Забытое сражение Огненной Дуги - Валерий Замулин

Вместе с тем командованию 106-й пд достаточно быстро удалось распылить силы и двух атаковавших батальонов. К этому времени на восточном берегу уже находилась значительная часть бронетехники 6-й тд. Почувствовав, что контратака проводится без поддержки танков и лишь с одного направления, генерал Форст решил отсечь и уничтожить 3-й сб, скованный тяжелыми уличными боями в Масловой Пристани. Две роты автоматчиков в сопровождении 12 танков перевалили через железную дорогу и, обойдя правый фланг 1/229-й гв. сп, зашли ему в тыл. Однако этот маневр не смог опрокинуть 1-й сб. Гвардейцы не дрогнули и продолжили бой, перейдя к круговой обороне, хотя атаку на Маслову Пристань были вынуждены прекратить. Это заметно ослабило удар и осложнило положение рот 3/222-го гв. сп, прорвавшихся к центру села.

Таким образом, задачи первого этапа — форсирование реки и захват полноценных плацдармов для развертывания ударной группировки на восточном берегу войсками генерала Кемпфа, как предполагалось, к 11.00 не были выполнены всеми дивизиями. Из трех танковых и трех соединений (в т. ч. 168-й пд), принимавших участие в первом броске, успех сопутствовал лишь половине. Полностью оказалось сорванным наступление 6-й тд с Михайловского плацдарма и на стыке армий Шумилова и Чистякова, а также левофланговой боевой группы 19-й тд из северной части Пушкарного. Причем если неудачи других соединений 3-го тк влияли на продвижение в основном АГ «Кемпф», то провал дивизии Хюнесдорфа имел куда более существенные последствия, в первую очередь для 4-й ТА. Все четыре атаки, проведенные боевой группой Биберштайна и Артманна утром 5 июля с плацдарма на позиции гвардейцев, принесли лишь тяжелые для них потери. Хотя враг еще питал надежду развить незначительный успех в районе Старого Города, при условии, если удастся перебросить туда бронетехнику. Практически ничем окончилась попытка боевой группы Рихтера расколоть 238-й гв. сп 81-й гв. сд. Точный, массированный огонь советской артиллерии по районам, где готовились переправы, в том числе и возводимый 60-тонный мост для «тигров», опрокинул замысел Брайта о переброске здесь бронетехники 19-й и 6-й тд.

Это был настоящий успех советской стороны. Благодаря правильной организации обороны, высокой насыщенности ее огневыми средствами и стойкости гвардейцев генерала Морозова в наиболее ответственный и напряженный момент на направлении главного удара неприятеля, когда каждое подразделение на счету, целое танковое соединение в полном составе и существенная часть второго оказались выведенными из боя.

К 10.00 график наступления в определенной мере выполнялся лишь одной танковой дивизией Брайта и обоими пехотными соединениями Рауса, в силу чего 78-я гв. сд оказалась в очень сложном положении. Противник захватил и расширил два больших плацдарма у Соломино и Дорогобужено (через некоторое время они слились в один), на которые по двум крупным мостам и нескольким легким непрерывно шли войска. 7-я и 19-я тд, при тесном взаимодействии со 106-й пд в четырех районах (на флангах и в центре), овладели первой траншеей передовых батальонов генерала Скворцова и даже в некоторых местах вынудили гвардейцев отойти на запасную позицию, создав тем самым условия для удара 73-й грп 19-й тд и 240-го пп 106-й пд во фланг 81-й гв. и 72-й гв. сд. Несмотря на то что советской стороне удалось уничтожить несколько мостов, часть артсредств, штурмовые орудия и до 30 танков немцы сумели перебросить на восточный берег. И что очень важно, вброд перешла рота «тигров». Следовательно, как и планировалось, генералу Функу на направлении главного удара своей дивизии удалось создать условия (в первую очередь сформировать бронированный кулак у Соломино) для «проламывания» рубежа 78-й гв. сд. Этот тактический успех 6-й тд был обусловлен рядом факторов. Главный из них — отсутствие у оборонявшихся достаточных артсредств для борьбы с превосходящим противником. Командование гвардейского соединения не имело физической возможности уничтожать быстро строящиеся переправы в двух основных районах: на участке южная часть Пушкарного — Дальние Пески и в районе Соломино, а также бороться с немецкой пехотой, прорывавшейся к Нижнему Ольшанцу с юга, по восточному берегу Донца.

