Краткая история Англии - Саймон Дженкинс

На этот раз лорды позволяют принять бюджет, но только благодаря ирландским парламентариям, имевшим решающее значение, так как Ирландия не скрывала своей готовности вступить в конфронтацию за право на самоуправление. Начало сбываться предсказание Гладстона о том, что спор с лордами по поводу Ирландии «должен продолжаться, пока парламент не придет к окончательному решению». Асквит вынес на рассмотрение парламента билль, по которому палата лордов имела право затягивать принятие законопроектов только на время трех парламентских сессий. Естественно, лорды отклонили этот законопроект.

В это время умирает король. На его похороны съезжается обширное потомство Виктории со всей Европы. Историк Барбара Такман описывает это событие как «самое большое и, очевидно, последнее в своем роде собрание коронованных особ и знати, когда-либо собиравшихся в одном месте». Многим из тех, кто присутствовал на похоронах, вскоре предстояло воевать друг с другом.

Асквит теперь был вынужден искать покровительства у нового и еще непонятного ему короля Георга V (1910–1936), которого необходимо было убедить произвести в пэры не менее 250 либералов, чтобы в случае повторной попытки провести парламентский билль они смогли бы поддержать его в палате лордов. После долгих споров среди высокопоставленных советников короля, многие из которых принадлежали к партии тори, Георг дал согласие, но с условием, что будут проведены еще одни выборы, главной темой которых станет этот билль. Они состоялись в декабре 1910 г. Асквит был переизбран, но по-прежнему зависел от голосов ирландских членов парламента. Лорды капитулировали. Король, как истинно демократический монарх, поддержал палату общин против аристократии и вседозволенности.

Теперь на политическую авансцену выступали новые силы. Окрепшее рабочее движение демонстрировало свою мощь, проводя коллективные протесты по всей стране. В 1911 г. моряки, докеры и железнодорожники вышли на всеобщую забастовку. Переговоры с правительством носили жесткий характер и принесли довольно ощутимые результаты. Ллойд Джордж провел закон о государственном страховании, который даровал работникам ведущих отраслей промышленности право на обеспечение по болезни и нетрудоспособности, а также на обязательное страхование по безработице. Набирало силу и женское движение. Воинственно настроенные суфражистки под предводительством Эммелин Панкхерст штурмовали здание парламента и резиденцию премьера на Даунинг-стрит, в результате серьезно пополнив число обитательниц лондонской женской тюрьмы Холлоуэй. Эмили Дэвидсон на дерби бросилась под ноги королевской лошади. Происшествие было снято на кинокамеру и вошло в один из первых документальных фильмов.

Национальную спесь с Британии сбила катастрофа «Титаника» в апреле 1912 г. Этот корабль, который был олицетворением промышленной мощи и предметом гордости страны, крупнейшим на момент постройки пассажирским лайнером в мире, столкнулся с айсбергом во время своего первого плавания и затонул, унеся с собой 1513 человеческих жизней. А далеко на юге капитану Скотту удалось покорить Южный полюс, но ему пришлось уступить пальму первенства норвежцу Амундсену. Скотт не вернулся из экспедиции, погибнув от холода. Его соратник, капитан Отс, почувствовав, что не может передвигаться, пожертвовал собой, чтобы облегчить участь своих товарищей. Его последние слова навсегда остались в летописи британской истории: «Я только выйду на воздух и вернусь не сразу». Как и в случае атаки Легкой кавалерийской бригады во время Балаклавского сражения, очередное поражение Великобритании стало рассматриваться как проявление легендарного героизма.

1912 г. мог стать финальным аккордом в борьбе Ирландии за свои права. Политические устремления Уэльса и Шотландии в свое время были удовлетворены их представительством в Вестминстере, но ирландцы твердо и решительно отстаивали право на самоуправление. Так как судьба правительства Асквита зависела от ирландских парламентариев, их требования уже невозможно было игнорировать. Очередной билль о гомруле прошел в палате общин, но провалился в палате лордов. В соответствии с новым Актом о парламенте утверждение закона могло быть отложено до 1914 г. Отчаянное сопротивление гомрулю возглавлял сэр Эдвард Карсон, адвокат ирландского происхождения, выдвинувший лозунг «Ольстер будет сражаться, и Ольстер будет прав». Карсон наметил создать 80-тысячное ополчение и начал закупать оружие в Германии. В марте 1914 г. британские офицеры на военной базе Керрэг поддержали его, подав в отставку. В результате вопрос о гомруле остался открытым, а его обсуждение вылилось в полемику о необходимости разделения Ольстера, и если да, то на какое время. В 1914 г. законопроект стал законом, но вступление его в силу было отложено до вынесения решения о статусе Ольстера.

Несмотря на многочисленные и явные признаки надвигавшейся войны, вряд ли кто-то мог предугадать, что именно ее спровоцирует. Историк А. Дж. П. Тейлор писал: «Ни одна нация сознательно не желала провоцировать войну. Государственные мужи ошиблись в своих расчетах… и стали заложниками собственного оружия. Страны накопили огромные армии для того, чтобы обеспечить собственную безопасность и сохранить мир, но под их тяжестью провалились в пучину войны». Катализатором войны в июне 1914 г. стало совершенное в Сараево убийство наследника австро-венгерского престола сербским националистом Гаврило Принципом. Его выстрел привел в движение цепочку союзов, созданных в Европе за предыдущее десятилетие. Сработал принцип домино. Австрия посчитала себя вправе предпринять карательную операцию против Сербии и начала артиллерийский обстрел Белграда. Чтобы поддержать сербов, Россия начала мобилизацию, тем самым ускорив заключение союза между Австрией и Германией. В свою очередь, ярый экспансионист германский кайзер Вильгельм II воспользовался моментом, чтобы помешать вступить в игру Антанте – союзу России, Франции и Британии, возникшему в 1907 г. 1 августа он объявил войну России, а спустя два дня – Франции. В соответствии с планом его бывшего начальника Генерального штаба графа фон Шлиффена германская армия стремительно вторглась в Бельгию, чтобы затем незамедлительно напасть на Францию. Кайзер рассчитывал, что Россия не успеет провести мобилизацию, а Великобритания – переправить свою армию через Ла-Манш.

Войну, которую назвали Великой, часто описывают как сплошное бессмысленное кровопролитие, как войну «львов, ведомых ослами». Конечно, доля правды в этом есть, однако она имела несколько иную цель, чем войны Мальборо в XVIII столетии и Веллингтона в XIX. Главной задачей Великобритании было оградить себя от торговой блокады и воспрепятствовать появлению мощной континентальной державы, которая могла бы представлять опасность и для любой другой страны.

Непосредственную угрозу для Британской империи представляла стремящаяся к экспансии Германия. Великобритании было принципиально важно сохранить статус Нидерландов. В 1831 г. Лондон приложил руку к образованию независимой Бельгии и был гарантом ее нейтралитета. Сложилась чрезвычайно опасная ситуация, при которой флот милитаристской Германии мог взять под контроль порты Северного моря и Ла-Манша и заблокировать импорт и экспорт Соединенного Королевства. Правительство Асквита не могло этого допустить. 4 августа, сразу после того, как войска кайзера нарушили нейтралитет Бельгии, Великобритания объявила войну Германии. 130 000 солдат пересекли Ла-Манш, чтобы противостоять вражеской армии европейской страны на территории, на которой британцы воевали на протяжении всей своей истории. В этот день внезапно оборвалась эпоха длиной в столетие, в течение которого Великобритания тщательно оберегала себя от конфликтов в континентальной Европе. Министр иностранных дел Эдвард Грей сказал своим сотрудникам: «Огни гаснут по всей Европе, и нам уже не придется увидеть, как они зажгутся вновь».