отб) в составе 1 КВ, 3 Т-34 и 10 Т-60¹. 25 ноября группа Шурова атакует вдоль Ленинградского шоссе, но успеха не имеет. Танковый батальон врывается в Пешки, но оказывается обойден и отрезан. Из 14 танков 126-го отб к 27 ноября вышли к своим две экипажа танков Т-34. Судьба остальных 12 танков осталась неизвестной.

Мы оставили группу Захарова в момент отхода ее частей от Клина и Ленинградского шоссе. Поворот части сил 4-й ТГр в направлении Москвы не означал, что ее оставят в покое. Собственно приказ 4-й ТГр № 14 от 23 ноября подчеркивал, что задачей группы является уничтожение противника в районе к северу от Москвы.