Комдив. От Синявинских высот до Эльбы - Борис Владимиров

Гром пушек и трескотня пулеметов — прекрасная музыка для солдатского уха, хотя не всегда она трогает душу. Бывалый солдат умело разбирается в симфонии пушек, несет ли она победу или трубит по-пустому. На этот раз по оживленным, довольным лицам бойцов было ясно — они довольны оркестром «бога войны».

Стоя на берегу реки, мы напряженно следили за разрывами наших снарядов и полетом трассирующих пуль. Я не заметил, как ко мне подбежал телефонист и прокричал в самое ухо:

— Товарищ генерал, вас вызывает срочно к телефону командир корпуса!

Я спустился к землянке и взял трубку.

— Выясните поскорее и доложите, что за пулеметная стрельба на правом берегу Вислы, в районе Самбодзе. Не немцы ли перешли Вислу? — услышал я в трубке встревоженный голос комкора.

Пронзительная стрекотня наших пулеметов прорвалась сквозь гул артиллерийской канонады, достигла плацдарма и вызвала беспокойство командира корпуса.

— Здесь все в порядке. Стрельбу ведут наши пулеметчики по левому берегу Вислы, — ответил я генералу.

— Вы все-таки проверьте, не немецкая ли разведка там.

Разговор был прерван: командира корпуса вызывали к другому аппарату.

Беспокойство М. А. Сиязова было небезосновательным. В штабе корпуса никто не верил в возможность форсирования Вислы, полагая, что оговорка в приказе «если лед позволит» предостережет командование дивизии от рискованного шага. Не случайно поэтому за все время подготовки дивизии к бою никто ни разу в штабе корпуса не поинтересовался, чем занимается дивизия, и не требовал от нас никаких докладов до самой последней минуты. Внимание командования и штаба корпуса было всецело поглощено подготовкой к прорыву 23-й дивизии, а о нашей просто забыли, хотя, откровенно говоря, мы и не старались напоминать о себе.

Вот поэтому пулеметная стрельба на фланге и в тылу корпуса так озадачила М. А. Сиязова, тем более что в период артиллерийской подготовки, и особенно в начале ее, в практике наших войск огонь такой массы пулеметов не применялся. Шум пулеметных очередей был слышен через грохот тысячи стволов артиллерийской стрельбы, потому что пулеметчики просверлили (в полковых мастерских) дыры в пулях: в полете оболочка пули разрушалась, принимала неправильную форму и, вращаясь вокруг своей оси, невыносимо-пронзительно визжала.

Истекали последние минуты артиллерийского налета. Батальон майора Маматова с батареей противотанковых пушек быстро спустился к реке и бегом устремился в атаку. Мы с волнением наблюдали за ними. Ни один боец не провалился под лед. Противник продолжал упорно молчать, забившись в щели от огня наших батарей и пулеметов. Рота лейтенанта А. И. Сидорова уже на том берегу. Через двадцать минут майор Маматов докладывает:

— Овладел южной частью острова Кемпа Конарска и опорным пунктом противника Пулько. Продолжаю успешно продвигаться вперед.

На реке распоряжается начальник инженерной службы дивизии подполковник Н. М. Ваганов, прекрасный, грамотный инженер.

Саперный батальон майора Я. В. Матвеева укладывает на лед деревянные настилы для пропуска артиллерийских систем и автомашин. Опасные места и проруби, образовавшиеся от разрывов мин и снарядов, обозначаются флажками. В полной готовности оказать необходимую помощь находится аварийная команда. Вот по настилу пошла первая пушка сержанта В. Л. Журавлева, за ней другая, третья, четвертая…

За первым батальоном двинулся в бой батальон капитана Д. Е. Савотина с задачей, расширяя прорыв справа, наступать на Погружице. В голове батальона — рота лейтенанта П. Д. Богданова. Она не идет, она несется в атаку. Выскочив на берег, рота с ходу овладевает отдельным двором западнее озер и, не задерживаясь, продвигается в направлении Подгужице. За батальоном, не отставая ни на шаг, двигается и поддерживает метким огнем прямой наводки взвод младшего лейтенанта А. К. Демина.

Не успел 2-й батальон выйти на левый берег, как на реке появился батальон капитана В. К. Свиридова с задачей — наступать на восточную окраину Конары. В голове 3-го батальона — командир 1069-го стрелкового полка подполковник Закки Хабибуллин в окружении офицеров штаба и связистов. Он сияет, горд за полк — все идет по плану. Хабибуллин любит ратное дело, риск, опасность. За боевую удаль в полку его прозвали Чингисханом.

Лед трещит и местами трескается под тяжелым грузом, но саперы быстро переносят настилы от опасных мест. С каждым батальоном уходят штатные огневые средства. Управление огнем постепенно децентрализуется.

Офицеры политического отдела дивизии информируют личный состав об успешном форсировании Вислы и прорыве обороны противника 1069-м стрелковым полком.

Пока враг не разгромлен, расслабляться нельзя. Как только противник опомнится, он будет пытаться контратаками из глубины обороны восстановить положение. Командующему артиллерией дивизии полковнику В. Ф. Буевичу ставится задача: немедленно перебросить на левый берег реки противотанковый резерв в составе отдельного истребительного противотанкового дивизиона и саперной роты под командованием командира дивизиона Н. Е. Розенберга с противотанковыми минами, начальнику разведки дивизии подполковнику Е. Г. Шуляковскому вести разведку в направлении Кемпа Конарска — Конары.

Пока батальоны 1069-го стрелкового полка вводились в бой, передовой батальон капитана Маматова овладел опорным пунктом противника Острувек. В бою за этот укрепленный пункт беспримерную храбрость и находчивость проявили наводчик 45-мм пушки М. Д. Винтоняк, командир стрелкового отделения сержант П. В. Данкин, рядовой С. Атлиев и многие другие.

В 10 часов подполковник Хабибуллин доложил по телефону:

— Полк овладел населенным пунктом Острувек. Противник понес большие потери. Немцы, оставшиеся в траншеях и землянках, сдаются в плен. Первую партию пленных 997-го и 692-го охранных батальонов в числе 34 человек направляю к вам. Среди пленных командир 3-й роты 997-го охранного батальона обер-лейтенант Вайс Эрих. Наши потери незначительные.

Подошло время вводить в прорыв 1071-й стрелковый полк. На наблюдательном пункте дивизии ждет приказа командир полка майор А. Ф. Сен-Этьен (в молодые годы, будучи курсантом, он изменил свою фамилию Рыжов на более «благозвучную». В связи с этим в период культа личности имел много неприятностей). Ближайшая задача полка — овладеть участком шоссе Конары — Магерова Воля.

Быстро спускается к реке батальон майора К. А. Будькова. Бойцы и командиры, окрыленные первыми удачами 1069-го полка, спешат включиться в бой, пока противник дезорганизован. Майор Будьков — опытный командир; он отлично разбирается в сложившейся обстановке и понимает, что для успешного развития прорыва требуется только одно — быстрота и натиск.

За первым батальоном — третий, капитана В. Д. Топорова. Батальон двигается бодро и смело.

Вот показался второй батальон. Его ведет майор A. A. Семирадский, стройный, подтянутый, отличный офицер. Увидев меня, приветливо машет рукой. Мы давно и хорошо знаем друг друга. Не раз попадали в переплеты, но он никогда не терял самообладания, оставаясь спокойным и уверенным в себе. Я не переставал удивляться, как в этом еще очень юном человеке удивительно гармонично сочеталась мягкая душевность с огромной силой воли и мужеством.