В то же время надо отдать должное генерал-майорам И.К. Морозову и А.В. Скворцову, оба комдива действовали вполне адекватно складывавшейся оперативной обстановке. В очень непростой ситуации они сумели сохранить связь и управление всеми частями, что позволило во второй половине дня, когда враг переправил на восточный берег бронетехнику и нанес мощный таранный удар по дивизии Скворцова, успешно отвести войска на вторую (запасную позицию) и удержать ситуацию под контролем, в том числе и на левом крыле 81-й гв. сд. Из отчета 78-й гв. сд о боевых действиях с 5 по 12. 07.1943 г.:

«Встретив упорное сопротивление гарнизона Дорогобужено, 15 танков и до батальона пехоты, обтекая село в 10.20, двинулись на разъезд Разумное и, выйдя на изгиб дороги, атаковали левый фланг 2/225-го гв. сп. В 10.25 по переправе западнее Дорогобужено перешли 17 танков и атаковали в том же направлении. В 10.40 обе группы достигли разъезда.

Шквальный пулеметно-минометный огонь нашей пехоты не давал возможности мотопехоте противника двигаться за танками, это задержало на некоторое время бронированный кулак, которым немцы стремились нанести главный удар в этом направлении.

По приказу командира дивизии для усиления гарнизона р. Разумное был брошен 3/223-й гв. сп, которому была поставлена задача: во взаимодействии с 2/225-м гв. сп перейти в контратаку и восстановить первоначальное положение 225-го гв. сп. В 11.00 оба батальона от линии железной дороги у разъезда перешли в контратаку в направлении дороги на Соломино, но успеха не имели. А в Соломино к переправам продолжали подходить танки и машины с пехотой»^[171].

И этот лобовой удар пехотой по танкам и предпринятые ранее контратаки силами 2-го сб капитана И.А. Мацокина изначально не могли решить и части тех задач, которые ставились перед батальонами. Атаки проводились без должной поддержки артиллерии по плацдарму, где были сконцентрированы значительно превосходящие силы противника: бронетехника, шестиствольные минометы и орудия. Понимало ли это командование 78-й гв. сд? Безусловно, но принципиально изменить ничего не могло. Приказ был один: удержать позиции любой ценой, а контратаки свидетельствовали о решимости его выполнить. Вот и вся логика. И неважно, что удерживать рубеж, используя преимущества разветвленной окопной сети, было менее затратно.

В связи с выходом группы танков 7-й тд к разъезду еще больше усугубилось положение частей на левом крыле 78-й гв. сд. В 11.05 десять танков и до роты пехоты десантом вышли к саду у железной дороги в 1 км восточнее Нижнего Ольшанца. Давление на оборону в районе северных окраин села возросло. А учитывая, что, по данным разведки, дивизии к 11.35 из Соломино на восточный берег уже было переброшено в общей сложности около 50 танков и 4 батареи шестиствольных минометов, возникла угроза не только захвата Нижнего Ольшанца и запасных позиций вдоль железной дороги, но и прорыва противника к Крутому Логу.

Кровопролитный бой вели гренадеры 19-й тд с гвардейцами майора И.А. Хитцова в Дальних Песках. Село располагалось у реки. Раньше на его западных окраинах находился деревянный мост, и здесь был удобный выход с поймы на берег. Поэтому группа Келера и нанесла в этом районе один из первых ударов, чтобы оперативно создать плацдарм для постройки переправы. Село обороняла правофланговая рота 3/228-го гв. сп. Попав перед рассветом под сильный огонь артиллерии и шестиствольных минометов, гвардейцы все-таки удержали свой рубеж и дрались примерно до 10.00, но затем были выдавлены в рощу восточнее. Для прикрытия отхода подразделений комбата капитана П.Г. Ястребова оставил несколько пулеметных расчетов. Одним из них командовал сержант 3. Усманов. Дрался солдат довольно долго и приказ выполнил, как говорится, «на совесть» — рота успела не только отойти, но и закрепиться. Когда закончились патроны и погиб второй номер расчета, Зиямат отбивался гранатами, но был тяжело ранен и, потеряв сознание, остался в траншее. В батальоне его посчитали «погибшим смертью героя» и в Москву было направлено представление, подписанное командованием фронта о награждении пулеметчика Золотой Звездой. Но гвардеец выжил. О необычной судьбе этого мужественного человека так вспоминал бывший директор Белгородского краеведческого музея, участник Курской битвы, П. Гончаренко: