Мастера исторической живописи - Галина Дятлева

В. М. Васнецов. «Охота на мамонта».

Фрагмент фриза, 1882–1885,

Исторический музей, Москва

На картину Васнецова, представленную на VIII Передвижной выставке, обрушился шквал критики. В. В. Стасов упрекал мастера в отказе от реализма, а один из основателей Товарищества передвижных художественных выставок, говоря о полотне Васнецова, возмущался: «Снять, убрать, закопать!» Лишь П. П. Чистяков и И. Е. Репин встали на защиту художника и его творения. В письме к Стасову Репин утверждал: «После побоища» – необыкновенно замечательная, новая и глубоко поэтическая вещь. Таких еще не бывало в русской школе».

С большим мастерством выстроена композиция картины. Горизонтальные ритмы придают полотну величавость и торжественность, напоминая о неторопливом эпическом повествовании. Хотя человеческих фигур на холсте немного, их сгруппированность на первом плане создает впечатление несметного воинства. Выразителен колорит картины, локальные яркие цвета одежд и снаряжения воинов сочетаются с покрытым полевыми цветами широким зеленым пространством.

В этот же период для кабинета правления Донецкой железной дороги Мамонтов заказал художнику ряд картин, среди которых «Три царевны подземного царства» (1879, Третьяковская галерея, Москва).

В 1881 году Васнецов представил на суд публики свою «Аленушку» (Третьяковская галерея, Москва), вызвавшую не меньше споров и критических замечаний, как и «После побоища». И хотя различные издания адресовали автору и его творению множество нелицеприятных выражений, большинство зрителей, увидевших картину на IX Передвижной выставке, поняли – пришел настоящий художник, певец земли Русской.

Тему богатырей Васнецов продолжил в немного таинственной и романтической картине «Витязь на распутье» (1882, Русский музей, Санкт-Петербург).

В 1882 году художнику предложили написать панно «Каменный век» для недавно сооруженного на Красной площади Исторического музея. Васнецов с радостью принялся за работу. Он решил изобразить сцену охоты на мамонта. Но прежде чем начать создавать панно, мастер долго беседовал с учеными-археологами, работниками музея. Васнецов задавал им множество вопросов: как одевались древние люди, какие украшения носили девушки и женщины, какая природа их окружала, чем занимался каждый представитель племени. Затем живописец представил своим консультантам наброски, и ученые поразились, насколько верно Васнецов представлял картину жизни людей в каменном веке.

Живописец трудился над панно не покладая рук (в длину фриз занимал двадцать пять метров).

Он не оставлял и работы над другими картинами, среди которых «Богатыри» и портреты скульптора М. М. Антокольского и Т. А. Мамонтовой, с которой позднее писал царевну в композиции «Иван-царевич на Сером Волке» (1889, Третьяковская галерея, Москва). Васнецов работал в Абрамцево, и его друзья вспоминали, что художник хватал каждого, кто попадался ему на глаза, и тащил в мастерскую – в натурщики для «Каменного века», ведь написать нужно было целое племя.